Выполнив обязанности смотрителя маяка, он приступал к своим любимым исследованиям. Чтобы не бегать в лабораторию, которая находилась в доме, он обустроил ее прямо на маяке.
Молодой человек умудрился разместить здесь стол для опытов, пробирки, банки и инструменты, а также прочие необходимые ему вещи. Он был уверен, что здесь его никто не побеспокоит, особенно если он закроет дверь. Ему не хотелось, чтобы повторилось то, что случилось в ту ночь, когда умер отец. Он много раз задавал себе вопрос, случилось бы это, если бы старый Петер не зашел к нему в лабораторию в тот самый момент?
Деметрий вздохнул и перевел взгляд с горизонта на заполняющийся людьми пляж. Скоро и к нему придут нуждающиеся в помощи. Он закрыл журнал и покинул свой пост. Ожили чугунные ступени под гулкими шагами, и эти звуки внезапно напомнили ему погребальный колокольный звон.
Марина хлопотала на кухне. Деметрий заметил, что она стала гораздо чаще улыбаться, с тех пор как узнала о беременности. Видимо, это по-настоящему делало ее счастливой. Он радовался этому.
– Как себя чувствуешь?
Марина провела рукой по животу, который уже заметно округлился, и улыбка осветила ее лицо.
– Превосходно! И как иначе, если я счастлива?
С этим было трудно поспорить.
– Только тебе не нужно столько времени проводить на кухне. Становится слишком жарко.
– Не беспокойся, – Марина бросила на мужа благодарный взгляд, – я сразу уйду, как только почувствую признаки усталости.
– Рассчитываю на твое благоразумие.
У дверей он остановился, словно вспомнив что-то. Марина смотрела на него, выжидая. Он потер лоб.
– Что-то хочешь сказать?
Деметрий засунул руки в карманы.
– И да, и нет… Сегодня ночью перестал работать радиоприемник, а я хотел узнать прогноз погоды.
Марина перекинула полотенце через плечо.
– Боюсь, что ничего нового не произойдет и мы еще немного помучаемся с этой жарой. На небе ни облачка!
Так и было, хотя…
Что за странное чувство какого-то тревожного ожидания?
Откуда оно взялось?
Размышляя над этим, мужчина отправился в лабораторию, плотно закрыл за собой дверь и повернул ключ в замке. Теперь можно не опасаться внезапного вторжения.
Высокий деревянный стол, покрытый листом цинка, испещренный царапинами и вмятинами, пустовал. Деметрий убрал все лишнее еще вчера, собираясь провести эксперимент, идея которого не давала ему уснуть, закрыл высокие ставни, чтобы на стол не падали прямые солнечные лучи, а затем приступил к задуманному…
Несколько часов спустя он отложил хирургические инструменты и отодвинул от себя керосиновую лампу. Тыльной стороной руки Деметрий вытер мокрый лоб. Заранее нельзя было сказать, насколько удачен опыт, но он чувствовал, что сейчас приблизился к цели, как никогда прежде.
Он снял фартук, повесил его на спинку стула и покинул лабораторию, закрыв дверь на ключ.
Сильный сквозняк пронесся по коридору, а затем где-то с силой хлопнуло окно. Раздался звук бьющегося стекла, и сквозняк усилился. Послышалось завывание ветра, и глухой протяжный гул раздался где-то над домом.
Кажется, начиналась гроза.
Деметрий выглянул наружу. Ветер швырял кроны могучих деревьев из стороны в сторону, легко сгибая их до земли, а над океаном между тем расползалась громадная сизая туча. Низкий туман клубился по воде, отчего вздыбившийся океан и небо сливались воедино. Яркие вспышки молний разрезали надвигающуюся тьму, и скоро это крутящееся чернильное облако должно было накрыть их.
Внезапно чувство глубокого несчастья затопило мужчину целиком: он вспомнил о сестре.
Мысль о ней буквально взорвалась в голове, будто она звала его.
Софии нужна помощь!
Ветер бил в окна, неся с собой ветки и песок. Его яростный свист разносился эхом по всему дому, отражаясь от стен и коридоров. Деметрий набросил на себя куртку. Ведомый этим зовом, он не мог оставаться в стороне. Это выше его сил, выше всякой логики и понимания. Даже если бы он сейчас был болен и слаб, то нашел бы способ добраться до нее.
В дверях он столкнулся с женой. Что он мог ей сказать?
– Марина, – он схватил ее за плечи. – Оставайся в доме, хорошо?
Она с непониманием смотрела на него.
– Я должен идти.
На ее лице отразилось неверие, а потом ужас.
– Но зачем? Такая буря!
Что за страшная штука – жизнь. Как можно описать то, что сейчас творилось внутри него?
Тут Марина догадалась, о чем речь.
– Кому-то нужна твоя помощь, да?
Он вздохнул.
– И ты никак не можешь остаться?
Голос жены прозвучал тихо, но он услышал, хотя ветер так и завывал. Обрадованный ее прозорливостью, он кивнул. Вновь она, подавляя свое любопытство и страх, смирилась перед ним.
– Расскажешь потом? – спросила она с надеждой в голосе.
– О, Марина…
Деметрий порывисто обнял ее.
– Только не тревожься, прошу.
Последовал знакомый поцелуй в лоб, и Марина осталась одна в полутемном холле.
Добраться до конюшни было не так просто.
Морось и туман, конечно, не мешали ему сейчас, ведь он знал расположение всех зданий, но ветер – другое дело. Он пинал этого упрямца, отталкивал, сбивал с ног. Словно уговаривал вернуться назад в теплый дом, где было сухо и безопасно.
