– Ее зовут Бетси. Она работает в магазине готовой одежды. Мы собираемся завести полдюжины ребятишек. Первую же девочку назовем Пейдж. Надеюсь, вы не возражаете.
– Возражаю? Да я просто счастлива!
Джимми смутился.
– Слышали анекдот? Доктор сообщает пациенту, что тому осталось жить две недели. Пациент говорит: «Но я не могу заплатить вам сейчас». «Хорошо, – заявляет доктор, – тогда я дам вам еще две недели».
И Джимми ушел.
Пейдж беспокоил Том Чанг. Его настроение менялось от приступов эйфории до приступов глубокой депрессии.
Как-то утром во время разговора с ней Том заявил:
– А ты осознаешь, Пейдж, что большинство пациентов этой больницы умерли бы без нас? Мы обладаем силой лечить их тела и возвращать к жизни.
А на следующее утро:
– Мы все обманываем себя, Пейдж. Наши пациенты поправлялись бы гораздо быстрее без нашего вмешательства. Мы просто лицемеры, притворяющиеся, что знаем все ответы. А на самом деле ничего мы не знаем.
С минуту Пейдж молча смотрела на него, потом сказала:
– Что слышно от Сай?
– Я говорил с ней вчера. Она не вернется сюда. Собирается разводиться.
Пейдж взяла его за руку.
– Мне очень жаль, Том.
Он пожал плечами и усмехнулся.
– Почему? Меня это не волнует. Больше не волнует. Я найду другую женщину. И у меня будет другой ребенок. Вот увидишь.
Было что-то неестественное в этом разговоре.
Вечером Пейдж поделилась с Кэт:
– Меня волнует Том Чанг. Ты говорила с ним в последнее время?
– Да.
– Он показался тебе нормальным?
– Ни один мужчина не кажется мне нормальным, – ответила Кэт.
Но Пейдж не могла унять тревогу.
– Давай пригласим его завтра вечером на ужин?
– Я не против.
На следующее утро, когда Пейдж приехала в больницу, ей сообщили страшную новость – санитар обнаружил тело Тома Чанга в подвале, где хранилось оборудование. Он отравился снотворным.
Пейдж была на грани истерики.
– Я могла спасти его, – сквозь слезы укоряла она себя. – Все это время он звал на помощь, а я этого не услышала.
– Ты никак не могла помочь ему, – решительно заявила Кэт. – Проблема была не в тебе, и ты не могла решить ее. Он не захотел жить без жены и ребенка. Вот и все.
Пейдж смахнула с глаз слезы.
– Проклятая больница! Если бы не эта изнурительная работа и бесконечные дежурства, его жена никогда бы не ушла от него.
– Но она ушла, – тихо вымолвила Кэт. – Все кончено.
Пейдж никогда раньше не присутствовала на китайских похоронах. Это было незабываемое зрелище. Началось оно рано утром в морге на Грин-стрит в Чайнатауне, где собралась громадная толпа людей.
Под громкие звуки духового оркестра процессия двинулась по улицам Сан-Франциско. Впереди несли огромную фотографию Тома Чанга. Катафалк ехал в конце. Большинство участников похорон шли пешком, а самые пожилые ехали на машинах. Пейдж показалось, что процессия движется беспорядочно, без определенного плана. Это ее очень удивило.
– Куда они идут? – спросила она одного из участников похорон.
– По нашей традиции его последний путь должен проходить по тем местам, которые в жизни имели для него значение, – рестораны, где он ел, магазины, в которых бывал, и прочие места, которые посещал… – с легким поклоном ответил тот.
Свой путь процессия закончила перед окружной больницей «Эмбаркадеро».
Мужчина, к которому Пейдж ранее обратилась с вопросом, повернулся к ней и пояснил:
– А здесь Том Чанг работал. Здесь он нашел свое счастье.
«Неправда, – подумала она. – Здесь он потерял свое счастье».
Проходя как-то утром по Маркет-стрит, Пейдж увидела Альфреда Тернера. Сердце ее заколотилось. Она не могла вычеркнуть его из памяти. Зажегся зеленый сигнал светофора, и Альфред начал переходить улицу, а когда Пейдж дошла до перекрестка, сигнал светофора снова сменился на красный. Не обращая внимания на пронзительные звуки клаксонов и грубые окрики водителей, Пейдж бросилась через улицу.
Перебежав на другую сторону, она догнала Альфреда и схватила его за рукав.
– Альфред…
Он повернулся.
– Простите?
Это был совершенно незнакомый мужчина.
Теперь, на четвертом году работы в больнице, Пейдж и Кэт уже оперировали регулярно.
Кэт работала в нейрохирургии. Она не переставала восхищаться той сотней миллиардов волшебных компьютеров, называемых нервными клетками, которые размещались в человеческом черепе. Работа очень увлекала ее.
Кэт с громадным уважением относилась к большинству своих коллег. Это были умные, квалифицированные хирурги. С некоторыми из них ей, правда, пришлось трудно: они пытались назначать ей свидания, а чем решительнее Кэт отказывалась, тем больше они домогались.
Она услышала, как один из врачей прошелся в ее адрес:
– Вот идет «синий чулок».
Кэт ассистировала доктору Киблеру. В коре головного мозга уже был сделан крошечный разрез. Доктор Киблер ввел резиновую трубочку в левый боковой желудочек – полость в центре левого полушария мозга, – а Кэт держала разрез открытым с помощью маленького крючка. Все ее мысли были сосредоточены на том, что происходит перед ее глазами.
Доктор Киблер бросил взгляд на Кэт и, не отрываясь от работы, сказал:
