– Отлично. И у меня тоже. Да и кому я нужен?
«Очень многим женщинам», – подумала она.
– Если вам нравится домашняя пища, то я прекрасно готовлю.
– Посмотрим.
Когда на следующее утро Хони зашла в палату к Шону, он сказал:
– У меня есть для вас маленький подарок. – Он протянул ей лист бумаги с ее приукрашенным, идеализированным портретом.
– Мне очень нравится! Вы чудесный художник! – И внезапно она вспомнила слова гадалки: «Вы влюбитесь. Он художник». Хони внимательно посмотрела на ирландца.
– Что-то не так?
– Нет, – медленно произнесла она. – Нет.
Через пять минут Хони зашла в палату Франциски Гордон.
– Меня посетила Дева!
– Помните, вы говорили, что я влюблюсь… в художника?
– Да.
– Так вот, похоже… я встретила его.
Франциска Гордон улыбнулась.
– Вот видите? Звезды никогда не врут.
– А вы можете… можете немного рассказать мне о нем? О нас?
– Вон в том ящике лежат карты. Дайте мне их, пожалуйста.
Протягивая гадалке карты, Хони подумала: «Смех, да и только! Я же в это не верю!»
Франциска Гордон разложила карты, она кивала и улыбалась, потом вдруг замерла и побледнела.
– О Боже мой! – Она подняла взгляд на Хони.
– Что… что там? – спросила Хони.
– Этот художник. Вы говорите, что уже познакомились с ним?
– Похоже, что так. Да.
Голос Франциски Гордон наполнился печалью.
– Бедный мужчина. – Она снова подняла взгляд на Хони. – Мне жаль… очень жаль.
Операция Шону Рейли была назначена на следующее утро.
В восемь пятнадцать утра доктор Уильям Рэднор уже был в операционной, готовясь начать операцию.
В восемь двадцать пять фургон с грузом недельного запаса крови остановился возле запасного выхода больницы «Эмбаркадеро». Водитель вытащил из машины мешочки с кровью и понес их в банк крови, расположенный в подвале. В это утро там дежурил ординатор Эрик Фостер. Он пил кофе с печеньем в обществе хорошенькой молоденькой медсестры по имени Андреа.
– Куда положить кровь? – спросил водитель.
– Да положите вон туда. – Фостер махнул рукой в сторону угла.
– Хорошо. – Водитель сложил мешочки в угол и протянул Фостеру бланк. – Мне нужна ваша подпись.
– Ладно. – Эрик поставил свою подпись на бланке. – Спасибо.
– Не стоит благодарности. – Водитель ушел.
Фостер повернулся к Андреа:
– Так на чем мы остановились?
– Вы говорили мне, как я восхитительна.
– Совершенно верно. Если вы не замужем, то я с удовольствием поухаживал бы за вами. Вы с кем-нибудь встречаетесь?
– Нет. У меня муж – боксер.
– Ох! А у вас нет сестры?
– Между прочим, есть.
– Она такая же хорошенькая?
– Еще лучше.
– А как ее зовут?
– Мэрилин.
– Может быть, как-нибудь встретимся все вместе?
Пока они болтали, заработал факс, но Фостер проигнорировал это.
В восемь сорок пять доктор Рэднор начал оперировать Шона Рейли. Начало операции прошло гладко, операционная функционировала, как хорошо смазанная машина, управляемая способными людьми, выполнявшими свою привычную работу.
В девять ноль-пять доктор Рэднор добрался до пузырного протока желчного пузыря. Когда он начал вырезать желчный пузырь, рука его дрогнула, и скальпель задел артерию. Из нее хлынула кровь.
– Боже мой! – Он попытался остановить кровотечение.
– Давление упало до девяноста пяти, – крикнул анестезиолог. – Может наступить шок!
Рэднор повернулся к медсестре:
– Срочно доставьте сюда кровь!
– Сию минуту, доктор.
В девять ноль-шесть в банке крови зазвонил телефон.
– Не уходите, – попросил Фостер Андреа, прошел мимо уже переставшего работать факса и снял трубку телефона. – Банк крови.
– Вторая операционная, нам нужно четыре пинты крови нулевой группы.
– Хорошо.
Фостер положил трубку, подошел к углу, где были сложены вновь доставленные мешочки с кровью. Он взял четыре мешочка и положил их в металлическую тележку, которую использовали для таких экстренных случаев. Потом еще два раза проверил мешочки.
– Нулевая группа, – громко произнес он и вызвал звонком санитара.
– Что происходит? – поинтересовалась Андреа.
Фостер взглянул на лежавший перед ним график операций.
– Похоже, у доктора Рэднора неприятности с пациентом.
В девять десять в банке крови появился санитар.
– Вы меня вызывали?
– Доставьте это во вторую операционную. Они ждут.
Проследив, как санитар увозит тележку, Фостер повернулся к Андреа.
– Расскажите мне о своей сестре.
– Она тоже замужем.
– Ох…
Андреа улыбнулась.
– Но она встречается и с другими мужчинами.
– Серьезно?
– Шучу. Мне надо возвращаться к себе, Эрик. Спасибо за кофе и печенье.
– Всегда к вашим услугам. – Он проводил ее взглядом и подумал: «Вот это задница!»
В девять двенадцать санитар стоял у лифта, чтобы подняться на второй этаж.
В девять тринадцать доктор Рэднор изо всех сил старался предотвратить катастрофу.
– Ну где эта чертова кровь?
В девять пятнадцать санитар толкнул дверь операционной, и медсестра помогла ему распахнуть ее.
– Спасибо, – поблагодарила она, схватила мешочки и поспешила к операционному столу. – Вот кровь, доктор.
– Начинайте переливание. Живо!
В банке крови Эрик Фостер закончил пить кофе, все его мысли были об Андреа: «Как симпатичная, так обязательно замужем».
По пути к своему столу он проходил мимо факса. Сняв сообщение, прочитал:
