— Рада, что мы поняли друг друга. — Раздраженно фыркнув, Бет уселась на стул с высокой спинкой, который принесла для нее Рейчел, и внимательно оглядела свои руки: они сильно болели, несмотря на то что Рейчел смазала их какой-то мазью, и были сплошь покрыты крошечными пузырьками, похожими на зерна початков кукурузы. Слезы навернулись ей на глаза — единственная часть тела, которую Бет считала красивой, теперь будет покрыта шрамами.
Дункан почувствовал, что его сейчас вырвет: по горлу его полилась какая-то отвратительная соленая жидкость, во рту стоял мерзкий привкус. Он закашлялся, пытаясь выплюнуть ее.
— Ш-ш, Дункан. — Чья-то прохладная рука коснулась его лба. — Ты должен это выпить.
Он с удивлением узнал голос жены. Ну почему эта женщина никак не оставит его в покое?
Дункан попытался отвернуть голову, и в ту же секунду левую руку и спину пронзила острая боль. Он с трудом открыл глаза и дрожащим голосом прошептал:
— Уйди, прошу…
— Не уйду. Ты должен это выпить, иначе не поправишься.
От чего это он должен поправиться? Наконец ему удалось окончательно разлепить веки. Бет, его жена-мегера, склонилась над ним. Глаза ее были полны слез, в руках она держала тростниковую трубочку. Что она здесь делает?
Оглядевшись, Дункан понял, что находится не в своей спальне, а в маленькой комнате на третьем этаже. Ага! Он же отдал свою спальню жене на то время, пока не будет закончена ее комната. Скоро она там поселится, и он запрет ее под замок. Отлично.
— Прошу, Дункан, открой рот!
Он вновь повернулся к Бет и на сей раз увидел у нее в руках ложку.
— Ты уйдешь когда-нибудь?
Она покачала головой и зажала ему; нос. Дункан непроизвольно открыл рот, чтобы закричать, а в следующую секунду почувствовал, как его рот наполнился жидкостью. Чуть не задохнувшись, он машинально глотнул. Боже правый, что это с ним такое? У него совсем не осталось сил.
А Бет уже подносила ему ко рту очередную ложку.
— Ты это выпьешь — либо сам, либо насильно.
Он покачал головой, и она вновь потянулась к его носу. В итоге Дункан покорно проглотил микстуру.
— Спасибо. Я не позволю тебе умереть после того, что мне по твоей милости пришлось испытать за последние пять дней.
«О каких это пяти днях, черт подери, она толкует?» — нахмурился Дункан.
Тяжело вздохнув, Бет поднесла ему ко рту очередную ложку с жидкостью, и Дункан наконец узнал вкус. Мерзкое лекарство, которое готовила Рейчел, а вот от чего, никак не вспомнить.
— Ты меня до смерти напугал, — пробормотала Бет. Нахмурившись, он открыл рот, чтобы проглотить еще одну ложку снадобья.
— Клянусь, я в жизни никогда так не пугалась, как в ту первую ночь. Ты так и пылал жаром, я думала, тебя удар хватит. — Дункан вновь покорно открыл рот, и Бет влила в него лекарство. — Да еще твой Ангус целых три дня стоял у меня за спиной и сверлил таким взглядом, словно собирался перерезать мне горло. — При воспоминании об этом Бет содрогнулась. — Когда я в первый раз снимала с тебя повязки, я думала, что он так и сделает. — Она в очередной раз поднесла ложку к его рту. — Впрочем, его нельзя винить. Твоя рана выглядела просто отвратительно, и потом, он меня, по всей видимости, терпеть не может. Ну как же, взялась непонятно откуда и давай раздавать всем ценные указания. Но, слава Богу, он мне не перечил и делал так, как я велела. Хотя, по правде говоря, если бы он вздумал мне возражать, я бы задала ему жару. И не спрашивай меня, где тот идиот, твой доктор. Даже говорить о нем не хочу! Счастье, что он не успел тебя до смерти уморить.
О чем это, черт подери, она тарахтит?
— Твое плечо выглядит все еще не самым лучшим образом, однако уже гораздо лучше, чем прежде, так что… — Она влила в Дункана еще одну ложку лекарства.
Ах да, та рана… Он попробовал пошевелить плечом.
— А где… — В его горле застрял комок, и Дункан, откашлявшись, вновь спросил: — Где Ангус?
— В зале. Позвать его?
— Да.
Поставив миску на стол, Бет легонько провела рукой по щеке мужа и усмехнулась:
— Тебя бы следовало побрить, но это подождет. Побрить? Дункан коснулся рукой щеки и почувствовал колючую щетину. Борода исчезла! Что, черт подери, здесь происходит? Он попытался сесть, однако потерпел сокрушительную неудачу, сумев лишь поднять голову и приподнять здоровое плечо. Боже правый!
— Приведи Ангуса. Сейчас же. Бет улыбнулась:
— Слушаюсь, мой повелитель.
К изумлению Дункана, она легонько коснулась губами его лба и быстро вышла из комнаты.
— Ну наконец-то очнулся! — Ангус дружески сжал здоровую руку Дункана. — Ты знаешь, что заставил меня волноваться, когда почти неделю пытался умереть?
— Умереть?
— Ну да. — Ангус понизил голос до шепота: — Если бы не твоя красавица жена, ты бы это сделал. Но она не отходила от тебя ни на шаг, просиживала возле твоей кровати дни и ночи напролет, отлучаясь разве что по нужде. Но почему, черт подери, ты не сказал, что у тебя загноилась рана в плече?
Дункан пожал здоровым плечом:
— Я думал, она сама заживет.
Ангус недоверчиво вскинул брови и перевел взгляд на Бет, которая стояла, выпрямив спину, около маленького окна комнаты.
