— Ага. Что ты побледнела? Все же обошлось, значит, ты была права — я им не нужна, никто за мной не охотится.
— А где Игорь?
— Был, уехал куда-то. Обещал не поздно вернуться. Я ему рассказала, как ты меня вчера спасла… Ой, ты посиди, там, кажется, у ворот сигналят. Наверное, Игорь приехал, пойду встречать! — И, накинув шубу, воздушное создание умчалось.
Да, это круто. Сегодня Аня подставила себя так, как убийца и желать не мог. И тем не менее она жива.
А это говорит только об одном — все мои построения ошибочны. Я не могу составить себе его точный психологический портрет, а значит, и не смогу просчитать его следующий шаг.
Сначала он смертельно рискует, проникая в дом, просто чтобы оставить запись в ежедневнике Гарика. Ладно, он хотел показать, что ни сам Гарик, ни его жена не смогут избежать мести. Это все логично и допустимо.
Потом он совершает два покушения подряд, и это только подтверждает серьезность его намерений.
А затем начинается ерунда на постном масле. Сплошная мистика.
Я изображаю Аню, мотаюсь, как дура, к этой портнихе, подставляю себя под пули, как только могу. И никакого результата.
Каким же дьявольским чутьем нужно обладать, чтобы «просчитать» мою ловушку?! Или же у него внезапно кончился весь его пыл и он просто решил переждать? То есть вот так шел-шел прямо к цели, наплевав на опасность, а потом раз — и устал. Ну надоело ему гоняться за Аней, и все тут!
Допустим, меня раскололи.
Но ведь тогда он должен был бы напасть на Аню!
Она меня не послушалась, помчалась выкупать муженька, шляться на радостях по магазинам, гулять, видите ли, в «Дубках»…
Спасти ее могло только чудо. И это чудо произошло. Охотник не напал на нее.
Залег на дно?
Его мотивы, и так для меня не слишком понятные, становятся просто до неприличия противоречивыми. Мне уже начинает казаться, что против меня два человека, один — хладнокровный убийца, другой — нерешительный психопат, который сам не знает, чего он хочет.
Не зря мне так упорно вспоминается поединок с Кукловодом — только тогда я испытывала похожие ощущения: зыбкость и нереальность происходящего вокруг меня. Только тогда я так же не могла просчитать следующий ход противника.
Очень похоже. Просто до безобразия.
Все, в чем пытался убедить меня Аркадий и чему я уже готова была поверить, теперь можно смело забыть. Моя интуиция с новой силой принялась сигнализировать об опасности.
Почему мне так не по себе?
С самого начала, с того момента, как я умудрилась разбить зеркало в комнате тетушки, меня не покидает смутное ощущение тревоги. Дурацкая мысль о плохой примете постоянно возвращается.
Расколов это чертово зеркало, я словно выпустила на свободу темные силы Зазеркалья, и теперь они ткут вокруг меня свою вязкую паутину. И вся реальность нашего мира начинает действовать уже по тем, нездешним законам.
Такому моему дурацкому состоянию есть свое, вполне материальное объяснение — с того злополучного вторника все пошло наперекосяк.
То есть все факты говорят мне одно, но я знаю, что это не так. И никто не сумел бы сказать, в чем тут дело. Даже я сама, как показал разговор с Аркадием, не могу толком сформулировать свои сомнения.
Единственное, что я твердо знаю, — все совсем не так, как кажется. И сегодняшняя безрассудная выходка Ани служит лишним тому подтверждением.
И от того, что отдельные события упрямо не хотят складываться в цельную картину, у меня просто земля уходит из-под ног. Чертовски неприятное ощущение!
С Кукловодом я наверняка перегибаю палку — мертвецы не возвращаются из своих могил.
Но черт меня подери, почему же я, как тогда, ощущаю себя игрушкой в руках опытного режиссера, словно одна из тех марионеток, которых Кукловод использовал в своих изощренных спектаклях?
Нет, я не пешка, не безвольный статист, мной нельзя манипулировать. Я сама решаю, какой сделать следующий ход. И единственный шанс для меня сохранить в целости свой рассудок — это довести дело до конца и узнать наконец причину столь странных поступков своего противника.
Теперь, когда неожиданное освобождение Гарика изменило диспозицию, у меня появилась возможность вычислить этого Охотника.
Новый расклад открывает мне доступ к тому самому загадочному «коммерсанту Б.» из «Новостей», встреча с которым закончилась для Гарика арестом. Не он ли тот закулисный режиссер и актер в одном лице, чьи странные поступки сводят меня с ума?
Узнать это можно просто. Достаточно всего лишь поговорить с Гариком. А вот, кажется, и он собственной персоной.
Дверь на веранде хлопнула, и в холл шумно ввалился муж Ани. Сама она, гордо неся свой живот под распахнутой шубой, следует за ним молчаливой тенью.
— О, здорово, защитница! Ну как, скоро поймаешь этого козла?
А в домашней обстановке он вовсе не такой непробиваемый, каким показался мне тогда в «Русском стиле».
И жену он обнимает за плечи совсем не как хозяин жизни — молодую подружку, не снисходительно и покровительственно, а нежно и заботливо. А улыбка его, оказывается, совсем меняет. Пожалуй, я пересмотрю свое мнение о «новых русских».
