Её оскорбления слились воедино, когда он пришёл в себя и увидел, что натворил. Ужас от содеянного захлестнул и разбил ему сердце.
«Я чудовище. Рождённый только для того, чтобы отнимать жизни».
Разбитый и оцепеневший, Кэдиган одевался, когда наконец пришёл её отец и позвал своих солдат арестовать его. Но Кэдиган знал, что даже если его повесят, он не умрёт, а откроет смертным правду, которую им не надлежит знать.
Посему он сбежал из зала и вернулся в лагерь брата.
В тот момент, когда Кэдиган вошёл в палатку, чтобы рассказать Люшесу о произошедшем, и брат увидел его, то побледнел. Его яркие глаза из голубых стали зелёными, а затем тёмно-красными, как у демона.
— Что ты наделал?
— Он убил людей, — прошептала Мизери, одна из подстилок Люшеса, материализовавшись рядом с ним. — Смертных, пытавшихся защитить свою сестру, которую он хотел заполучить себе.
Люшес осуждающе уставился на него.
— Это правда?
—
Люшес ударил его наотмашь.
— Никаких «но»! Ты поклялся никогда больше не проливать кровь смертных. Так ты соблюдаешь свои священные клятвы?
Кэдиган сдержал ярость.
— Они напали на меня первыми.
— В тебе течёт кровь Паймона! Ни один смертный не сможет по-настоящему навредить тебе. Ты это знаешь! С разбитым носом или подбитым глазом ты выживешь.
Кэдиган хотел возразить, но Люшес прав. Ему следовало воспользоваться силами и уйти, а не оказывать сопротивление.
— Прости меня, брат. Я ошибся.
Люшес покачал головой.
— Нет, это я ошибся, хоть на минуту подумав, что ты нечто большее, чем безмозглое животное, которым рождён. Ты мне противен! Не могу поверить, что доверился тебе.
Эти слова разбили Кэдигану сердце.
— Пожалуйста, Люшес... — Брат схватил его за горло, оборвав поток слов вместе с воздухом.
Кэдиган задохнулся от пронзительной боли. Не зная того, Люшес сдавил рану, нанесённую Этлой.
— За преступления против Господа Бога и за моё преданное доверие, я осуждаю тебя на изгнание в земли твоей матери. Живым ты не ступишь больше в мир людей. Ты проведёшь вечность, помня о содеянном и сожалея о собственных деяниях. Ты больше не один из нас. Приговор вынесен, и ты изгнан из мира людей. На веки вечные.
Кэдиган попытался высвободиться из хватки. Умолял не отправлять его в земли теней. Пытался рассказать Люшесу, почему его нельзя там заточать. Это чудовищная ошибка. Хуже, чем попасть в руки их отцу. Если Моргана когда-нибудь узнает его секрет, мир людей будет уничтожен.
Но всё было бесполезно.
Люшес швырнул его в маленькое зеркало, которое держал подле кровати.
Вместо того, чтобы упасть на него, Кэдиган провалился сквозь зеркальную поверхность... в адское царство Земли за завесой.
Он колотил в стекло, умоляя об освобождении.
Люшес холодно отвернулся и закрыл портал, чтобы никогда более не смотреть в лицо брату.
Преданный, с кровоточащими ранами, Кэдиган поднял с земли свой шлем и храбро пошёл навстречу дыре, в которую его бросили.
Он не успел далеко уйти, как его одолела армия фейри Морганы и притащила в цепях во двор Камелота.
Пышногрудая белокурая ведьма попыталась соблазнить его своими уловками и телом. Но Кэдиган понимал, что лучше не верить ни единому слову из уст ведьмы.
— Сын Бригиты. Поведай нам, где твоя мать спрятала щит твоего деда.
Он отказался отвечать, и ведьма перешла к пыткам.
Кэдиган молил о смерти. Желал её миллион раз. Но желанное освобождение от мук не наступало. Ни капли пощады. Не для таких, как он.
Пока в один день нападение не отвлекло его охранников, когда те несли его обратно в камеру. Кэдиган бежал из Камелота в поисках единственного убежища, о котором смог подумать.
По ненадёжной земле, избегая гончих Морганы, шпионов и солдат, он добрался до острова Авалон.
На краткий миг он вздохнул с облегчением, увидев сияющий замок, где жили выжившие рыцари Мерлина и Артура, продолжая сражаться со злом Морганы.
Пока не появился Адемар с тремя рыцарями и не преградили ему путь. Обнажив мечи, они заставили Кэдигана отступить.
— Что тебе здесь нужно, демоноид?
— Мне нужно увидеть пенмерлину[25].
Адемар вонзил кончик меча в кожу у горла Кэдигана, так что выступила кровь.
— Мы не пускаем сюда собак Морганы.
Измученный и с кровоточащими после пыток ранами, Кэдиган сдался на их милость.
— Я варемерлин. У меня щит Дагды… Я должен показать его пенмерлине, прежде чем Моргана вновь подвергнет меня пыткам.
Тогда он сделал то, чего никогда не делал в своей жизни.
Умолял.
— Пожалуйста, сжальтесь надо мной! Мне нужно убежище. Хотя бы на одну ночь дайте мне спокойно приклонить голову, чтобы я мог немного прийти в себя.
Адемар отшвырнул его в ответ.
— Лжец! Ни один хранитель не отдал бы предмет, принадлежащий Артуру, в руки демона! Ты за дурака меня держишь?
Кэдиган пытался спорить, но они призвали больше рыцарей и оттеснили его обратно в земли серых теней. И там он провёл тысячу лет, пытаясь избежать демонов, посланных за ним отцом, и тварей Морганы. Большую часть времени ему это удавалось.
