- Чувак, я тебя понимаю. Но, может, она не настолько плоха? Насколько я знаю, Кит верная подруга, честная, не любит трепаться - а это все для большинства людей положительные качества. К тому же, она довольна хороша собой, и, если убрать эти ее мешковатые свитера, нацепить платьице, завести в салон красоты - рядом с тобой окажется милая неиспорченная красотка! Которая будет постоянно под боком, привыкнет к тебе и в итоге не сможет устоять перед твоим неземным очарованием! - кажется, Финн скоро должен был дойти до выбора имен их будущим детям. - Слепишь из нее идеальную девушку для себя, и будешь жить припеваючи. Тем более, она не всегда была такой занудой, помню, на первом курсе мы даже общались. Мне нравилась ее независимость суждений, да и чувство юмора было на месте.
Пит тоже помнил, что на первом курсе Китнисс была совсем не такой. Да, она была совсем ребенком, за плечами семнадцать лет и розовые очки во все лицо. Но она была веселой, открытой, дружелюбной. Она ему даже нравилась: поездив по стране сразу после школы, Пит уже успел насмотреться на девушек, которые с легкостью прыгали в койку к любому с более менее тугим кошельком. Кит была не такая. Она одинаково доброжелательно общалась с выходцами из разных слоев общества, для любого у нее находилось доброе слово и приветливый взгляд.
Ее глаза… Довольно часто он встречался с этими серыми омутами, сидя на паре. В ее взгляде он видел заинтересованность, отражающую его собственную, поэтому был совершенно спокоен, когда подошел к ней на той злосчастной вечеринке.
Они отмечали окончание первого семестра, это было в доме Финника. Толпа студентов отрывалась под веселую музыку в сопровождении немереного количества алкоголя.
Пит уже был довольно пьяным, гормоны в молодом, восемнадцатилетнем теле разбушевались и требовали, чтобы он подошел к ней. Нет, не так. Он хотел подойти именно к НЕЙ.
Вокруг нее была целая толпа, им всем было легко и весело в компании той, старой Китнисс. Провожаемый злым взглядом Хоторна, Пит выцепил Китнисс из толпы и потащил к бару. Она легко пошла за ним, вложив свою маленькую ладошку в его большую, сильную руку. Он держал ее крепко, боялся отпустить и потерять в толпе пьяной молодежи.
Хотел вообще никогда не отпускать.
По пути он нес какой-то бред, уже и не помнил, какие глупости ей там говорил… Но она смеялась. Позволяла вести себя и не оттолкнула руку, которая приобняла ее за талию.
Когда они дошли до угла барной стойки, он остановился и обернулся к девушке. И пропал.
Она смотрела на него большими серыми глазами, так нежно, так доверчиво, будто готова была пойти за ним на край света.
Так далеко не требовалось. Он предложил подняться с ним наверх, чтобы… чтобы что?
Ну чего мог хотеть молодой, полный сил, немного нетрезвый парень от симпатичной девушки, стоящей рядом?
Она и без объяснений прекрасно поняла, для чего он ее зовет.
А вот дальше что-то пошло не так.
Рука выдернулась из его ладони, взгляд изменился, ни намека на былую нежность. Разочарование? Злость? Обида?
Пит не мог понять, что вызвало у девушки такую реакцию, ведь он позвал ее, потому что она ему нравится! Что еще он должен был сделать?
И он был уверен, что нравится ей тоже, вернее, нравился. До этого момента.
Выплеснутый ему в лицо тонкой ручкой, которая так доверчиво, так ПРАВИЛЬНО до этого лежала в его руке, чей-то алкоголь недвусмысленно указывал на отсутствие симпатии с ее стороны.
Пока Пит пытался понять, где совершил промах, девушка уже на всех парах тащила Хоторна в другой конец помещения. У того был растерянный вид, но он покорно следовал за подругой.
“Подругой ли? Может, они пара, поэтому она обиделась?”
Но, независимо от мотивов ее поступка, он чувствовал себя униженным.
Пытаясь разгадать таинственную женскую душу и найти логику в поступках этих милых созданий, Пит опрокидывал одну рюмку за другой.
Ему никогда не отказывали девушки, и это немного… обескураживало. И раздражало. И хотелось допить бутылку до конца и вырвать, наконец, эту строптивицу из объятий гребаного Хоторна!
Занятый важными философскими рассуждениями, Пит пропустил немалую часть происходящего вокруг.
Оказывается, уже некоторое время рядом сидела длинноволосая фея в коротком кожаном платье, которая томным голоском шептала ему на ухо пошлости. Окинув оценивающим взглядом глубокую ложбинку, вид на которую открывался сверху, Пит решил, что эта красавица может стать неплохим лекарством для его попранного мужского самолюбия, которое эта бесчувственная стерва Эвердин втоптала в грязь катком своей гордости.
- Пойдем?..
Упрашивать его не нужно было. Обогнав Диадему на полшага, Пит потянул ее к лестнице. Мир немного покачивался, поэтому ему казалось, что ноги не очень хотят поднимать его пьяное тело на второй этаж, где и находились комнаты для уединения парочек. Еще ему казалось, что перед глазами разливаются маслянистые пятна всех цветов радуги, и что провожающие его серые глаза полны укора и грусти. Конечно же, казалось.
