Йенс растерянно глянул на Томаша. Тот нахмурился. Сколько раз ему доводилось работать с этим монахом от Научного Ордена святого апостола Луки? Три раза, если не считать данной сделки. Те конечно были куда скромней нынешней. В первый раз речь шла о поставке небольшой партии модифицированных гранатомётов колониальным сепаратистам. Во второй раз продажа двухсот килограмм химических реагентов представителю одного из княжеских домов Российской Империи. Какого именно, Томаш не знал. Даже не интересовался. Зачем ему такая информация? В его работе чем меньше знаешь, тем дольше проживёшь. В третий и последний раз перед нынешней сделкой, брат Йозеф продал чертежи недавно запущенного храмовниками спутника. Покупателем являлся некто из разведывательного сообщества Халифата. Учитывая нынешнее положение, когда между странами впервые за века вспыхнула война, сделка принесла весьма солидный доход. Тогда кошель Томаша утяжелился на целых четыре сотни золотых. Ну, утяжелился в переносном смысле слова, разумеется. Такое состояние в кошельке не таскают. И вот, спустя почти полгода новая сделка. С тем же продавцом в лице брата Йозефа из Научного Ордена святого апостола Луки. Если первая сделка принесла ему пятьдесят золотых, то вторая две сотни, третья четыре сотня, а эта около тысячи. Очень ценный продавец. Пожалуй, самый ценный. Однако, на этот раз поведение брата Йозефа отличалось от предыдущих встреч. Сигналы появились с самого начала, но он их отгонял. И вот, теперь…
– В нашей религии другие девизы. – Йенс взялся за ручку кейса. – Мы всегда готовы к Вальхалле!
– Вот как? – монах положил ладонь на поверхность кейса, блокируя любое движение. – А ты уверен в существовании вашей Вальхаллы?
Нехорошо.
Совсем нехорошо…
Тревожное предчувствие надвигающейся беды охватили Томаша, и он даже невольно сделал несколько шагов назад от стола с металлическим кейсом.
– Не понимаю твоих вопросов, монах. – северяне конечно не обладают такой горячей кровью, как итальянцы, однако если довести, никакие небесные силы не помогут остановить. Йенс же однозначно начал заводиться. А брат Йозеф явно добивался именно этого. Вот только – зачем? Томаш не мог найти ответа на вопрос. Всё шло хорошо. Датчанин привёз деньги. Монахи вирус. Все довольны. Сделка в финальной части – монахам нужно забрать деньги и пойти в одну сторону, северянам купленный товар и направиться в другую. Зачем толкать одну из сторон к эскалации? Какую цель преследует брат Йозеф? И самое главное, для чего?
– Не понимаешь? – представитель ордена святого апостола Луки передразнил покупателя. – Ну хорошо, я перефразирую свой вопрос: ты уверен, что если сейчас умрёшь, попадёшь в ваш выдуманный небесный чертог?
О, Боже…
Томашу хотелось застонать. Он так и сделал. Ни монахи, ни северяне на него внимание не обратили. Атмосфера накалялась с каждой секундой, и взрыв казалось был уже неизбежен. Всё указывало на то, что сделка по какой-то неведомой причине сорвалась, и он не получит свои комиссионные. Целый месяц работы впустую, а вместе с ней потеря клиентов, как с одной стороны, так и с другой. Прекрасный день, ничего не скажешь. Покровители сегодня явно решили над ним посмеяться.
– Я воин. – на удивление Йенс ответил довольно спокойно и даже сделал успокаивающий жест своим людям, потянувшимся к оружию. – Мои предки были воинами. Один из них участвовал в походе с Рагнаром Лодброком на Париж в девятом веке. Поэтому мой ответ тебе монах: да. И нет. Да, – я попаду в Вальхаллу. Нет, – небесный чертог не выдуман. Чего не скажешь о твоём жалком Иисусе.
А вот это датчанин зря.
Очень зря.
Томаш с трудом сдержал рвущийся наружу болезненный стон. Похоже со сделкой можно уже попрощаться. Причём, окончательно.
Брат Йозеф улыбнулся. Хотя улыбкой появившуюся на лице гримасу можно назвать разве что с большой натяжкой. И то, нужно иметь весьма развитую фантазию. Нет, то была не улыбка, а злобная усмешка.
– Жалкий Иисус, говоришь? – шипенью монаха позавидовала бы и змея. По спине Томаша побежали мурашки. Единственное, что сейчас хотелось – убраться как можно подальше из портовой зоны Неаполя. Вообще из Неаполя. Из Неаполитанского герцогства. Из… Томаш сделал ещё несколько шагов назад, глазами выбирая себе пути отхода. В мирное урегулирование конфликта верилось с таким же трудом, как в непогрешимость Папы, а потому очень скоро придётся убегать. И быстро. И пусть горят в аду его комиссионные, главное – выбраться из заварушки живым.
