Теперь я точно знаю, пришло время что-то поменять. Снаружи, внутри, мне уже это неважно. Я просто хочу поменяться. Перестать пить чай и считать снежинки. Я от какао тащусь с ванильными пончиками. Клянусь. И пофиг, что молоко не пила раньше, я ведь меняюсь! А не все равно ли тебе, что я хожу на каблуках в коротких юбках? Да, я не выносила это, джинсы – моя страсть и кеды. Да. Но я меняюсь, я так хочу. Наверное. А может просто устала от себя. От себя такой, какая я есть. Неженка что ли? Да нет, не леди. Могу двинуть за троих сразу. Могу ведь. Значит, нет. Значит, просто нужно измениться. Для мамы, она ведь хочет, наверное, чтобы я другой была. Чтобы я выступала на сцене, а не плакала, просто мечтая. Я изменюсь. Я обещаю. Я полюблю то, на что раньше не обращала внимания. И я научусь писать красиво стихи, хотя читая очередной свой бред, я сомневаюсь. Но мне уже все равно. Когда-нибудь, я клянусь, сорвется последние слово. Вот-вот.
Я забуду то, что меня все время тревожило, чего я боялась. Это будет, совсем скоро. Знаю же...
И я изменюсь, обещаю.
======
Осталось пару дней до Нового Года, до новой жизни. По крайней мере, мне хочется надеяться на это. Люди на улице становится больше, они более агрессивные и суетливые, нежели раньше. Все сказывается и на нас тоже, почему-то так. Юлька ходит нервная, вечно что-то бубнит под нос, за что и получает легкие подзатыльники и пинки под зад. Я стараюсь тут же ставить ее на место, потому что это может довести до депрессии. А мне этого не нужно. У меня же – наоборот офигенное предпраздничное настроение, в доме стоит терпкий запах мандаринов, мы уже успели поставить ёлку, которую нам помог донести один добрый человек, так что в квартире к запаху мандаринов примешивается и хвойный аромат. Это так круто, правда, не так здорово убирать это все потом. По телевизору без конца крутят рекламу, а Юлька тихонько сидит в стороне и пьет шампанское, ей так хочется, а мне – нет.
В тот вечер, в ту новогоднюю ночь так ничего и не произошло, впрочем, как и в последующие пол года. Робкое молчание оставалось почти всегда. Оно всегда оставалось, когда не было другого выхода. Ничего собственно и не началось, ничего и не закончилось. Единственное, что я помню, так это ее приросшие губы к моему плечу, когда мы засыпали. Было около пяти или шести утра, мы вернулись уставшие с улицы и просто заснули на диване. Ее холодные губы, приросшие к моему плечу и такое же робкое дыхание. И больше ничего…
Ничего…
Все бы могло быть иначе, но все пошло по своему пути.
Значит, так надо.
Январь начался легко, мы отдыхали несколько дней. Я уехала к родителям, решив отдохнуть в них, встретилась со старыми друзьями. Юля тоже отдыхала с семьей, с кем-то гуляла. В общем, все было так, как нужно. В один из таких дней, Кипер разрывает нам телефоны, прося приехать в офис. Мы, как ни странно, срываемся и едем к ней. Она сидела на столом и нетерпеливо перебирала какие-то бумаги, вероятно, это были тексты песен или просто какие-то важные документы. Сообщила нам о том, что нашла балет, рассказала о скорых записях и дала послушать несколько демок. Все вроде бы ничего… Ничего.
Следующие недели мы записывали новые песни, прослушивали сведенные, уже готовые треки. К середине января половина материала уже было записано, это не могло не радовать. Как-то, в один из таких дней, мы с Кипер собрались очередной раз в офисе, за чашкой крепкого кофе она сказала нам, что через несколько дней мы должны встретиться с балетом. Ну надо, так надо. Шли дни. Мы все так же ходили в офис, пили кофе и разговаривали обо всем подряд. Однажды, к нам присоединился Полиенко, помню, он стал жаловаться на творческий кризис. Ну, с кем не бывает? Жаль, ну а делать нечего. Тем временем, пришел ответ от Вани. Еще бы…
Ему не нравится…
Ему не нравится и это уже перечеркивает все. Все наши труды. Я ужасно злюсь и просто не нахожу себе места. Мы так стараемся, а он вот так просто отвечает, что это плохо. Ладно-ладно. Зато хоть Галоян радует, она только и пишет новые треки, новую музыку, где-то валяется множество демок. Это круто. Ему спасибо.
Хоть ему.
Через неделю Кипер встретилась с Ленчиком, рассказывая ему о наших делах. Он, наверное, чем-то недоволен, но молчит. Или и в правду, ему все нравится. Или все равно. Нет, последний вариант нужно вычеркнуть. Они обговорили райдер, теперь он значительно пополнился, наверное, это хорошо. Еще обговорили наш имидж, тут уже все просто perfect, вылизано, вычищено. Даже странно… как будто мы голые… заготовленные куклы для огромного шоу. Так и есть.
Так и есть.
Ленчик и Кипер переслали Ване все документы. Надо же, чтобы наш гений был всегда в курсе всех событий. Через дня два, Лена показала нам трек лист, заготовленный для репетиций. Сказала, что как раз зал почти голов и через дня 2 можно будет начинать, но а пока что там отопительные работы. Заботятся, чтобы мы не замерзли. Как это мило. Слащаво, но мило.
Лена сообщила нам о том, что наняла для нас с Юлькой учителя по вокалу. Я рада…
