Пабло удобно расположился в кресле на уютной террасе небольшого заведения, где подавали, как традиционные для Рима пиццу, спагетти и хорошее вино, так и разнообразную внеимперскую кухню. Правда, находились они здесь с Анжелиной совсем не ради вкусной еды. Их интересовало кое-что куда интересней. Вернее, кое-кто – сидящий за другим столиком мужчина, с аппетитом поглощающий какую-то заморскую ересь из отвратительных даже на вид морепродуктов. В документах, присланных Софией из алькасара этот тип значился, как некий Серджио Бентивольо. Интерес он привлек сразу же, как Пабло мельком изучил полученные материалы. Дело в том, что Серджио присутствовал почти во всех хоть сколько-нибудь значимых финансовых операциях, проводимых Торговым Домом Беньини, которых Пеллегрини подозревал если не в причастности к организации убийства Папы, так в похищении дочери. Все дело в том, что номер автомобиля, на котором увезли Марию удалось запечатлеть одной из автономно работающих камер соседней усадьбы. Пробив номер удалось выяснить, что автомобиль принадлежит Торговому Дому Беньини. София по просьбе бывшего начальника, а ныне беглого инквизитора и врага Церкви, запросила весь перечень операций Торгового Дома за последние полгода, и отослала их на левый аккаунт Пабло. Увидеть общее во всех операциях особого труда не составило. Вообще, труда не составило. Копнув глубже, удалось выяснить дополнительные детали, пробудившие еще больший интерес к личности Серджио. Так, Серджио Бентивольо в свое время представал перед Святым Церковным судом за проведенную сделку с купцом, на тот момент уже обвиненным в ереси и заочно приговоренным к сожжению. Каким-то образом Бентивольо удалось убедить судей в том, что он понятия не имел о еретических взглядах партнера, а значит не поддерживает и не имеет с ересью ничего общего, и отделался всего лишь штрафом. Да, весьма солидной суммой в сотню тысяч золотых, и, тем не менее – штрафом, а не положенной ссылке на рудники. Кроме данного случая были еще несколько инцидентов, связанных уже с Имперским судом, где тоже хоть и не так очевидно проскальзывала связь с еретиками. Во всех случаях Бентивольо удалось выйти если не сухим, то едва-едва намокшим из воды. Один раз Имперский суд присудил Бентивольо месяц принудительных работ на монастырь. Судя по всему, тот появился в нем лишь один раз, после чего казна обители пополнилась на две сотни золотых. Во втором случае, суд обязал принять участие в финансировании строительства железной дороги в одной из колоний. Бентивольо принял, опустошив свой карман еще на пять сотен желтых монет. И, в третий, недавний и самый последний раз дело вообще не дошло до финальной точки рассмотрения. Правда, в финансовой отчетности Бентивольо была одна безымянная строка с минусом в три сотни золотых, которая наводила на определенные размышления. Учитывая, тяжесть каждого из совершенных преступлений, Серджио уже давно должен был не просто сидеть, а подниматься на плаху для прекращения своей бренной жизни. Тем не менее, он спокойно разгуливает на свободе, и на вид не кажется человеком, осознающим наличие зависшего над собой меча. Все потому, что никакого меча и не было. Тут есть несколько вариантов, и каждый из них упирается в наличие за Бентивольо весьма влиятельных покровителей. Торговый Дом Беньини? Может быть. Однако Пабло в этом сильно сомневался. Да, Торговый Дом один из самых богатых Домов на юге Империи, имея на банковских счетах суммы с весьма большим количеством нолей. И все же, не обладают они таким громадным влиянием, чтобы вмешиваться и оказывать влияние на Имперский суд. А, это самое влияние видно за сотни и сотни километров. Нет, за ним определенно стоит кое-кто гораздо могущественней. Вот только, кто?
– Смотри! – сидящая рядом Анжелина едва не подпрыгнула, и ткнула его локтем в бок.
Пабло скривился, мысленно обругал спутницу весьма недостойными для инквизитора словами и взглянул в указанном с помощью кивка направлении.
Ага.
Ситуация несколько изменилась.
Бентивольо перестал с аппетитом поглощать заморскую ересь, а принялся за какой-то не менее заморский, ядовито-оранжевого цвета десерт. Однако не кулинарные изыски их объекта заинтересовали Анжелину. Изменилось еще кое-что. Теперь Бентивольо был не один. К нему подсел другой человек: среднего роста, с коротко подстриженными черными волосами, загорелой коричневой кожей, немного топорщащими ушами, и небольшим шрамом на правой стороне лица. Одет появившийся незнакомец был достаточно просто – темные брюки, темная рубашка и солнцезащитные очки на глазах.
– Кто он? – Анжелина вновь пихнула его локтем, заставив выдать очередную порцию ругательств в голове.
Чуть отодвинувшись, Пабло хмуро посмотрел в сторону столика Бентивольо. Действительно, кто он? Кажется, откуда ему знать? Вот только, почему-то при первом взгляде возникло глубинное ощущение, что он знает этого человека. Во всяком случае, если не лично, так заочно.
