Я бродил по дому, заглядывал в самые дальние комнаты, если они не были заперты. Уже на самой крыше, куда я под конец выбрался, и пытался рассмотреть окрестности, благо темнота мне не мешала, да и кусочек солнца еще выглядывал из-за дальней стены, окружающей старый город, меня нашла Лана.
— Вот ты где! — возмущенно сказала она, появляясь из стеклянной будочки, в которой располагался выход на крышу, — я его везде ищу, а он закатом любуется!
— Не кричи, о, прекрасная принцесса, — улыбнулся я, — от этого портится характер и цвет лица.
Лана зависла, пытаясь найти взаимосвязь между криком и цветом лица, потом рассмеялась.
— Тьфу! Лучше скажи, ополоснуться перед ужином не хочешь?
— А что, тут есть баня? — в предвкушении я потер руки.
— Да ну, какая баня? — удивилась девушка, — обычная купальня. Пойдем, покажу, — она схватила меня за руку и потащила за собой.
Купальней оказалась небольшая комнатка, эдак метров десять на пятнадцать, с маленьким бассейном в полу, своеобразной «джакузи», в которой смогли бы расслабиться одновременно несколько человек. Бассейн уже был наполнен водой, от которой шел пар. На специальных полках в стенках бассейна стояли разнообразные бутылочки.
— А как тут вода греется? — поинтересовался я, пробуя воду рукой.
— Не знаю, — пожала плечами Лана, что-то выискивая в шкафе, вделанным в стену, — в одном кране постоянно есть горячая вода, во втором — холодная. В подвале, наверно, что-то греет. Я не интересовалась, — наконец она достала большое полотенце и положила его на стоящий рядом стул.
— А что остальные, уже искупались?
— Да ну их, вонючек! — она сердито махнула рукой, — говорят, что завтра в баню пойдут. Так… — она задумчиво огляделась по сторонам, — полотенце есть, тебе еще что-то надо?
— Ага, — буркнул я, рассматривая на просвет содержимое бутылочек, — рассказать, что тут для чего, — я потряс очередную емкость с непонятной густой жидкостью, — и еще массажиста, желательно женского полу.
Лана хихикнула.
— То, что ты держишь в руках — это чтобы голову мыть. Вон та бутылочка — ее содержимое выливается в воду, хорошо тонизирует. Вот это, — она указала пальчиком еще на одну емкость, — мыло. Остальное тебе не нужно. А вот насчет массажа… — она картинно отставила ножку, уперла одну руку в бок и выгнулась в поясе, так, что ее совсем не мелкие груди попытались прорвать платье, — я сгожусь? — и с хитрой улыбкой посмотрела на меня.
— Тьфу на тебя, — с небольшой задержкой, потраченной на осмотр композиции под названием «Соблазнение невинного», то бишь меня, ответил я, — Васа меня убьет за развращение малолетней, тем более его родни. Иди уж, — Лана улыбнулась, развернулась и, походкой фотомодели медленно пошла к выходу. И где только научилась, засранка?
На пороге девушка повернулась ко мне:
— И вовсе я не малолетняя, мне уже двадцать лет исполнилось, — и гордо вскинув голову, удалилась.
М-да… А ведь я давал ей меньше.
Помывшись и хорошенько отмокнув, я вылез из бассейна и тут-то столкнулся с проблемой. Запасной одежды у меня нет, а грязную одевать не хочется. Что мне прикажете делать? Голышом что ли идти?
Так. Хозяева предложили мне искупаться? Предложили. Про сменку не подумали? Не подумали. Вина лежит на них? На них.
Успокоив себя таким образом, я обмотал полотенце вокруг пояса, прихватил одежду под мышку и, напустив на себя невозмутимый вид, пошлепал в свою комнату. До которой, кстати, мне надо было пройти полдома и один этаж вверх. За углом я натолкнулся на Лану, явно поджидающую меня, но делающую вид, что находится тут по своим делам.
— О, — оглядывая меня якобы удивленно, протянула она, — А почему ты не оделся? Или ты так пойдешь к столу?
— Издеваешься, да? — огрызнулся я, — найдешь, что мне одеть? А то я действительно так выйду, — пригрозил я, — и пусть вам стыдно будет!
А Лана вовсю веселилась, мстя мне за то, что я назвал ее малолетней. Почему же еще?
