Диа Тайлин — обычный человек. И у нее есть секрет, который может стоить ей свободы. Трис Эйс — аномалия природы. Наблюдатель Крепости, защищающий близлежащие земли от Края — загадочного явления, способного пожрать все на своем пути. Один старый обычай — и вот уже Тайлин едет в Крепость к жениху, которого она никогда не видела. Она не собирается бунтовать или покоряться. Диа просто надеется, что недоразумение разрешится и она сможет вернуться домой. Но у триса Эйса есть свои причины держать ненужную невесту при себе. К тому же, он не уверен, не подослал ли ее кто? А тут еще вокруг странные вещи начинают происходить, и умершая крыса возвращается с Того Крысиного Света подросшей и явно поумневшей. А в Крепость приезжает друг триса, от которого у Тайлин так сладко щемит сердце. И может оказаться, что единственно правильный путь — это встать рядом, плечом к плечу перед лицом грозящей всем опасности, и выбрать, кто и что по-настоящему важны для каждого. И кто знает, что случится потом?
‒ Ко-оти, коти-коти-коти, ‒ шепотом звала Криста черного котяру триса Эйса. С завтрака осталась добрая порция сливок и приходящая экономка, как ни ругался трис, что кота безобразно раскормили, не могла не побаловать своего любимца. Украдкой, конечно, чтобы хозяин не заметил. Как назло, Бафо не спешил показывать ни свою пушистую морду, ни даже дрыгнуть лапой из‒за угла, мол, уйди, женщина, я занят! Может, заснул в шкафу, старательно шерстя постельное белье, а, может, инспектировал вкусно пахнущие крысами углы дальних комнат.
‒ Коти-коти-коти, ‒ женщина остановилась у лестницы, ведущей на второй этаж дома. Ладно, не совсем дома. Небольшой и не самой гостеприимной Крепости, недалеко от Края.
Экономка, придерживая левой рукой длинную юбку, медленно поднялась по ступенькам. Несколько минут назад, Арвор, приходящий смотритель триса Эйса, прошел в кабинет мага с письмом в руке. И, судя по лицу смотрителя, это письмо трису не могло понравиться ну никак.
‒ Приходящий смотритель, приходящая экономка… Хоть какого бы постоянства, ‒ вздохнула Криста.
Послышались громкие голоса. Экономка замерла на верхней ступеньке и тихо спустилась обратно на первый этаж. Не то, чтобы она
‒ Я тебе уже сказал, не надо носить мне эти проклятые писульки! Жги их в камине и все! ‒ голос Эйса звучал сердито.
‒ А я вам говорю, что это письмо придется прочесть… трис, ‒ Арвор не распространялся о своем прошлом до службы в Крепости, но Криста знала, что суровым голосом его было не напугать. Скорее, наоборот: экономке было интересно, что вообще способно вывести смотрителя из равновесия. А еще и она, и Арвор прекрасно знали, что Эйс никогда не позволит себе перейти черту, которая отличает благородного триса от
‒ На письме печать Совета, — безмятежности смотрителя можно было только позавидовать. — От любых внешних посторонних воздействий.
‒ Так добавь заклинание, сломай ее и в огонь, ‒ теперь голос триса звучал устало. Сегодня в ночь он снова ходил проверять стабильность Края и вернулся уже с рассветом. ‒ Боги Светлейшие, Арвор, ты же искусник почти пятого уровня.
— Искусники, обычно, создают закрывающие заклинания, а не ломают их, ‒ голос смотрителя был исполнен достоинства. ‒ И, кстати, письмо все равно не горит.
Повисла пауза. Экономка с котом синхронно подались вперед, чтобы лучше слышать.
‒ Значит, запечатано высшей печатью, ‒ пробормотал Эйс. ‒ С чего бы такая честь.
‒ Рискну предположить, трис, с того, что вы выбросили прошлые шесть писем?
Послышалось шуршание бумаги. Какое-то время за дверью стояла тишина, а потом трис негромко засмеялся и от этого смеха у женщины мурашки пошли по спине. Лучше бы ругался, честное слово.
‒ Да уж. Такого я не ожидал. Мало им было засылать ко мне комиссии, словно я вот-вот сойду с ума. Они активировали старую брачную договоренность моего отца, Арвор. Мне полагается аж целая невеста, представляешь? Боюсь,
Судя по звукам бумага скомкалась.
Бафо и экономка переглянулись.
‒ Ну вот и что-то постоянное, ‒ пробормотала женщина, бесшумно отступая от двери и открывая тяжелую дверь на улицу. Кот побежал за ней следом.
Сливки. Сливки и хороший травяной настой, вот что было нужно обоим сейчас. Слишком громкие новости для одного тихого утра прозвучали только что. И Криста не была уверена, что трис Эйс по-настоящему готов бы принять эти новости.
Сейчас это явление называли Краем. Потому, что привычная реальность обрывалась там, у краешка этого явления, у самой границы. У переливающейся пленки, за которой чернела темнота. Если везло и Край оказывался не слишком прожорливым, то темноту даже можно было обойти. И там, за ней, снова начинался привычный и знакомый мир. Иногда Край вытягивался на часы пути. Иногда был похож на узкий лаз. А иногда он начинал расползаться и поглощал все, до чего мог дотянуться. Без остатка.
