- Ничего, - Макс одарил его еще одним взглядом, от которого, по идее, должны были разом заныть все зубы. Но Гарж заулыбался, демонстрируя полный безукоризненный набор.
- Если нигде не ошибиться, из них можно синтезировать любое лекарство. Точнее, что-то вроде умной таблетки, которая сама решит, чем ты болен и как тебя лечить.
Гарж поднял брови. Были у него некоторые сомнения относительно умных таблеток, а также волшебных, радужных и всех прочих, которых, кстати, не так уж сложно было и купить, если знать, где. Видимо, чем-то подобным и занимался Макс.
Но Волк не был ни дураком, ни любителем нелегальных забав (ну, кроме основной своей работы), чтобы купиться на какую-то байку и согласиться выложить за нее неприличные деньги.
Макс пристально смотрел, перебирая варианты.
- Да-да, - Гарж патетично развел руками, - дорогой капитан оставил нам не только свой бизнес с корытом, но и две маленькие, но очень мерзкие проблемки. Племяшку и вот эту вот дрянь. Передоговоримся? Не думаю, что ты хочешь остаться без денег вообще.
- Я уж найду, на что прожить, не переживай, - отозвался Макс. Ему было совершенно все равно, кому отдать сыворотку из литопсов и с чьего счета получить деньги. В этом вопросе он был замечательно гибок и равнодушен. Главное - результат.
- Меня это устраивает, - Ружевич кивнул. - Договора не было, потому что Волк мне доверял, но если есть желание...
- Есть.
Не то что бы Гарж не доверял Максу. Хотя, конечно, не доверял. Зачем вообще кому-то доверять, если можно не доверять? Но все-таки главным мотивом его ответа была вредность: вот, значит, Волк доверял, а я нет, я-то тебя насквозь вижу.
Макс пожал плечами. Договор как договор, безличный, сплошные цифры, переделанный из какого-то шаблона, взятого из базы документации. Ружевич был в нем уверен примерно так же, как в самом себе. Никто еще никогда не находил способа к нему придраться.
Гарж, к своему сожалению, тоже не нашел. Подписал, кивнул и поднялся на ноги.
- Сейчас у нас небольшая остановка, чтобы похоронить капитана, и где-то через двое суток мы будем на месте.
Он почти уже вышел за дверь, когда Макс его окликнул.
- А?
Ружевич подозрительно загадочно улыбался. Это должно было насторожить тут же, оно и насторожило. С чего бы тебе лыбиться, как идиоту, если ты вообще не очень часто это делаешь?
- Кстати, работа на двоих будет стоить дороже. Не в два раза, но все-таки прилично.
Пока Гарж переваривал услышанное и склонял на разные лады значения, дверь уже закрылась.
- Что? Что? О чем ты, черт тебя возьми?
Дверь молчала. Наверняка чрезвычайно довольный собой Макс по ту сторону - тоже.
Гарж остановился посреди коридора, не зная, куда идти. Мысли занимало совершенно другое.
На самом деле, Макс мог иметь в виду практически что угодно. То, что эта зараза очень быстро распространяется по воздуху. Что во время инкубационного периода (и потом) нельзя ни с кем целоваться. А может, что-то еще, совершенно не имеющее отношения к реальной ситуации.
В горле запершило, и Гарж от души откашлялся в ладонь. Придирчиво рассмотрел слюну - нет, ничего похожего на черноту, хотя медицинской маской стоит обзавестись. Вероятнее всего, можно будет прикупить для всей команды на кладбище. Администрация таких станций постоянно щеголяет в чем-то подобном.
Нужно было идти в медотсек, но не хотелось. После обнародования суммы на лечение вообще хотелось запереться в каюте, выкинуть оттуда все вещи друга и не выходить до прибытия на колонию. К сожалению, это было невозможно, но очень хотелось.
Гарж любил себе потакать. Поэтому он украдкой огляделся, вытер ладонь о свои брюки и нырнул в каюту, где незамедлительно завалился спать.
Что имел в виду Макс, стало ясно достаточно быстро.
Сержант нарисовался в медотсеке, когда туда перестал приходить даже Мэри. Откровенно саботируя рабочий процесс, он таскался за Дари, которая тоже ничем не занималась и не могла не порадоваться компании.
Гарж дверь не открывал. Пусть идут к черту все эти гости. Укачало? Само пройдет. Сломал руку? Так тебе и надо. Кровь носом? Возьми полотенце.
В этом мире было мало вещей, с которыми на самом деле было сложно справиться самостоятельно. Голова Гаржа сейчас была занята очень простым делом: спасением жизни друга. Его страшно уязвила смерть Волка, и было страшно подумать, что будет, если и Дьюла решит отправиться к праотцам.
Предаваться рефлексии Гарж не успевал.
Филлипс побил кулаком в дверь, потоптался в коридоре, потом куда-то ушел. И стоило только вздохнуть спокойно, как он вернулся снова и продолжил стучать.
- Открой ему уже, - потребовал Дьюла. - Он мне на нервы действует.
Тут его снова скрутило, и пока он кашлял, нагнувшись к полу, Гарж открыл дверь.
- Чего надо? - мрачно поинтересовался он.
Психолог отшатнулся, но не сбежал. В руках он держал комок бело-черных салфеток.
Гарж ничего не сказал, просто пропустил Филлипса внутрь. Переставший кашлять Дьюла переводил заинтересованный взгляд с одного на другого.
- Я сейчас, - сказал Гарж и ушел, закрыв за собой дверь.
