– О, да… – Йенс трясущимися пальцами взял одну из капсул и вытащил её из гнезда. – Великий Один, правитель Вальхаллы, насколько же прекрасно твоё смертоносное оружие… – он поднёс капсулу к глазу, пристально разглядывая её содержимое.
Томаш перевёл взгляд со своего клиента на монаха и увидел, как у того поползли брови. Брата Йозефа явно озадачила реакция покупателя. Томаш в ответ на немой вопрос лишь пожал плечами. Да, Йенс немного странноватый парень, как собственно все из их языческого культа. Однако, деньги с собой привезли, истеричных торгов за каждый медяк не устраивают, комиссионные без вопросов платят – какие тогда могут возникать вопросы? Правильно – никаких.
– Вирус действительно способен свалить абсолютно здорового мужика за пару дней, как нам утверждал Каспер? – вопрос задал не Йенс, а стоящий рядом помощник с длинными собранными в хвост волосами. Томаш забыл как его звали. Толи Агвид, толи Агмунд, а может вообще Арнгейр. Как торговец со стажем, Томаш никогда не испытывал проблем с памятью. В их деле плохая память вещь непростительная. Но имена у северян уж совсем ненормальные – наверняка даже Господь, и то не сможет назвать всех по имени.
– Вирус не просто способен свалить здорового человека, он способен его убить. – монах взял капсулу из рук Йенса и небреженым движением перекинул ее с ладони на ладонь, отчего храбрая делегация «Сынов Одина» тут же попятилась назад. Томаш тоже сделал два шага назад. От греха подальше, так сказать. Мало ли чего. – Даже не так… – Брат Йозеф задумчиво пожевал губами. – Он не просто способен, он обязательно убьёт. Вирус DI-25 не просто так носит настолько грозное название – он полностью ему соответствует. Латентный период у DI-25 отсутствует. То есть после того, как вирус попал в организм человека, носитель сразу же становится заразным. Что касается инкубационного периода, тот занимает от 24-х до 36-ти часов. Таким образом, как минимум сутки инфицированный даже не подозревает о болезни, при этом являясь активным распространителем заразы. В следующие 24 часа после проявления первых симптомов в виде повышенной температуры, острой диареи и кровохарканья, вирус проходит три стадии, полностью разрушая организм носителя.
– Какая вероятность смертельного исхода в случае инфицирования вирусом? – Йенс опасливо приблизился обратно к столику.
Брат Йозеф пожал плечами.
– У мышей сто процентов.
– Мышей? – ответ монаха явно озадачил датчанина.
– Ну… мы ведь не проводили испытания на людях. – Йозеф вставил капсулу с DI-25 в гнездо и захлопнул крышку кейса. – Наши братья-ученые проводили несколько смоделированных испытаний, учитывая все необходимые параметры, включая температурный режим, влажность воздуха, давление и всё прочее. Согласно полученным данным летальный исход в случае инфицирования находится в диапазоне от шестидесяти до восьмидесяти процентов.
– Шестьдесят-восемьдесят процентов… – повторил Йенс медленно растягивая слова, точно пробовал цифры на вкус. – Однако вы не можете гарантировать финальный результат?
На лице монаха впервые за встречу промелькнула эмоция. Не очень хороший знак, поскольку то было раздражение.
– Если бы вирус прошёл все стадии испытания, включая применение в реальных условиях, он бы стоил не пятнадцать тысяч, а раза в три дороже. Если вы так сильно беспокоитесь за его эффективность, то могу от себя гарантировать, что смертельность DI-25 составит не менее пятидесяти процентов. В случае, если реальные цифры окажутся ниже, мы вернём вам половину уплаченных за товар средств. Такие условия вас устроят?
Йенс колебался долю мгновения. Не больше.
– Полностью. – он поднял указательный палец вверх. Томаш облегченно выдохнул. Не хватало, чтобы сделка сорвалась на заключительном этапе. Месяц изнурительной работы улетел бы в пустоту. Такое случилось однажды. И Томаш не хотел повторения. Совсем не хотел.
– Хвала небесам и нашему Спасителю! – монах повернулся к помощнику слева. – Закончил?
Тот утвердительно кивнул и забрал чемодан с деньгами со стола.
– Тут всё. Пятнадцать тысяч денариев в медном, серебряном и золотом эквиваленте, как и договаривались.
– Отлично. – брат Йозеф провёл рукой по корпусу металлического кейса с ампулами смертельного вируса. – Вирус ваш. Как говорят наши братья-храмовники: Non nobis Domine, non nobis, sed nomini tuo da gloriam! (Не нам, Господи, не нам, но имени Твоему дай славу). – монах усмехнулся. – Правда в вашем случае столь благочестивый девиз неуместен, верно?
