Четыре года назад трое учеников престижной школы Сент-Амброуз обнаружили в лесу тело жестоко убитого учителя мистера Ларкина. Полиции так и не удалось найти преступника…Теперь в город возвращается любимица Ларкина — Бринн Галлахер, мечтающая о карьере криминального журналиста. Она твердо намерена узнать, кто же расправился с любимым всеми педагогом, у которого, казалось, не было врагов. Но так ли это на самом деле?Чем дальше продвигается расследование, тем больше Бринн узнает и о самом мистере Ларкине, и о возможных мотивах его убийства. Круг подозреваемых расширяется, и в него попадают трое ребят, нашедших тело.Но кто и по какой причине окажется убийцей?..
Karen M. McManus.
Nothing More to Tell.
© Karen M. McManus, 2022.
Школа перевода В. Баканова, 2022.
© Издание на русском языке AST Publishers, 2023.
Посвящается Ро и Эллисон
— Какое твое любимое преступление?
Сидящая рядом девушка приветливо улыбается, и я, естественно, решаю, что ослышалась.
— Любимое что?
— Преступление, — повторяет она все с той же улыбкой.
Значит, не ослышалась.
— Типа вообще или?..
— В сериях «Мотива», — уточняет она с легким раздражением в голосе.
Поделом мне — могла бы сообразить, раз сидим в приемной детективного телешоу.
Делаю попытку реабилитироваться:
— Ну да, я поняла. Трудно сказать. Они все такие… —
— Я тащусь от саги о семье Сторис, — говорит она.
И больше не замолкает.
Собеседница помнит такое количество подробностей о прошлогоднем сезоне, что я мысленно снимаю шляпу. Передо мной настоящий знаток «Мотива», тогда как я только начинаю осваивать криминальную документалистику. Если честно, я даже не ожидала, что меня пригласят на собеседование. Мое обращение к ним было, мягко говоря, нетрадиционным.
Что поделать — отчаянные времена…
Каких-то пару месяцев назад, в октябре, все шло по плану. Я жила в Чикаго, возглавляла редакцию школьной газеты и уже подала раннюю заявку в Северо-Западный колледж, в котором давно мечтала учиться. Две мои лучшие подруги тоже собирались учиться поблизости, и мы договорились снять квартиру на троих.
И тут — один облом за другим: меня выгоняют из газеты, не зачисляют в колледж, а папа сообщает, что его переводят обратно в главный филиал компании. Для нас это означает возвращение в родной Стерджис, штат Массачусетс, в наш старый дом, где после нашего отъезда поселился дядя Ник.
«Начнем с чистого листа», — сказала мама, сделав вид, что не помнит, как я рвалась оттуда четыре года назад.
В общем, теперь мне позарез нужна стажировка, которая заставит Северо-Западный колледж пересмотреть свое решение. У меня уже накопилось с полдюжины стандартных вежливых отказов. Нет чтобы написать прямо: «Дорогая мисс Галлахер! Ввиду того что самой успешной вашей публикацией в школьной газете является коллаж из фотографий пениса, вы нам не подходите».
Для справки: никаких пенисов я не фотографировала и уж тем более не публиковала. Я всего-навсего сдуру вышла из редакционного кабинета, забыв выключить компьютер и не заперев за собой дверь. Только кого это волнует? Мое имя красуется на тысяче разлетевшихся по Сети скриншотов, один из которых приземлился в
И так понятно, что и то, и другое. После седьмого вежливого отказа до меня дошло: нет смысла прятать то, что первым делом вылезает о тебе в «Гугле». Поэтому в «Мотив» я обратилась иначе.
Разговорчивая девушка в холле подытоживает свой впечатляющий анализ семейной драмы Сторис и круто меняет тему.
— Ты где учишься? — спрашивает она. — Я на втором курсе Эмерсона. Главная специальность — медиа-арт, дополнительная — журналистика, хотя, скорее всего, я поменяю их местами.
На ней клевая кожаная курточка поверх футболки с принтом и черные джинсы. На душе чуть спокойнее, оттого что мы одеты практически одинаково.
— Я еще в школе, в выпускном классе, — говорю.
— Да ну? — Ее глаза округляются. — Не знала, что они берут на стажировку школьников.
— Я сама не ожидала.
«Мотив» не входил в список, который я составила со своим личным консультантом по профориентации, четырнадцатилетней сестрой Элли. Я наткнулась на их программу, прочесывая сайт
Статья на
— Значит, ты работаешь в школьной газете? — спрашивает студентка из Эмерсона.
Вот умница, бьет сразу в больное место.
— Уже нет.
— Да ну? — Одна бровь съезжает к переносице. — Тогда как…
— Бринн Галлахер? — разносится по приемной. — Карли вас ждет.
— Ничего себе! — Глаза моей новой знакомой округляются. — Я и не предполагала, что Карли проводит собеседования лично.
— Как-нибудь справлюсь, — говорю я, встаю и перебрасываю сумку через плечо. — Чем черт не шутит.
