Тен-Тен бежала, пока хватало сил, и когда она остановилась, она не могла бы даже предположить, в какой стороне находится логово Акацки. Зато с точностью могла утверждать, что если идти на северо-запад, она рано или поздно придет в деревню Листа. Конечно, будет это весьма нескоро. Но это не самая худшая перспектива, когда всего несколько часов назад ты находилась в плену у психопата, с косой за спиной. Тен-Тен остановилась перевести дух. Она отгоняла от себя мысли о том, что её миссия с треском провалилась, что соваться в эту историю было не лучшей идеей, что Дейдара сейчас сидит один в темноте или же давно мертв. Тен-Тен предпочитала думать, что попытка не пытка, что история ещё не закончилась, что с уходом Хидана из логова Акацки, рядом с Дейдарой стало минимум на одного психопата меньше. На самом деле она вовсе и не беспокоилась о подрывнике. Он был нукенином, членом Акацки, судя по всему бывшим, и всё-таки… Наверняка за его плечами не одна кровопролитная миссия, в которой он убивал невинных людей или даже шиноби листа… Или даже маленьких беспомощных котят.
«Господи, Тен-Тен, прекрати, не так уж он был хорош», – обратилась она к себе самой, – «Настоящий подлец. Ты же человек чести, ты не можешь иметь с ним никаких дел». Она остановилась и посмотрела назад в чащу. «Никаких», – настойчиво повторила она и медленно зашагала в сторону Конохи. Однако, через несколько минут снова обнаружила себя глядящей в обратную сторону. Ноги не слушались. Она замерзла, не знала, сколько еще сможет протянуть в лесной чаще без оружия, но идти дальше было невыносимо. В груди то и дело все сжималось, и куноичи больше не могла обманываться, что это обострившееся чувство голода. Поэтому Тен-Тен решила пойти с собой на сделку. «Ладно», – сказала она вслух, вкладывая в свои слова столько уверенности, сколько могла. – «Он был настолько хорош. Он был настолько хорош, что непременно выберется оттуда, слышишь? Он обязательно выберется».
В тюрьме было вовсе не так уютно, как в больничной палате. Соседние камеры были пусты, кроме той, что находилась напротив. В ней спал мужчина, отвернувшись к Сакуре оголенной спиной. Его позвонки выступали, облепленные лишь тонким слоем кожи. Куноичи отстранено подумала, что в такой гигантской тюрьме могут находиться тысячи заключенных, и об этом могли даже забыть. Может, и о ней больше не вспомнят? Поэтому её отвели в это жуткое безлюдное крыло? В ближнем углу соседней камеры Сакура обнаружила несколько пожелтевших листов, но дотянуться до них так и не смогла. А разгибать прутья, без острой необходимости, и тем самым, раскрыть свою способность, она не хотела. Сакура пообещала себе не делать глупостей и ждать хорошего момента. Побег, когда он состоится, должен быть успешным с первого раза, иначе второго может не представиться.
Сакура вспомнила Дейдару, который ни за что бы не стал ждать. Он бы все силы истратил, пытаясь выбраться здесь и сейчас. Даже сидя в темнице, Сакура думала, что ни за что не отступится и отомстит за его смерть. Может быть, Сасори уже добрался до логова и теперь только ждет удачного момента. Или, может, он уже возвышается над поверженными телами, новыми ценными экспонатами его коллекции. Или же он мертв. А Сакура так устала думать о смерти за эти дни, своей, его, чьей-либо в принципе. Она просто хотела выпутаться из всего этого. Но даже самые смелые её фантазии на этот счет не приводили ни к чему хорошему. Когда она выберется, что делать дальше? Кто её ждет? Никто. И все же, выбравшись, она могла предупредить Коноху о надвигающейся войне. А это был стимул жить дальше. Всегда был какой-то стимул. Она ни за что не сдастся. Сейчас Сакура решила, что должна хорошенько выспаться, пока есть такая возможность. Она устроилась на узкой койке, лицом к выходу, и закрыла глаза.
Он бежал по коридору так быстро, как мог, но все равно не успевал. Споткнулся. Снова споткнулся. Сакура была где-то рядом, он чувствовал это. Дверь за дверью – за каждой пусто. Она где-то рядом. Может, она уже слышит его шаги?
- Сасори! – раскатилось по коридору отчаянным воплем. Он остановился, едва не упав.
- Сасори, помоги! – снова раздался крик откуда-то из левого коридора. Он кинулся туда опрометью.
- Помоги, пожалуйста, помоги!
Вот она! Лежит на полу, в самой дальней комнате. Такая хрупкая. Он задыхался, сердце выпрыгивало из груди, но останавливаться было нельзя.
- Помоги! – снова вскрикнула она. Еще несколько шагов! Последний рывок… Сасори рухнул рядом с ней на колени.
- Я здесь, – задыхаясь, сказал он, нависнув над ней бледной тенью. Она полусидела, полулежала, облокотившись спиной о стену. Её рука легла ему на грудь и внезапно так отчаянно надавила, что он чуть было не опрокинулся назад.
- Что ты делаешь? – выдохнул он.
- Останови её! – в ужасе воскликнула Сакура.
- О чём ты говоришь?
