— Не изумляйся, детка, просто Ее Величество просила меня о защите — объяснила бабуля, улыбаясь. Похоже, она была рада этому маленькому сюрпризу в виде просьбы молодой королевы.
— Да, да! — королева упала на колени и покрыла руку бабули горячими поцелуями. — Спасите меня!
Уж не знаю почему, но руку блистательной бабушки Аннеты все подряд мечтают облобызать в первую очередь. Спору нет, бабуля в любом обличии обаятельная женщина, но почему именно руки?
Бабушка посмотрела на меня и сказала:
— Мне хотелось, чтобы ты видела, как просто это делается. Капелька доброты, и страстное желание дичи — это все, что нужно. Поднимись, дитя!
Королева Марта немедленно повиновалась. Бабуля мягко взяла ее за подбородок и поцеловала в губы.
Что-то мне сегодня везет на странные поцелуи.
Лицо бывшей королевы Марты осветилось. Бабушка забрала у несчастной молодой женщины тяжелый груз и дала цель. Они стояли рядом: безупречной красоты брюнетка, знающая жизнь как никто, и ее новая служанка, очаровательная, светловолосая, преданная до гроба и дольше. Почему нет? Марта — милая женщина, с ней будет веселее, а ведьмовскому ремеслу она подучится в меру сил.
— Вот и славно — бабушка вновь улыбнулась. — Как твои дела, Грета?
Я показала трофей.
— Тогда можно начинать — решила моя красавица-бабушка. — Его Величеству не спится, он в тронном зале. Дружок, ты справишься без шума?
Наш верный Грауэ радостно закивал. Я тут же передала ему подарок принца, но взмолилась:
— А можно мне свидание с королем?! Ну, пожалуйста.
— Ах, ты совсем еще дитя — вздохнула бабушка Аннета. — Король такой же мужчина, как и все. Разве что борода редкостной ухоженности, это признаю.
— Но там так красиво: трон, витражи, резьба, настоящий король! Когда я еще такое увижу?!
— Грета, я не собираюсь тебе отказывать. Иди. Но когда тебе начнут приедаться столь грубые удовольствия?
— Скоро, бабуля, скоро! — заверила я, и мы с Грауэ устремились к тронному залу.
Коридоры и переходы, здесь абсолютно вымершие, контрастировали с пьяным праздничным шумом во дворе. Я легко шла по темным помещениям, полы полупрозрачной, отделанной изящнейшими кружевами, рубашки новобрачной скользили по древним плитам. Оставив погрустневшего Грауэ за дверью, я вошла в тронный зал.
Простор, разноцветные тени оконных переплетов на полу, несколько горящих свечей на столе, трон, и думающий только обо мне властитель. Издали сидящий на троне Феликс Третий выглядел потрясающе — прямо статуя. Когда увидевший меня король вскочил, я даже слегка разочаровалась.
Феликс Третий смотрел на меня, как на привидение. Да, в этом немодной сорочке покроя «в пол» я была слегка призрачной, но можно же проявить и каплю куртуазности? Хорошенькое же привидение.
Я плавно пала на колени и трагическим шепотом поведала:
— Ваше Величество, я в вашей власти! Мне приснилось, что вы меня зовете.
Тени благоприятно играли на моей полуприкрытой рубашкой коже, глаза мои влажно и трогательно светились. Возможно, кого-то это и напугало бы, но только не мужчину, который думал обо мне весь вечер.
Шурша мантией, он сбежал ко мне, резко наклонился, схватил за щеки и поцеловал. Мгновение я думала, что голову оторвет, но ведьмовская шея крепкая, живо приноровилась.
Поцелуй… Сугубо монарший, конечно. Страсти хватает, задушит и не посмотрит. А в эротическом отношении очень средне. Борода приятная, надушенная, но с моим толстяком Минором было куда поприятнее. Но не за поцелуями истинные ведьмы к королям ходят!
С интуицией у Его Величества было все в порядке: подхватил меня с неприятно зябкого пола, держа на весу начал сдирать рубашку. Ой, прямо как нетерпеливый малыш конфетный фантик раздирает.
— Ах, Ваше Величество! — я, обморочно закатывая глазки, обвила руками сильную шею монарха. Между прочим, в глазах Феликса Третьего никаких мыслей вообще не мелькало. Страсть, страсть, и еще раз страсть. Я, конечно, и сама шизанутая, но тут стало страшновато и слегка больно: рубашечка была сшита на совесть, местами кружева рваться не желали. Сейчас сдерет с меня шелк вместе с кожей, потом обесчестит и съест. Но мой Грауэ рядом, если шалости зайдут слишком далеко, мы короля сами загрызем, хотя это и пойдет не совсем по плану. Ничего, бабушка простит.
Ой, бородатый рот добрался до моей груди, ощущения были настолько странные… Его Величество рванул свою одежду, высвобождая возбуждение, как куклу подбросил меня в воздух, перехватил за бедра…
В следующее мгновение я уже состояла в прямой и бесстыдной любовной связи с королем Норрбергских земель Феликсом Третьим. Грубый он, как сапожник! Я бы вообще не выдержала, но законные забавы с мужем еще согревали мое тело. Ай, разрази тебя гром, мужлан! С каких это пор на трон жеребцов сажают?!
Я опомнилась — все же в моей собственной власти. Схватив за бороду, я заставила короля смотреть в глаза:
— Нежнее, мой король!
