Ведомая растущей растерянностью и неловкостью, она перекинула ноги через край кровати. Коснувшись босыми пятками ковра на полу, она осторожно перенесла на них свой вес. По-прежнему прижимая к груди простыню, Брилл обернула ее вокруг себя на манер тоги, после чего попробовала встать. На то, чтобы удержаться на ногах, у нее ушло три попытки. Тяжело опираясь на стену, она сделала несколько осторожных шагов от кровати. Проходя мимо висящего на стене зеркала, она не могла не обратить внимание на свое лишенное красок лицо. Остановившись, Брилл нахмурилась, заметив темные круги вокруг глаз и болезненную бледность кожи. «Боже милосердный… что произошло?»
Глубоко задумавшись, она попыталась разобраться в своем взбаламученном разуме, чтобы найти ответ на этот вопрос. «Я помню, как поругалась с Кристиной… потом собралась поискать Эрика, чтобы сказать ему о своих чувствах… потом… — Закрыв глаза, Брилл продиралась сквозь обрывочные воспоминания. — Я упала… в воду, и что-то опускалось… толкая меня под воду… а потом… потом… потом был этот странный сон про мальчика в клетке. — Привалившись к стене, Брилл отвернулась от зеркала. — Зачем Эрику понадобилось сооружать здесь, внизу, что-то вроде этой водяной ловушки… вот кретин…»
При мысли об Эрике Брилл вновь зашагала вперед, планомерно обходя комнату, пока не добралась до двери. Тихо повернув ручку, она высунула голову в сумрачный коридор. Никого не увидев, она вышла из комнаты, убедилась, что простыня надежно обмотана вокруг ее груди, и, пошатываясь, направилась к открытому пространству в конце коридора. Дойдя туда, Брилл набралась храбрости и заглянула за угол, не зная, чего ожидать. Помещение было огромным и открытым, с одной стороны ведя к чему-то, явственно напоминающему темное озеро. Газовые светильники на стенах и сотни свечей освещали пространство так же ярко, как солнце, силой своего сияния разгоняя сумрак. С другой стороны помещения у стены расположился орган — его размер довлел над пространством, и вскоре Брилл не могла смотреть больше ни на что другое.
И, продолжая пялиться на инструмент, она осознала, что за органом сидит мужчина, наклонившись вперед и положив голову на закрывающую клавиши деревянную панель. Ей хватило доли секунды, чтобы узнать Эрика по широким плечам и темным волосам. Испытав облегчение от того, что наконец-то отыскала что-то знакомое, Брилл, шатаясь, поковыляла туда, где, согнувшись над органом, спал Эрик. «Он выглядит усталым… в обычной ситуации он бы не заснул, сидя вот так. Едва ли он вообще что-либо делает случайно».
Открыв было рот, чтобы окликнуть его, Брилл закрыла его снова, когда Эрик молниеносно выпрямился на скамейке. Он слегка повернул голову вбок, как будто прислушиваясь к чему-то. «Разве я шумела?» Повернувшись, чтобы глянуть через плечо, Эрик заметил ее, привалившуюся к стене. Тотчас же он рывком повернул голову обратно и уставился прямо перед собой, потянувшись к маске, лежавшей перед ним на органе. Но стоило только его пальцам коснуться твердой кожи маски, как он заколебался и затем вновь уронил руку вдоль тела; мышцы на его плечах напряглись, словно он молча готовился к некой великой битве. Эрик поднес руку к лицу, и все его тело начало трястись — легкая дрожь распространилась от плеч вниз по рукам. Даже его босые ноги задрожали на полу, когда он тяжело вздохнул.
— Ты очнулась… — наконец сказал он, и эти три слова несли в себе самое глубокое облегчение, какое Брилл когда-либо слышала. Кашлянув, Эрик вновь развернулся на скамейке, наклонив голову таким образом, чтобы скрыть в тени неприкрытую правую сторону лица. — Какое-то время я не был уверен, что это вообще произойдет.
«Все было настолько плохо? Я правда была настолько близка? Конечно же, Эрик, должно быть, спас меня… если бы не он, я бы умерла?» Внезапно почувствовав себя выдохшейся, Брилл привалилась к стене. Встревоженный этим признаком ее слабости, Эрик вскочил на ноги так быстро, что опрокинул скамеечку. Он мгновенно очутился рядом с Брилл, не дав ей и шанса сползти на пол. Обхватив ее рукой за талию, он с легкостью поднял ее и, поддерживая, отвел к маленькому столику, где усадил на один из стульев.
— Ты не должна была тут разгуливать, — мягко пожурил Эрик. — Я так и знал, что должен был остаться там с тобой.
— Я не знала, где нахожусь… — пробормотала в ответ Брилл; чем дольше она находилась в присутствии Эрика, тем сильнее ей овладевало смущение. Закрыв глаза, она попыталась собраться с мыслями. «Боже, я выгляжу как ходячий труп… и к тому же одета в простыню!»
— Нет, само собой, ты не знала… это место, где я живу. Сейчас мы под Оперой.
— Правда? Ну, полагаю, это объясняет, почему тут нет окон, — легкомысленно сказала Брилл, стараясь отвлечься от того, какой уязвимой она себя чувствует, и как до странного тихо ведет себя Эрик. «Наверняка он ужасно волновался. Господи! Что за дрянь приключилась, стоило мне только захотеть признаться ему в моих чувствах. Думаю, прямо сейчас мне не хватит на это сил. Придется подождать…»
