Проявил себя Либерман и в сфере маркетинг-анализа. Его имя становится известным в мире бизнеса. Российская газета «Коммерсантъ» просила у Либермана дать развернутый прогноз развития российской экономики. Ведущая газета израильского бизнеса «Глобс» тоже прибегала к услугам Либермана для анализа ситуации на Восточноевропейских рынках. Либерман много разъезжает по миру. Куда его только не заносит — от гор Тянь-шаня до джунглей Центральной Африки. Как-то в киргизской глубинке он встречался с губернатором области. «Как же, как же, я о Вас наслышан — заявил ему местный владыка, — Это же Вы недавно привели к власти Бен-гуриона»...
Тайм-аут позволяет умному политику на многое взглянуть со стороны, правильно оценить прошлое, разработать стратегию на будущее. В 1998 году, когда Кнессет принял закон о самороспуске и назначении досрочных выборов, Либерман окончательно убедился, что Ликуд из партии, исповедующей некую идеологию, превратился в организационную структуру, единственная цель которой — достижение власти любой ценой. 10 сентября 1998 года Ивет выступил на собрании «Общества Лапид», объединявшего его единомышленников в Ликуде, пытавшихся вернуть партию к ее идейным истокам. Эта речь была последней его попыткой напомнить своим товарищам по партии, что Ликуд был создан не для того, чтобы служить теплицей для «наследных принцев» и функционеров, что целью его создания и существования было отстаивание национального достоинства еврейского народа и борьба за безопасность и процветание Государства Израиль.
Но призывы Либермана в родной партии не были услышаны, и он решил действовать самостоятельно. Проведя несколько совещаний со своими единомышленниками, 3 января 1999 года Авигдор Либерман созвал пресс-конференцию, на которой объявил о создании партии «Исраэль бейтену» — «Наш дом Израиль» (НДИ). Выступая перед собравшимися, Либерман рассказал о том, чем новая партия будет отличаться от всех прочих. Речь шла о глубоких реформах всех сфер жизни государства: оборонной и внешней политике, государственном устройстве, политической структуре, экономике, образовании, абсорбции репатриантов, культуре. Говорилось также о введении президентской формы правления, принятии конституции, учреждении конституционного суда. Значительное место в программе новой партии, естественно, занимали вопросы войны и мира: «Норвежские соглашения раскололи израильское общество на два лагеря. Но есть нечто, сплачивающее нас всех, в чем между нами нет разногласий. Я предлагаю разработать программу урегулирования, приемлемую для большинства нашего народа, в которой будет четко оговорено, что Иерусалим есть и будет вечной и неделимой столицей Израиля, а все еврейские поселения Иудеи, Самарии и сектора Газы останутся под нашим суверенитетом».
Эта речь вызвала резонанс в израильском обществе. Хотя повод для пресс-конференции ни для кого не был сюрпризом, никто не ожидал, что созданная Либерманом партия заявит о себе настолько громко и уверенно. «Наш дом Израиль», в отличие от большинства прочих партий, имеет не только четкие идеологические принципы, но и собственный подход к решению проблем, волнующих всех израильтян. «Наш дом Израиль»— неоконсервативная партия, придерживающаяся идеологических принципов сионистского ревизионизма, сформулированных Жаботинским: придание высшего приоритета обеспечению безопасности евреев, свободная рыночная экономика при одновременной заботе о благосостоянии тех, кто не может зарабатывать на хлеб.
В то время, когда целый ряд партий вели антирелигиозную, а, по сути, антисемитскую компанию, формирующую в сознании избирателя образ врага в виде еврея с пейсами, Либерман заявил: «Наша главная цель — возродить единство и сплоченность еврейского народа. Нарастающий раскол между религиозной и светской частями общества несет в себе смертельную угрозу всем нам. Мы обязаны найти то, что нас сплачивает, а не разъединяет». Кое-кто не сомневался, что новая партия начнет поливать грязью всех своих конкурентов: ведь это самый верный способ заручиться поддержкой «протестного электората»! К всеобщему удивлению, Либерман и его соратники пошли другим путем.
Аналитики утверждали, что на выборах НДИ ждет фиаско, поскольку она не преодолеет электоральный барьер. А Либерман был уверен, что партия получит не менее четырех мандатов. И в который раз он оказался прав. На тех же выборах, на которых Авигдор Либерман с соратниками вошел в состав Кнессета, левые получили больше всех голосов, а
их лидер — Эуд Барак — стал премьер-министром. НДИ, естественно, оказалась в оппозиции.
