– Я просто выполнял свою работу. Пациент внимательно посмотрел на него.
– Я Алекс Харрисон.
Это имя ничего ему не говорило.
– Рад познакомиться с вами, мистер Харрисон. – Он пощупал у пациента пульс. – А сейчас чувствуете боль?
– Немного, но думаю, они меня здорово накачали обезболивающим.
– Действие наркотика пройдет, – заверил Мэллори, – и боль тоже. У вас все будет в порядке.
– Как долго я пролежу в больнице?
– Мы выпишем вас через несколько дней. В палату вошла медсестра из регистратуры, держа в руках бланки медицинских форм.
– Мистер Харрисон, нам требуется заполнить кое-какие бумаги. Есть ли у вас медицинская страховка?
– Вы хотите узнать, в состоянии ли я оплатить лечение?
– Ну, я не хотела так ставить вопрос, сэр.
– Вы можете направить чек в «Сан-Франциско Фиделити бэнк». Я являюсь владельцем этого банка.
После обеда, когда Мэллори зашел проведать Алекса Харрисона, он обнаружил в палате симпатичную женщину. Лет тридцати, стройная блондинка, на ней было платье от «Адольфо», которое, по прикидке Мэллори, стоило больше его месячного жалованья.
– А вот и наш герой! – воскликнул Алекс Харрисон. – Доктор Мэллори, не так ли?
– Да. Кен Мэллори.
– Доктор Мэллори, это моя дочь Лорена. Она протянула тонкую, ухоженную руку.
– Отец как раз говорил мне, что вы спасли ему жизнь.
Мэллори улыбнулся.
– Для этого и существуют врачи. Лорена одобрительно посмотрела на него.
– Не все врачи.
Мэллори было совершенно ясно, что этим людям не место в окружной больнице. Он обратился к Алексу Харрисону:
– У вас все в порядке, но, возможно, вы будете чувствовать себя более уверенно, если вызовете своего врача.
Алекс Харрисон покачал головой.
– В этом нет необходимости. Ведь не он спас мою жизнь. Ее спасли вы. Вам нравится работать в этой больнице?
Вопрос был неожиданный.
– Здесь интересно, да. А что? Харрисон сел на постели.
– Понимаете, я просто размышляю. Такой симпатичный и способный парень, как вы, мог бы иметь чертовски блестящее будущее. А в этом месте у вас вряд ли есть какие-либо перспективы.
– Ну, я…
– Возможно, сама судьба привела меня в вашу больницу, – произнес Харрисон. В их разговор вмешалась Лорена.
– Я думаю, отец пытается сказать, что найдет способ выразить вам свою признательность.
– Лорена права. Когда я выйду отсюда, мы должны будем с вами серьезно поговорить. Буду рад, если вы пожалуете ко мне домой на ужин.
Мэллори посмотрел на Лорену и медленно произнес:
– Я тоже буду рад.
И это событие изменило всю его жизнь.
Дела у Мэллори с Кэт складывались на удивление неудачно.
– Может быть, в понедельник вечером, Кэт?
– Прекрасно.
– Отлично. Я заеду за тобой в…
– Подожди! Я только что вспомнила. В понедельник вечером прилетает из Нью-Йорка моя двоюродная сестра.
– Ладно, тогда во вторник?
– Во вторник я дежурю.
– Как насчет среды?
– Я уже обещала Пейдж и Хони, что вечер в среду мы проведем вместе.
Мэллори начал впадать в отчаяние. Его поджимало время.
– А в четверг?
– Отлично, в четверг.
– Заехать за тобой?
– Нет. Почему бы нам не встретиться в «Чез Паниссе»?
– Очень хорошо. В восемь?
– Договорились.
Мэллори прождал в ресторане до девяти, потом позвонил Кэт. Никто не ответил. Он подождал еще полчаса. «Может быть, она что-то перепутала? Она не стала бы пропускать это свидание».
На следующее утро он увидел Кэт в больнице. Она кинулась ему навстречу.
– О, Кен, извини меня! Произошла неимоверная глупость. Я решила немного подремать перед свиданием, но уснула и проснулась только в полночь. Бедняжка. Ты долго ждал меня?
– Нет, нет. Все в порядке. – «Глупая женщина». Кен придвинулся ближе. – Мне хочется завершить то, что мы начали, детка. Я просто с ума схожу, когда думаю о тебе.
– Я тоже, – вымолвила Кэт. – Не могу дождаться.
– Может быть, в выходные мы сможем…
– Ох, дорогой, я буду очень занята в выходные. Вот так все и продолжалось. А время шло.
Кэт разговаривала с Пейдж, и в этот момент зажужжал ее бипер.
– Извини. – Она сняла телефонную трубку. – Доктор Хантер. – Несколько секунд Кэт выслушивала сообщение. – Спасибо. Сейчас буду. – Она положила трубку. – Мне нужно в неотложку.
Пейдж вздохнула.
– А разве могут позвать в другое место? Кэт прошла по коридору и спустилась на лифте в неотложку. Все стоявшие внутри двадцать топчанов были заняты пациентами. Кэт подумала, какая же это многострадальная палата, день и ночь она была заполнена жертвами автомобильных катастроф, перестрелок, драк. Калейдоскоп изломанных жизней. Для Кэт эта палата была маленьким уголком ада. К ней подбежал санитар.
– Доктор Хантер…
– Что случилось? – Они направились к топчану, стоявшему в дальнем конце палаты.
– Он без сознания. Похоже, его сильно избили. Лицо и голова разбиты, нос сломан, лопатка вывихнута, правая рука сломана по крайней мере в двух местах, и…
– Почему вы вызвали меня?
– Медсестры считают, что у него может быть поврежден мозг.
Они подошли к топчану, на котором лежала жертва. Лицо его было залито кровью и распухло. На мужчине были ботинки из кожи крокодила… Сердце у Кэт забилось тревожно, она наклонилась и внимательно вгляделась в пациента. Это был Лу Динетто.
