На этот раз Пабло решил ответить без ёрничества.
– Применялись. И не раз.
– И физические, и психологические, и…
– Все виды пыток. Меня били током, топили, морили голодом, жгли огнём, и так далее по списку.
– Вот как… – генеральный секретарь Управления сделала какие-то пометки в лежащем перед ней планшете. – Чего они добивались? Что хотели? Какую цель преследовали?
– Узнать конфиденциальную информацию, само собой.
– Узнали?
Пабло позволил себе улыбнуться. Интересно, как генсек Управления себе представляет: он скажет «да»?
– Я молчал.
– Даже под пытками? – Карина Мур ему не поверила. Или сделала вид, что не поверила.
– Нас ещё в Академии учили терпеть боль. Пытки для инквизиторов не проблема.
– Хм… – Карина Мур перевела взгляд с Пабло на планшет, а потом обратно. – Им нужна был только информация? Может имелись ещё какие требования?
– Конечно. Они хотели чтобы я отрёкся от Христа, признал Мухаммада пророком и принял ислам.
– И как?
– Вы серьёзно? – Пабло даже не успел отреагировать. Вопрос поступил от обер-инквизитора.
– Я…
– Вы смеете обвинять инквизитора в отступничестве?
– Я не обвиняю, я…
– Никогда, ни один инквизитор не отрёкся от Христа. И даже подобные предположения, не могут…
– Всё нормально, Карлос. – Пабло слегка тронул главу столичного инквизитория за плечо. – Всё в порядке. Она делает свою работу. Думаю, это стандартный протокольный вопрос. Я прав?
– Именно. – кивком подтвердила секретарь ISS.
– Хорошо. Я отвечу. Нет, я не отрёкся от Христа. Нет, я не признал их лжепророка истинным посланником Бога. Нет, я не принял их лжерелигию.
Карина Мур одарила инквизитора тёплой улыбкой и уже открыла рот для нового вопроса, но её остановил неизменно мрачный Хуан Кортес:
– Глянь. – он пододвинул к ней свой планшет.
Пабло внимательно наблюдал за реакцией генерального секретаря ISS. Несколько секунд её глаза бегали, изучая новую информацию, потом женщина в растерянности обернулась к коллеге.
– Не понимаю…
Хуан ничего объяснять не стал – просто забрал планшет и в упор посмотрел на инквизитора. Пабло его взгляд не понравился. Совсем не понравился.
– Скажите, вам известен данный персонаж. – спецагент развернул планшет и выдвинул его на середину стола.
Пабло чуть подался вперёд, чтобы внимательней рассмотреть фотографию. Одного взгляда хватило для идентификации. Внутри всё похолодело. Он знал человека на фотографии. Прекрасно знал. Вопрос в другом: почему ему задали такой вопрос? Неужели они что-то знают? Быть такого не может. И всё же… Сохраняя внешнюю невозмутимость, по крайней мере хотелось надеяться что он не выдал внутреннее волнение, Пабло отрицательно мотнул головой.
– То есть, ответ отрицательный? – уточнил Хуан Кортес, забирая планшет обратно.
– Отрицательный. – самым спокойным тоном голоса, даже с нотками вселенской скукоты подтвердил Пабло. Внутри же сердце только увеличивало обороты.
– Ладно. – спецагент провёл пальцем по экрану планшета, а затем вновь выдвинул его на середину стола. – А этот человек вам знаком?
Быстрый бросок на экран. Пожилой мужчина в тёмном одеянии с густой седой бородой. По спине побежали струйки холодного пота. Да, он знал и его. И снова возникает вопрос: почему ему задают такие вопросы?
– Да, знаю. Верховный Имам и лидер Ордена Ассасинов.
– Верно. А человек на первом фото, ассасин высшего ранга и глава внутренней службы безопасности Ордена, Мохаммед Хусейн Салами. Так, для справки. – карие глаза спецагента внимательно изучали лицо Пабло. Наверняка выискивал хоть что-то, малейшую реакцию, за которую можно зацепиться. Бессмысленное занятие. Инквизиторов ещё с первого курса Академии обучали контролировать свои эмоции.
– Буду знать.
– А толи вы не знали…
Новый неприятный холодок. У безопасника явно есть какая-то информация, раз он делает подобного рода намёки. Такие вопросы просто так из пустоты не берутся. Однако… Разве он мог где-то проколоться? Мог оставить след? Вряд ли. И тем не менее…
Следующий вопрос заставил сердце рухнуть куда-то на уровень пяток.
– Скажите мне, дон Пабло, вы встречались с Верховным Имамом?
Потребовался весь многолетний опыт инквизитора чтобы сохранить прежнее невозмутимое выражение на лице.
– Я не понимаю смысл вашего вопроса, агент Кортес.
– Всё предельно просто. – на губах безопасника появилась нехорошая ухмылка. – Вы виделись с Верховным Имамом в течении последних девяти месяцев с момента вашего исчезновения? Да или нет?
– Последние девять месяцев с момента моего исчезновения, как вы выразились агент Кортес, я находился в руках специальных служб Халифата. А как вы знаете, Халифат не ведёт никаких дел с Тураном. Так, каким образом я мог видеться с Верховным Имамом?
Ухмылка не исчезла с лица спецагента. Она скорее трансформировалась в кривую гримасу.
– Вы мне скажите, дон Пабло.
– Я уже ответил на ваш вопрос.
– То есть, нет? Вы не виделись ни с Верховным Имамом, ни с его правой рукой Мохаммедом Хусейном Салами?
