— Ольга Сергеевна… — ласково-ласково поинтересовались откуда-то сверху. И так внезапно, что я еле успела свернуть сайт с товарами для детей и будущих мамочек.
Чтобы с самым серьёзным выражением лица, вежливо так протянуть, невинно хлопнув глазами:
— Да-а, Максим Андрееви-и-ич?
Шеф от такой наглости подавился следующей фразой. И целую минуту буравил меня очень нехорошим взглядом, сжимая в руках внушительную кипу отчётов. Чтобы от души уронить это богатство на мой стол и не терпящим возражений тоном заявить:
— Ко мне в кабинет, Зеленцова. Живо!
— Казнить будете? — на автомате ляпнула я, со священным ужасом в глазах разглядывая стопку бумаг, опасно свесившихся с края стола. — Если что, я не согласная. У меня это… Завещание не готово!
Как на меня посмотре-е-ели-и-и…
Ей богу, если бы взглядом можно было убивать, от меня осталось бы одна жалкая кучка пепла. Максим Андреевич Потапов, самый молодой, амбициозный и грозный руководитель отдела продаж в нашей строительной фирме так на меня глянул, что я в который раз прокляла свой длинный и не в меру острый язык.
А потом прокляла ещё раз, когда мужчина глубоко вздохнул и самым несчастным, полным обречённости тоном выдал, проходя в свой кабинет:
— Если бы… Воспитывать. Буду. Наверное… Живо ко мне!
И дверью хлопнул так, что висящая на стене приёмной картина дрогнула и рухнула вних, оборвав несчастное крепление. А я…
А что я? Я ничего. Выбравшись из-за стола, я прихватила с собой неизменный чёрный ежедневник и отправилась к начальству на ковёр. Тем более, что это всяко лучше, чем сидеть и заниматься самобичеванием, самокопанием и прочим непотребством по вине одного конкретного мужчины. Третий день подряд. Ну или делать годовую выручку очередному магазину для беременных.
Я вздохнула и поморщилась, вспомнив свой вчерашний шопинг. Ну да, хватит с меня и того, что ближайший к дому «Детский мир» стал богаче на несколько тысяч после моего эпичного «Я в магазин, за гречкой!». И кто бы мне сказал, как это я так удачно сходила за этой самой гречкой, чёрт бы её побрал!
Впрочем, гречку я тоже купила. А ещё половину ассортимента местного супермаркета в придачу. И всё бы ничего, но когда я пришла домой, я поняла, что от одной части продуктов меня воротит, а вторая не даёт нужных вкусовых впечатлений, а есть хочется просто зверски. И что делать бедной, беременной девушке?
Правильно, организовать доставку! В общем, весёлый был вечер, да-а-а…
Мягко говоря.
Кабинет нашего Грозного и Ужасного встретил меня приятной прохладой, сногсшибательным (в прямом смысле слова!) запахом мужского парфюма и мрачным взглядом бездонных синих глаз. Серьёзно, я даже зависла немного, разглядывая начальника так, как будто вижу его впервые в жизни. И с удивлением осознала, что шеф-то у меня оказывается того…
Красивый, блин!
— Зеленцова, с тобой всё в порядке? — Максим Андреевич нахмурился, с подозрением уставившись на меня. Даже ручку отложил, подавшись вперёд и изучая меня пристальным, тревожным взглядом. — Ольга Сергеевна! Оля, блин!
А что Оля?! Оля зависла, у Оли когнитивный диссонанс случился и эстетический экстаз одновременно. И я, блин, теперь как никогда понимаю нашу бедную бухгалтерию, строчащую коллективные хвалебные оды в адрес одного конкретного начальника. Клянусь, даже подкалывать их по поводу фотошопа в обнимку с Потаповым не буду. Потому что не будь я беременна и влюблена, я бы, я…
Ух! Чтобы я сделала!
Мысли свернули в совсем уж неприличное русло, подбадриваемые суровым и серьёзным выражением лица Потапова. Высокий, брутальный, подтянутый, с таким хищным, цепким прищуром и низким, бархатным голосом он представлял собой реальный ходячий соблазн. И я даже не знаю, это действительно так?
Или у меня всё-таки гормоны играют, а?
— Если ты решила рожать на пороге моего кабинета, то я против, — как бы между прочим заметил Потапов, хитро сощурившись. — У меня через двадцать минут встреча с нашими партнёрами!
Ах ты ж…
— Ну и зараза ты, Максим Андреевич, — печально вздохнув, я прошла в кабинет и уселась на стул для посетителей. И ткнула ручкой в сторону посмеивающегося начальника. — Я, может, уже замуж за тебя выйти успела, медовый месяц распланировать, детей, совместное проживание, а ты…
— А мне и холостяком не плохо, — откликнулся Потапов, довольно улыбаясь во все тридцать два зуба. — И ближайшие лет пять я ничего менять не собираюсь.
— Ну, это ты так думаешь, — фыркнула себе под нос, припомнив планы на ближайший корпоратив. Нет, не свои, а нашей доблестной бухгалтерии.
И что-то мне подсказывает, что шефа ждёт ну о-о-очень интересный вечер открытий и новых познаний.
— У тебя такое выражение лица, что хочется найти бункер, — оценив мою многообещающую улыбку, Максим Андреевич преувеличенно громко вздохнул. — Но я рискну и не буду спрашивать, о чём ты сейчас думала. А взамен…
Устроенная начальником театральная пауза меня не впечатлила. От слова совсем. Подозрительно сощурившись, я смерила любимого начальника очень внимательным взглядом и выдала, громко щёлкнув ручкой:
