Люська нет-нет да и бросала взгляд в зеркало, которое висело в сестринской: глаза блестят, щеки пылают.
Она только закончила делать уколы в палате девчонок, когда раздался звонок мобильного. Иван! Люська торжествующе взглянула на экран и замерла в изумлении. Это был не кто иной, как Толик. Телефон нетерпеливо трезвонил, захлебываясь от возмущения. Люська поколебалась и взяла трубку.
– Да. Слушаю.
– Люсьена, привет! Ты на работе?
– Да. А что?
– Ничего. Я просто так позвонил. – В голосе Толика слышалось нарочитое равнодушие. – Узнать хотел, как ты там? У тебя же днюха была. Ты прости, что не поздравил. Сама понимаешь, времени в обрез, кругом сплошная суета.
– Конечно, понимаю, – проговорила Люська с язвительным сочувствием. – Бедненький. Весь в делах.
Толик не понял ее сарказма и обрадовался.
– Вот-вот, Люсьен, только ты одна меня и понимаешь. Ты вот что… как посмотришь на то, если я… ну в общем, заскочу как-нибудь.
– Куда заскочишь?
– В гости. К тебе. Все-таки не чужие друг другу. Столько лет вместе прожили.
– Не хочу тебя огорчать, но нет. – Люська показала трубке язык.
Ей было грустно и смешно одновременно. А Стеша и не подозревает, что Толик собрался теперь от нее ходить налево! Видно, такова его судьба – болтаться по жизни, как кое-что в проруби.
– Почему нет? – опешил Толик.
– Потому что ты ошибся. Мы чужие. Совсем чужие. И в гости ко мне приходить не надо. Никогда. – С этими словами Люська с силой нажала на отбой.
Через мгновение снова раздался звонок.
– Ах ты, чтоб тебя! – рассердилась Люська и приготовилась снова скинуть вызов, но увидела на экране незнакомый номер.
– Слушаю!
– Привет, солнышко! Это я! – сказал ей в ухо голос Ивана. – Телефон купил! Денег у друга одолжил и купил. – В тоне его голоса было столько теплоты и нежности, что Люське показалось – она сейчас растает, как Снегурочка под лучами солнца.
– Привет, милый, – проворковала она в трубку. – Рада за тебя. А откуда ты знаешь мой номер?
– Подсмотрел вчера вечером, когда ты в душе была.
– Ах ты, хитрюга! – Люська погрозила телефону пальчиком.
– Когда ты заканчиваешь? Я ужасно соскучился.
– Скоро, Ванечка. Через полчаса уже выхожу.
– Я встречу тебя?
– Конечно, встреть. По дороге зайдем с магазин, купим чего-нибудь на ужин.
– Договорились. Только меня, наверное, не пропустят к вам на территорию.
– Я позвоню на КПП, внесу тебя в списки. Как твоя фамилия?
– Павлов. Павлов Иван Александрович. Паспорт нужен? Он у меня дома остался. Ехать за ним?
– Нет. – Люська чмокнула телефон и спрятала его в карман халата.
Никогда еще время не тянулось так медленно. Люська считала минуты, а потом и секунды. Наконец рабочий день закончился. Она в мгновение ока переоделась, подкрасила губы и пулей полетела к выходу.
Иван ждал ее в больничном дворе. В руках у него был букет красных роз. Никто никогда не дарил Люське красные розы. Ухажеры в юности ограничивались чахлыми тюльпанами, Толик на Восьмое марта покупал осыпающуюся мимозу. Она подошла к Ивану, осторожно взяла букет.
– Господи, какие красивые!
– Нравятся? Ну я рад. Хорошо, что ты выписала мне пропуск, а то я бы не прошел. У вас тут строго.
– Конечно, строго. Завтра выпишу новый.
Иван посмотрел на нее и хитро улыбнулся.
– А ты хочешь, чтобы я опять пришел тебя встречать?
Люська задорно тряхнула кудрями.
– Хочу!
– Ну раз хочешь, то приду. Пошли, а то есть очень хочется.
– Идем. – Люська по-хозяйски взяла Ивана под руку, и они зашагали рядышком по дорожке к больничным воротам.
– Ты мне совсем не рассказываешь о своей работе, – сказал Иван, когда они вышли на улицу. – Тебе она нравится?
– Нравится. – Люська счастливо улыбнулась. В этот момент ей все нравилось, даже свирепый завотделением.
– Не тяжело тебе с детишками? Всякие ведь попадаются. Бывают капризные. Плачут, кричат. Не слушаются.
– Меня все слушаются. – Люська пожала плечами.
– Так-таки все? – Иван поглядел на нее с улыбкой. – Кое-кто здесь хвастунишка.
– А кое-кто ничего не смыслит в профессии медсестры. А пытается обо всем судить.
Иван обнял Люську и прижал к себе.
– Ты обиделась, что ли? Напрасно! Я знаю, что ты отличная медсестра. Лучшая на свете. И все тебе подчиняются. Даже отпетые хулиганы.
– Откуда ты знаешь? – ехидно проговорила Люська, а сама потесней прижалась к его боку.
– Знаю. Я вижу. – Он снова посмотрел на нее уже серьезно, без улыбки. – Ты вообще необыкновенная. Мне очень повезло, что я забрел в твой подъезд.
– Это мне повезло. Я и не думала, что бывают такие отношения. Чтобы все начистоту, как с самим собой. С мужем все было по-другому.
– Не думай о нем. – Иван нагнулся и поцеловал Люську в губы. – Пойдем за продуктами.
