Верес вернулся в плотное тело в обычное пространство после заседания Совета Сорока Восьми и обнаружил ожидавшего его начальника замковой стражи.
– Что-то срочное? – Верес потер отяжелевшие веки и потянулся к чаше, которая оказалась пуста.
– Возможно, князь. Тут скорее тебе решать, – воин подошел к столу, взял кувшин и наполнил чашу князя.
Верес напился и благодарно кивнул:
– Выкладывай, что там у тебя?
– Сегодня днем на заставе Хвойная на приемную монету был получен необычный посыл. Не звук и не изображение.
– Любопытно, – сказал князь, – И что же это было?
– Монета мигала… – начальник стражи пошевелил пальцами, подбирая нужные слова, – …выдавала короткие вспышки свечения с такими же короткими промежутками затухания.
– Так может просто сбоит монета, такое бывает иногда.
– Я тоже сначала так подумал, – признался воин, – Но затем я получил донесение с другой заставы. Там было такое же явление. Мерцание приемного камня.
– Продолжай.
– Мною по всем заставам был отдан приказ отслеживать любые странные явления, которые могут произойти с приемной монетой. Так вот, оказалось точно такое же поведение приемников наблюдалось еще на двух заставах.
– М-да. Действительно довольно странно, хотя, ничего необъяснимого я пока не вижу. А, впрочем, где расположены эти заставы?
– Ты, князь, как всегда прозорлив. Все заставы, где обнаружено явление мерцания камня, расположены на реке Вильке.
– Это где-то на востоке, по-моему?
– Да князь. Северо-восток.
– Ага. Пожалуй, здесь есть над чем поломать голову нашим наукарям, – сказал Верес, – А сможешь ты достать мне запись этого мерцания?
– Уже, князь, – начальник стражи протянул Вересу теплый зеленый пятнадчик, – Здесь запись мерцания с заставы Хвойная. Еще на одной заставе тоже догадались записать. Скоро перешлют.
– А вот любопытно, – сказал Верес, взвешивая на руке полученный от начстража тяжелый кругляш, – Совпадут эти записи или окажутся с различиями?
Начстраж похоже и сам уже об этом думал и ответил сразу:
– Трудно сказать заранее. С одной стороны, время явления на всех заставах совпадает, да и заставы как на подбор находятся на одной реке.
– Но?
– Но с другой стороны, заставы удалены друг от друга на сотни верст. Не существует способа передавать посыл на такое расстояние.
– Да, ты прав. И все-таки, отдай приказ отныне записывать все подобные странные явления.
– Слушаю, князь.
Верес отпустил воина, засветил монету и приказал ей показать запись. Над монетой развернулась светящаяся пелена, начался показ записи. Он увидел угол рубленой избы далекой заставы и висящую в этом углу на нитке приемную монету. Вдруг приемная монета вспыхнула и начала мигать светом. Мигание длилось недолго, не больше минуты. Затем мигание прекратилось так же внезапно, как и началось. Запись оборвалась.
Верес отложил монету, поднялся из своего кресла и прошелся по комнате. Затем снова взял монету, убедился, что она остыла и посмотрел запись еще раз. Его не столько поразило увиденное в записи, сколько то, что одна монета показывает другую монету. В этом был какой-то знак. Как указание на бесконечность. Ему представилось, как монета показывает другую монету, которая в свою очередь показывает третью монету…
В этом было и что-то бредовое и одновременно с этим выход за какие-то пределы. Верес вдруг понял, что это нужно рассматривать вместе: не просто мерцающая монета, а мерцающая монета, показанная другой монетой! Он поймал себя на мысли, что с нетерпением ждет вторую запись, желая получить подтверждение, что запись с обеих застав совпадает. Верес тряхнул головой и направился к выходу.
Оказавшись на улице, он совершенно мимодумно пошел к зданию НИИ, как наукари с чьей-то легкой подачи прозвали свое обиталище. Уже берясь за ручку двери он себя остановил. А что собственно заставило его направиться не в правое крыло, где находятся действительно сильные моги, разбирающиеся в нифриле во всех тонкостях, а в левое, где размещены эти довольно странные люди, пытающиеся применить здесь свои знания из прошлой жизни на Старшей Сестре? Только ли чутье? Вересу вспомнился сегодняшний доклад Карины на Совете: «…мы пока не можем сказать ничего определенного о той роли, которую должны сыграть выходцы со Старшей Сестры, – говорила она, – Единственное что я могу заявить со всей убежденностью: они думают по-другому»… нет, не только чутье.
– Они думают по-другому! – негромко произнес князь и потянул за ручку двери.
Личное появление Вереса вызвало легкий переполох, левое крыло не было избаловано его вниманием. Поэтому, когда он заходил в совещательный зал, за ним спешно проталкиваясь в дверь, следовало около двух десятков человек. Они бились здесь над воплощением самых разнообразных идей: от сумасбродных до немыслимых. Правда, ничем кроме теорий похвастаться этим изобретателям пока было нечем.
