– … об участии Пабло Красса в сатанинском заговоре, цель которого в уничтожении Святого Престола, Святой Церкви и Священной Империи. Теперь точно и достоверно мы можем свидетельствовать о том, насколько могущественен сатана и насколько бессильны мы, люди, если только не находимся под защитой ангелов, святых и Пречистой Матери – Царице Небес. С великим глубочайшим прискорбием должен сказать, что даже высокий пост и ревностное служение Святой Церкви не защищает от нападок и обольщений сатаны. Если же сердце в сердце появляется гордость, мгновенно отдаляющая от Христа, если заслуги приписываются своему умению, а не провидению и славе Божьей, то дверь для демонических легионов открывается нараспашку, приглашая их войти внутрь и занять царственное место. К сожалению, Пабло Красс вместо покаяния и молитв, закрыл свое сердце для благодати, пошел на союз с еретиками ради собственной выгоды, предал нашу веру, Церковь и святых. Посему…
Местонахождение – неизвестно.
Время – неизвестно.
Пабло Красс ощущал дикую боль в области сердца, слушая магистра Ордена Тамплиеров. Каждое сказанное слово наносило глубокую рану на сердце, оставляя кровавый след.
– К сожалению, Пабло Красс вместо покаяния и молитв, закрыл свое сердце для благодати, пошел на союз с еретиками ради собственной выгоды, предал нашу веру, Церковь и святых. Посему с данного момента Пабло Красс лишается доверия Конгрегации по делам и защите веры, лишается всех ранее полученных рангов, лишается инквизиторского ранга, и более не имеет власти, как представитель Святой Инквизиции. Кроме того, за побег, устроенный для обвиняемой в тяжких преступлениях еретичке, за угрозу для жизни агентов Королевской службы, за оставление инквизиторской службы, за помощь в организации убийства Святейшего отца, за дружбу и помощь явным врагам Святой Церкви, за предательство христианской веры, за переход на сторону сатаны, Пабло Красс отлучается от Святой Церкви до момента своего истинного покаяния. Текст отлучения зачтет архиепископ Толедо Хуан Кастильо. – картинка с магистром Ордена сменилась крупным планом рабочего кабинета архиепископа, который в соответствующем облачении сидел за столом, мрачно смотря в камеру, а оттуда на всех жителей Империи, прильнувших сейчас к экранам. Получив невидимый знак, архиепископ тяжело вздохнул, опустил взгляд на лежащие перед ним бумаги и скорбным голосом начал зачитывать текст отлучения. – Во имя всемогущего Бога Отца, Сына и Святого Духа, Священного Писания, святой и беспорочной Девы Марии, Матери Бога, во имя всех славных добродетелью ангелов, архангелов, престолов, могуществ, херувимов, серафимов, во имя патриархов, пророков, евангелистов, святых преподобных, мучеников и исповедников и всех прочих, спасенных Господом, мы, Эрнан, Божией милостью кардинал и епископ Святой Церкви; Хуан, архиепископ Толедо; и Рубен Рохо, епископ и Великий защитник католической церкви, провозглашаем, что отлучаем от церкви и анафематствуем того злодея, которые именуется Пабло Красс, и изгоняем его от дверей Святой Божьей церкви, дабы он предан был на вечные муки с Дафаном и Авероном, Гусом, Кальвином, Лютером и со всеми, кто говорит Господу Богу: «Отойди от нас, ибо мы не хотим знать путей Твоих». И как огонь угашается водой, так да угаснет свет его во веки веков, если он не покается и не загладит своей вины. Да проклянет его Бог Отец, сотворивший человека! Да проклянет его Сын Божий, пострадавший за нас! Да проклянет его Дух Святой, ниспосланный нам во святом крещении! Да проклянут его небеса, и земля, и все, что на них есть святого, до тех пор, пока он не совершит явный всем нам достойный плод покаяния. Мы же, с великой скорбью в сердце будем молить Христа Спасителя, дабы Он, в своем милосердии подал его злому сердцу покаяние, тем самым избавив от вечного и неизгладимого проклятья. Аминь. Да будет так, да будет так. Аминь.
Голос епископа стих, затем на смену ему пришел магистр, сообщивший о назначенной награде в 100 золотых за любую информацию при помощи которой можно будет поймать беглого инквизитора и в 1000 золотых, при поимке и задержании Красса, причем позволялось применять физическую силу, поскольку он теперь беглый преступник и враг Церкви, а не ревностный служитель Святой Инквизиции. Запрещалось одно – убивать, поскольку Красс хоть и являлся на данный момент преступником, но все же прошлую принадлежность к Конгрегации никто не отменял, а значит лишение жизни исключалось.
Впрочем, Пабло дальше не слушал магистра. Не было ни сил, ни желания. Внутри казалось разорвался мощнейший снаряд, отчего теперь там царила абсолютная пустота. Каково это – осознать, что ты оказался вне Церкви? Каково понимать, что в случае гибели ты окажешься в аду, и никакие последующие молитвы, если даже таковы будут не помогут тебе перебраться из ада в Чистилище, поскольку наложенная анафема подобна толстым цепям, которая будет удерживать на месте? Каково осознавать себя врагом, а не защитником Церкви?
