Стою, жду кофе, чувствую что-то обнимает мою ногу, смотрю вниз — ребенок! Оглядываюсь по сторонам — никого! Чей? Откуда?
Заказываю кофе в бистро, оплачиваю заказ, и чувствую, как что-то теплое обхватывает мою ногу. Опускаю взгляд вниз — ребенок! Я еще не проснулась или эти смотрящие в упор голубые глазки, принадлежали маленькой девочке? Оглядываюсь по сторонам, и понимаю, что рядом никого. На часах восемь с половиной утра и около элитного бизнес центра пустота. Возникает вопрос: чей это ребенок и откуда он тут один?…
Судя по нежно-фиолетовому платью в тон глаз, это девочка. Два коротких хвостика в таких же ярких резиночках в этом меня убеждают. Смотрю ей в глаза, и она теснее прижимается к ноге на шпильке, смеясь. Говорит что-то на своем детском языке, вызывая у меня недоумение. Девочка говорить не умеет, и разузнать у нее, где ее родители явно не удастся. Ника, что за глупости? Естественно, она не умеет говорить, ей от силы-то год-полтора.
И что делать? Скоро собеседование, и бегать, искать ее родителей времени у меня не было. Где здесь полицейский участок, тоже не знала. Но не могу же я оставить ее здесь? Смотрю на нее и умиляюсь. Разве люди могут быть такими милыми?
Протягиваю ладони к малышке и беру ее на руки. Не понимаю, как родители могли потерять такое чудо в районе, где сейчас и так было малолюдно. Основная масса людей, которая сейчас не спала, сидела в ресторанах и кафе. Еще и в торговом центре, который располагался на этой же улице.
Вглядываюсь в милое личико ребенка, смотрю на пухлые щечки и маленький носик. От моего взгляда она снова начинает звонко смеяться, и уголки моих губ невольно приподнимаются.
Пока я умилялась ребенком, не заметила, как ко мне подошел мужчина в деловом костюме. Он кашлянул, привлекая к себе внимание, и я повернулась к нему, прижимая малышку к себе. Передо мной стоял приятной внешности мужчина. Слегка уставший, выжатый словно лимон.
— Извините за предоставленные хлопоты, не могли бы вы отдать мне дочку? — деловито спросил приятным голосом, и я прижала малышку к себе. Ага, сейчас, взяли и отдали.
— Покажите документы, которые хоть как-то подтверждают ваше с ней родство, — серьезно произнесла, не собираясь отдавать ребенка первому встречному. Краем глаза уловила, как из ресторана через дорогу выходят несколько людей, похожих на охрану, и направляются сюда. Все выглядит как в боевике, и в мыслях проносится, как меня скручивают, валят на пол и забирают девочку. Ох, что-то фантазия разыгралась.
Мужчина на мои слова прыснул и слегка улыбнулся. А что, собственно, я забавного сказала?
— Мне нравится ваша осторожность, — произнес, доставая бумажник из пиджака, а из него фотографию. — Увы, документов нет, но есть фото, — он развернул его ко мне лицевой стороной, и я увидела этого незнакомца и девочку. На фотографии он держал ее на руках и улыбался. Миленькая, такая, семейная фотография.
— Впредь следите за своим ребенком лучше, — передавая малышку, серьезно произнесла ему. Как только девочка оказалась на руках у отца, она захныкала, но папочка быстро ее успокоил, — Она могла наткнуться не на меня, а на педофила или маньяка.
— Да, соглашусь с вами. Прошу прощения, но мне нужно идти, — он обнял малютку и, развернувшись ко мне спиной, пошел к ресторану, из которого, видимо, и вышел.
Тут со стороны торгового центра выбежала блондинка лет двадцати и быстро подбежала к мужчине.
— Извините, извините! Я отвлеклась на минуту, а ее уже нет, — одергивая свое платье, произнесла она. Девушка была потрепана, помада на губах размазалась, а платье явно было надето впопыхах. Видимо занималась она не тем, за что ей платят. Хотя… Кто знает, кто знает.
— Уволена, — более жестоко произнес мужчина и меня передернуло. Если бы он так говорил и со мной, я бы после этого чувствовала себя разбито. Не выдерживала, когда со мной так говорили. Слишком уж я ранимая, только крикни — уже плачу.
Мужчина с малюткой ушел, а за ним направились и другие. Девушка стояла и плакала, а я, развернувшись, и взяв забытое кофе с прилавка, посмотрела на время. О, черт, без пяти девять, еще чуть-чуть и опоздаю. Благо, офис недалеко. Быстро пошла к зданию, насколько позволяли шпильки. По пути пришлось выкинуть кофе, которое я только что купила, потому что пить на ходу не получилось. Горячий, зараза.
Ровно в девять я стояла у дверей, где меня встретила секретарша, которая пригласила в кабинет. Девушка сообщила, что мистер Крам задерживается на совещании и будет через десять минут, а пока предложила кофе, на который я согласилась.
Просидев в кабинете минут пять, услышала шаги по ту сторону двери. Раздался тихий голос, который еле расслышала. Видимо, Крам прибыл и спрашивал обо мне. Взяв кружку, отпила немного кофе, поставив его на место. В этот момент дверь открылась, и я услышала приближающиеся тяжелые шаги.
— Извините за опоздание, возник маленький конфуз с ребенком…, — послышался знакомый голос и я обернулась в сторону только вошедшего человека. Он не успел договорить, прерываясь на полуслове. Это был тот самый мужчина, который потерял ребенка. А я-то думала, что так голос в приемной казался таким знакомым.
