– Не пойдет, – отрезал царевич. – Мне твой план не нравится.
От изумления волчица аж пасть разинула.
– Как это?.. Почему не нравится?
– Не стану я действовать как воришка. Просто встречусь с императором и попрошу у него водички. Небось не откажет.
Приподнявшись на задние лапы, волчица заглянула Василию в глаза.
– Совсем сбрендил?
– Угадала.
– Такой честный, да?
– Опять в самую точку.
Отпрянув, волчица принялась нервно расхаживать возле ног коня. Конь взирал на неё с любопытством.
– Послушай, чокнутый Вася! – затараторила она в ярости. – Императору Лао Ван Мину триста лет! Даже если он предложит тебе чашку чая – рви когти без оглядки! Потому что этот хитрый старый лис за одно мгновение десять раз купит тебя и продаст со всеми потрохами! Ты понял, сдвинутый фехтовальщик?
Василий задумчиво теребил конскую гриву.
– У тебя всё? – осведомился он. – Тогда меня послушай. Ева, ты не права. Хоть ты знаешь много такого, что мне пока не ведомо, но ты, как отец мой и братья, видишь только одну сторону монеты. Ни купить меня, ни продать, поверь, нельзя. И человек, проживший триста лет, думаю, сразу в этом разберётся.
– Господи, что за болван! – взвыла волчица. – А если не разберётся?!
– Значит, у него что-то со зрением. – Василий привязал коня к дереву. – Жди меня здесь, Ева. – Он зашагал к императорскому дворцу.
– Не смей называть меня Евой! – раздалось за его спиной.
В ответ царевич помахал рукой.
Стоило ему приблизиться, стража у ворот ощетинила копья.
– Без паники, ребята! – проговорил Василий-царевич. – Это не бандитский налет!
Один из стражников – судя по одеянию, здесь главный – суровым голосом спросил:
– Кто ты, чужеземец, и чего хочешь?
– Я сын царя Ивана. Хочу поговорить с императором.
Стражники захихикали. Указывая на Василия пальцами, они стали обмениваться мнениями о чумазой шантрапе, имеющей наглость выдавать себя за вельможную особу. Однако их начальник оказался не так прост. Жестом руки утихомирив насмешников, он столь же сурово произнес:
– Я доложу Избраннику Богов. Жди. – С этими словами он вошёл в ворота.
Василий подмигнул стражникам.
– Каждый может ошибиться, ребята.
На сей раз стражники промолчали. Они хмуро застыли, уперев копья в землю, и косички их торчали, как беличьи хвосты. Вскоре возвратился их начальник.
– Идём, – пригласил он царевича. – Ты удостоен беседы.
Они миновали ворота и по дорожке, устланной морскими раковинами, направились в сад. В лучах заката императорский дворец, казалось, был покрыт червонным золотом. А сад, в котором росли причудливые деревья и диковинные цветы, выглядел уголком земного рая. Восхищённо озираясь, Василий-царевич спросил:
– Куда мы идём?
– Уже пришли. – Начальник стражи указал на нефритовую скамью в форме спящей кошки. – Отдохни. Властелин Поднебесной к тебе выйдет. – И он зашагал на свой покинутый пост.
А Василий в изумлении увидел старую сливу, из-под корней которой бил искрящийся ключ, образовавший маленький прудик, прозрачный как слеза. Присев на скамью-кошку, царевич потрогал серебряный кувшин, стоявший на ее плоской голове. Всё оказалось в точности так, как описывала волчица. Можно было зачерпнуть воды, перемахнуть через стену и… Василий отдёрнул руку от кувшина.
Солнце почти село. Неподалёку черноволосый стройный юноша подстригал кусты жасмина. Одежонка на нем была лёгкая, штаны да рубаха, и трудился он с увлечением. Казалось, своими движениями юноша развеивал по саду жасминный аромат.
– Эй! – обратился к нему Василий. – Ты садовник?
Прервав работу, юноша поклонился.
– Да, господин.
– Скажи-ка, братец, этот источник… он и вправду такой чудодейственный?
– О да, господин. – Вытерев руки о штаны, садовник приблизился. Ногти у него на пальцах были длинными и ухоженными. – Позволено ли будет мне, букашке ничтожной, также задать вопрос?
Василий кивком указал на скамью.
– Садись и задавай.
– О нет, господин. Сверчок запечный знает своё место. – Лицо юноши было словно отлито из бронзы, а раскосые глаза внимательно наблюдали за царевичем. – Но не сочтите дерзостью, господин, моё любопытство: понравился ли господину императорский сад?
– Очень понравился, – ответил Василий. – Но прекрати языком кружева плести.
Глаза юноши блеснули. Чтобы спрятать их выражение, он вновь поклонился.
– Надеюсь, господин извинит навозного жука за скверные манеры и не примет за назойливость вопрос: какого господин роду-племени и зачем пожаловал в Поднебесную?
– Причём тут род-племя? – ответил Василий. – Я просто путешествую. Нравы изучаю.
Взгляд садовника выразил удивление.
– Но ведь начальник стражи… кажется, он доложил императору, что вы сын царя Ивана?
– Подслушивал? – Царевич изобразил негодование.
Юноша снова поклонился.
– Простите жалкого червя, господин. Я был неподалёку и не заткнул себе уши.
Василий рассмеялся.
– Прежде я не доверял слухам про этот источник, – сказал он. – Зато теперь вполне убедился.
Садовник застыл в поклоне.
– Что же поколебало недоверие господина? Ведь, насколько презренный раб успел заметить, господин даже пальца не окунул…
