– Что ж, такова доля врача, не так ли?
– Да. Но мне неудобно перед тобой.
– Не думай об этом, – ласково успокоила его Кэт. – Я люблю тебя.
– Я тоже тебя люблю.
– Кен, а когда мы поговорим о нас?
– Что ты имеешь в виду? – Он прекрасно знал, что она имела в виду. Свадьбу. Все они одинаковые. «Пользуются своими прелестями, чтобы подцепить на крючок какого-нибудь простофилю и заарканить его на всю жизнь». Но с ним этот номер не пройдет. Когда наступит подходящий момент, он скажет, что очень сожалеет, и откланяется, как делал раньше уже десятки раз.
– Тебе не кажется, что нам надо назначить дату свадьбы, Кен? Мне ведь необходимо подготовиться.
– О, конечно же. Обязательно назначим.
– Что ты думаешь насчет июня? «Тебе незачем знать, что я думаю. Если я правильно поведу игру, то свадьба состоится, но не с тобой».
– Мы еще поговорим об этом, детка. А сейчас мне надо идти.
Дом Харрисонов представлял собой особняк, какие нередко показывают в кино. Он располагался на огромной территории среди ухоженных садов и лужаек. В просторной гостиной собралось около тридцати приглашенных, играл небольшой оркестр. Когда Мэллори вошел в дом, навстречу ему поспешила Лорена. На ней было обтягивающее фигуру шелковое платье. Она протянула Мэллори руку.
– Добро пожаловать, почетный гость. Я очень рада видеть вас здесь.
– Я тоже рад. Как себя чувствует ваш отец?
– Очень хорошо, благодаря вам. Вы настоящий герой в этом доме.
Мэллори застенчиво улыбнулся.
– Я просто выполнял свою работу.
– Наверное, и Господь каждый день говорит эти слова. – Лорена взяла Мэллори под руку и начала представлять гостям.
У Харрисонов собрались прямо-таки сливки общества: губернатор штата Калифорния, посол Франции, судья Верховного суда, известные политики, артисты и бизнесмены. Мэллори буквально ощущал витавшую в воздухе власть, и это возбуждало его. «Я должен вращаться в этом обществе, среди этих людей», – подумал он.
Ужин был роскошным. В конце вечера, когда гости уже начали расходиться, Харрисон обратился к Мэллори:
– Не спешите, Кен. Я хочу поговорить с вами.
– Буду рад.
Харрисон, Лорена и Мэллори уселись в библиотеке. Алекс сидел в кресле рядом с дочерью.
– Когда в больнице я сказал вам, что вас ожидает блестящее будущее, я говорил вполне серьезно.
– Мне приятна ваша уверенность, сэр.
– Вам следует заниматься частной практикой. Мэллори горько усмехнулся.
– Боюсь, что это не так просто, мистер Харрисон. Чтобы создать свою практику, требуется время, а я…
– Это обычно. Но ведь вы необычный человек.
– Не понимаю вас.
– Отец хочет после того, как вы окончите ординатуру, помочь вам организовать свою практику, – пояснила Лорена.
Мэллори на мгновение лишился дара речи. Все получалось слишком просто. Ему показалось, что он видит какой-то чудесный сон.
– Я…, я даже не знаю, что сказать.
– У меня масса богатых друзей, и с некоторыми из них я уже поговорил о вас. Обещаю, что вы навсегда запомните ту минуту, когда повесите свою вывеску.
– Папа, это адвокаты вывешивают вывески.
– Какая разница. В любом случае я буду рад помочь вам в финансовом плане. Вы меня поняли? Мэллори почувствовал, что ему трудно дышать.
– Вполне. Но я…, не знаю, когда смогу рассчитаться с вами.
– Значит, все-таки не поняли. Это я рассчитываюсь с вами. Вы мне ничего не должны!
Лорена устремила на Мэллори ласковый взгляд.
– Прошу вас, соглашайтесь.
– С моей стороны было бы глупо отказаться, не так ли?
– Совершенно верно, – нежным голоском подтвердила Лорена. – А я уверена, что вы не глупец.
По пути домой Кен Мэллори пребывал в состоянии эйфории. «Все хорошо, – думал он, – лучше не бывает». Но он ошибался. Дела его пошли еще лучше.
Ему позвонила Лорена.
– Надеюсь, вы не против совместить дела с удовольствием.
Кен улыбнулся про себя.
– Вовсе нет. Что вы задумали?
– В следующую субботу состоится благотворительный бал. Не хотите пойти со мной? «Ох, детка, конечно же, хочу».
– С удовольствием. – Он дежурил в субботу вечером, но вполне мог сказать, что заболел. Ему найдут замену.
Мэллори был из тех людей, кто строит планы на будущее, но то, что происходило с ним сейчас, превосходило все его самые смелые мечты.
В течение нескольких последующих недель он вошел в круг знакомых Лорены. И светская жизнь закрутила его. Ночи напролет он танцевал с Лореной, а днем влачил жалкое существование в больнице. Стали даже поступать жалобы на его работу. Но Мэллори это не волновало. «Скоро я уйду отсюда», – убеждал он себя.
. Мысль об уходе из этой отвратительной больницы и открытии собственной практики постоянно будоражила его, но госпожа Удача в качестве премии преподнесла ему еще и Лорену.
Теперь уже Кэт становилась для него помехой. Мэллори постоянно выдумывал всякие причины, лишь бы не видеться с ней. Когда Кэт настаивала, он пускал в ход различные уловки.
– Дорогая, я без ума от тебя…, конечно же, я хочу жениться на тебе, но сейчас я… – и за этим следовала какая-нибудь новая отговорка.
