Я кладу ладонь на рельефный живот и с веду по нему, выпуская когти. Удовольствием простреливает, когда случайно задеваю грудью бедро. Делаю так еще раз. И ещё. Беру член глубже и задерживаюсь.
Сердце бьется бешено быстро, а вся кровь стекает вниз. Между ног пульсирует и сводит.
Я готова продолжать бесконечно, но Руслан сжимает мою кисть и дергает наверх.
Секунду держит лицом к лицу. Мне сложно сказать, что думает и чувствует. Как будто ударит сейчас. Или поцелует. Или выебет. Или признается в любви.
Разворачивает тряпичной куклой, вжимает грудью в стену и, перехватив ногу под бедром, врезается членом с размаху.
Из груди вместе с воздухом выходит:
— Господи…
А его дыхание обжигает шею. Щеку. Висок.
Он тихо командует:
— Иди сюда.
Я поворачиваю голову и он, раздвинув губы своими, проталкивая между ними язык. Так я узнаю, что не брезгует, и это усиливает грудные вибрации.
А внизу меня вспышка за вспышкой пограничного удовольствия терзает налитый член.
Я взлетаю на носочки при каждом толчке и теряю ориентацию. Пытаюсь держаться за стену, но пальцы соскальзывают.
Мужская рука хаотично и абсолютно мне неподконтрольно сжимает грудь, щипает соски, трогает между ног. С силой вжимается в живот и, мне кажется, мы вдвоем чувствуем, как он растягивает меня изнутри.
Я сдаюсь его похоти окончательно. Откидываюсь на грудь и прошу:
— Ещё…
Он бьет по клитору — кусаю губы.
— Так?
— Да…
Ускоряется и снова бьет.
Из горла вылетают звуки.
— Нельзя, — Руслан приказывает довольно жестко, но я не могу. Мотаю головой, кусаю губы до крови, пытаюсь прислушаться, а всё равно стону…
Незнакомец как бы успокаивает: после болезненно-сладких шлепков гладит между ног. Но трахать-то не перестал. Я продолжаю чувствовать его горячее сильное тело кожей. Член — раскаленным ходящим поршнем внутри.
— Лола, нельзя, — он повторяет, но я правда не могу. Открываю рот, но крикнуть не успеваю. Его зажимает мужская ладонь.
Мне настолько плевать, что я впиваюсь в нее зубами.
Больно. По-настоящему. До металлического вкуса на языке.
Руслан то ли шипит, то ли рычит, я не понимаю, но и трахать тоже не перестает.
— Сука. Бешеная, — я отталкиваюсь от его груди и упираюсь лбом о кафель. Силой заставляю себя разжать зубы. Целую. Потом снова сжимаю.
Его лоб вжимается мне в затылок.
Я чувствую рваное дыхание волосами.
Движения внутри теряют выверенный темп и становятся более быстрыми, сбивчивыми, сильными.
Мне кажется, я настолько перевозбуждена, что даже не кончу, но Руслан задерживается во мне. На выдохе целует в шею. И я всё.
Готова пополам сложиться, он не дает. На ухо шепчет:
— Тихо. Тихо-тихо, — и гладит вздрагивающий живот, пока я заново учусь дышать.
Я теряюсь в пространстве и даже не знаю, он кончил или нет, пока Руслан не выходит резко и я не чувствую, как по бедрам и половым губам брызгами разливается горячая сперма.
Запоздало испугавшись, поворачиваю голову и спрашиваю:
— Ты успел?
— Да.
По телу разливается сладкая слабость. Руслан помогает развернуться. Я висну у него на шее, он обнимает в ответ. Крепко и обманчиво-нежно. При желании он может распять мое тело и делать с ним, что вздумается, при желании — относиться, как к пёрышку.
Поднимает под ягодицы, я оплетаю торс ногами. Приваливается спиной к стене. Я тянусь к губам, потому что сдохну, если не поцелую. И коротко, и глубоко. Со всей нежностью. Благодарностью. Чувствами, в которых мы друг другу не признаемся.
— В раздевалке сломался замок. Выйдешь из душа — покричишь, хорошо? Пусть спасут.
Киваю, трогая губами его щеки и шею. Во мне столько чувств и желаний, что не помещаются.
После дикой бури наступает штиль. Я снова обретаю способность слышать шум воды. Стараюсь выровнять дыхание, но оно сбивается в попытке синхронизироваться с сердечным ритмом мужчины, к груди которого прижата моя грудь.
Веду губами по колючей щеке и наслаждаюсь тем, как царапает.
Не знаю, откуда в Руслане силы, но он всё так же держит меня на руках и не просит спустить ватные ноги.
После секса с ним мне часто кажется, что спокойно можно умереть. Ярче в этой жизни уже ничего не будет. Шепчу:
— Тебе уже сказали, что ко мне нельзя приближаться?
— Конечно. Сразу.
Улыбаюсь, хотя повода нет. Я и не сомневалась. Это даже по поведению Артура видно. И как же я рада, что Руслану плевать на предупреждения.
Мой бесконечный глоток свободы.
Глажу его колючий затылок. Хочу срастись кожа с кожей. Хочу пропахнуть и никогда не отпускать, даже зная, что так не будет.
Его дыхание выравнивается медленнее, чем мое. Грудная клетка всё ещё вздымается, но уже не так сильно.
— Ты классно играешь в теннис. Давай ракетку тебе набьем?
Не сомневалась, что вызову улыбку своей навязчивой идеей что-то
Оттолкнувшись щекой от его кожи, смотрю в лицо.
— Где? Места нет уже.
— Найдем. На ягодице можно. Там пусто.
Руслан снова улыбается.
— Охуела ты. Лолита Александровна.
