— За что? — непритворно удивился Глеб. — На моем месте так поступил бы любой мужчина.
— Все, что наговорил обо мне Геркулес — неправда, — продолжила оправдываться Марина. — Я никогда не была его любовницей.
— Знаю, — ласково проговорил Глеб и обнял ее за плечи. — Идем, выпьем чаю и оба успокоимся. Откуда ты знаешь детское прозвище Германа?
— Так зовут его сотрудники фирмы, — слегка улыбнулась Марина. — За глаза, разумеется. Так однажды назвала его родственница, а все запомнили.
Глава 8
Марина
Глеб напоил меня чаем, извинился, что привел в дом того, кто только прикидывался другом.
— Понимаешь, когда я приехал в Питер, никого здесь не знал. Вот и решился позвонить старому школьному товарищу. Никак не думал, что он окажется такой своло… — Глеб обернулся на детей и смягчил ругательство: — Таким нехорошим человеком.
— Сволочь, ты хотел сказать, — возразила Юля.
— Принцесса… — вздохнул Глеб, — разве можно так выражаться?
— Папа, но что я могу поделать, если дядя Глеб именно такой. Назвать его просто плохим человеком — слишком мягко.
Я не могла с ней не согласиться. Геркулес - самый непорядочный человек из всех, что встречались на моем пути. Жаль, что тогда, в лифте, Глеба не оказалось рядом. Он бы не позволил коммерческому директору лапать подчиненных.
— Еще чашечку чая? — предложил Глеб.
Я посмотрела на настенные часы: уже девять, Мишка наверняка волнуется и ждет моего прихода. Без чтения на ночь он ни за что не заснет.
— Мне пора домой.
Улыбка сплыла с лица Глеба, взгляд стал печальным и задумчивым.
— Тебе стоит проводить Марину, — вмешалась Юлька. — Вдруг этот нехороший человек поджидает ее за дверью.
От такого предположения я вздрогнула. С Геркулеса станется, мужчины его типажа не терпят отказов. Не удивлюсь, если он действительно захочет отомстить.
— Если Марина согласится, — с надеждой произнес Глеб.
— С удовольствием! — воскликнула я. Повернула голову в сторону детей и спросила: — Помочь вам одеться?
— Мы можем и не ехать, — пожала плечами Юлька. — Не маленькие, посидим часок одни. Правда, Кирилл?
Мальчик согласно покивал. А мы с Глебом удивленно переглянулись: с чего бы вдруг Юлька решила оставить нас наедине? Что «принцесса» задумала на этот раз?
— Хорошо, — произнес Глеб и строго посмотрел на дочь: — Остаешься за старшую. У тебя заряжен сотовый?
— Да, папа, — недовольно отозвалась Юлька. — Говорю же, я уже большая. Если бы ты не был таким упрямым, то давно позволил мне самой возвращаться домой. Я бы могла и Кирилла забирать.
— Это даже не обсуждается! — объявил Глеб. — Даже если допустить, что вы доберетесь с водителем: кто накормит вас ужином? Кто поможет сделать уроки?
— Но час-то мы посидеть можем? — не унималась Юля.
Глеб согласился. Но перед уходом дал дочери столько инструкций, словно улетал в другую галактику.
Пока он открывал ворота, я поинтересовалась у девочки:
— С чего бы вдруг ты такая добренькая? Надеюсь, не задумала что-то плохое?.. Скажи правду, если да, то я лучше доберусь до дома сама. А папа останется с тобой.
— Чего пристала! — фыркнула Юлька. — Не хочу лишний час видеть твою физиономию, только и всего.
Уточнять, чем именно ей так не приглянулась моя физиономия, не стала. Решила воспользоваться щедростью «принцессы» — это такая большая редкость.
Ехать в машине рядом с Глебом по ночному городу оказалось удивительно приятно. Играла расслабляющая музыка, в салоне пахло натуральной кожей и мускусно-пряными духами Глеба.
Он много говорил, еще больше смеялся. Кажется, всерьез вознамерился стереть из моей памяти воспоминания о вечернем инциденте.
— Мне кажется, ты очень нравишься Юле, — признался он и одарил новой улыбкой. — А она девочка очень требовательная.
— И очень одинокая, — добавила я. — Ни разу не видела, чтобы в школе она болтала с подружками. Или звонила им по вечерам.
— Еще не обвыклась в новой школе, — согласился Глеб. — К тому же не совсем оправилась от разрыва с матерью. Кирюша был совсем малышом, когда она ушла, ему проще. А Юлька все еще переживает.
— Простите, что затронула эту тему, — охнула я. — Вам, наверное, неприятно разговаривать о личном с почти незнакомым человеком.
Авто слишком быстро добралось до моего дома. Глеб припарковался возле подъезда, облокотился на руль и посмотрел на меня задумчивым, слегка затуманенным взглядом.
— Моя бывшая захотела лучшей жизни, я не стал ей мешать, — произнес будничным тоном. — Лучше жить одному, чем рядом с человеком, которому ты не нужен. И мне не больно обсуждать это, я давно смирился и забыл. А ты разве забыла, что мы перешли на «ты»?
Он протянул руку и заправил мне за ухо выбившуюся из косы прядь. От его прикосновения приятная истома покатила по телу. Захотелось зажмуриться и, как большой ласковой кошке, потереться о сильную руку.
— Да, перешли, — промурлыкала я.
Голова Глеба склонилась ближе. На долю секунды мне показалось, что вот именно сейчас Глеб поцелует меня. Я уже почти чувствовала прикосновение его твердых, чувственных губ. И внутренне сгорала от желания попробовать их на вкус.
