– Оставшийся путь, полагаю, мы проделаем ножками, – улыбнулся дон Валентино.
Донна София потрепала его по щеке.
– Да, пузанчик. Но не мечтай, что кто-то сочтёт это подвигом.
Тут они оба заметили рыбака и его невесту. Граф приветливо кивнул.
– Какими судьбами?
– Добрый вечер! – отозвался Антонио. – Гуляем вот… Не возражаете, дон Валентино?
– Ну что ты, Антонио! – Граф указал в сторону кипарисовой аллеи. – Прогуляйтесь там: замечательно красивый вид!
Меж тем кучер щёлкнул кнутом, и пустая карета въехала в ворота замка. Графиня помахала рукой.
– Тони, всё-таки ты должен, – она взяла мужа под руку, – организовать ему рыбалку! И окунуть в море с головой!
Граф хохотнул.
– Ну-ну, дорогая! Всем известно: я плаваю, как дельфин!
– В любое время, дон Валентино! – рассмеялся Антонио. – Надеюсь, рыба вас не испугается!
– Вот и проверим, – подытожила донна София и обратила взор на сидящую верхом Лючию. – Отличная кобыла. Просто замечательная.
И они с графом под руку направились к воротам замка.
Антонио похлопал лошадь по холке.
– Ну что, поехали дальше?
Лючия, не проронившая до сего момента ни звука, яростно прошипела:
– Скалишь зубы, как недоумок! И строишь глазки, как портовая шлюха!
Антонио опешил.
– Что-о?
– Смотреть на тебя тошно!
– Так не смотри! – разозлился рыбак. – Смотри на себя! Вот небось удовольствие!
– Едем домой! – Лючия лягнула кобылу по бокам.
Лошади больно не было, ей было обидно. Она взбрыкнула, и Антонио едва её успокоил.
По дороге они молчали, стараясь не смотреть друг на друга. Антонио мрачно жевал травинку, а Лючия одной рукой вцепилась в лошадиную гриву, другой – придерживала сползающую шляпку. И через короткое время гнетущую тишину стали нарушать выразительные девичьи вздохи. По мере приближения к дому садовника Пепино вздохи усиливались. Наконец, Лючия не выдержала.
– Что ты молчишь, как булыжник? – упрекнула она жениха.
– Наговорился, – отрезал Антонио.
– Помоги мне слезть.
– Ещё не доехали.
– Тони, у меня ноги затекли!
Рыбак снял невесту с лошади.
– Попрыгай вприсядку, – посоветовал он, ведя лошадь дальше.
– Тони, подожди! – крикнула Лючия.
– Догоняй, солнышко.
– Ты обиделся?
– Клянусь Мадонной, ты меня достала.
Лючия догнала его и обхватила за шею.
– Я погорячилась, Тони.
Рыбак разжал её руки.
– Так охладись.
– Не будь злюкой, Тони! – Лючия обняла его и поцеловала в губы. – Я рассердилась не на тебя, а на эту змею – донну Софию.
