Встречу вёл Иван Петухов. Семёнов отвечал на вопрос Рябова о Бормане… целый час! Между прочим, упомянул «Славу» Тихонова и «Юру» Бондарева и… своего «приятеля» Вишневского (ФРГ). Рассказал последний анекдот о «Госплане» и критикнул «секретарскую» литературу и пр. Объявил о своих новых книгах: «Приказано выжить» и «Пресс–центр». Вёл себя по–московски вальяжно и «под демократа». Как киноактёр, желающий при встрече с провинциальной публикой произвести впечатление своей значимости. Умного разговора не получилось. В целом эта встреча Сергея разочаровала. В Союзе он прочитал несколько его произведений, какие–то понравились, какие–то нет, хотя было ясно, что автор — весьма информированный человек, в распоряжении которого находился очень интересный материал. Сейчас он вспомнил журналистику байку о том, что московские писатели считали, что Семёнов — «агент КГБ», а московские «кегебешники» принимали его за писателя…
Вернувшись, Кольцов застал в доме напряжённую обстановку. Оказалось, что произошла драка между литовцами Ёнасом и Астрой! Вообще ситуация в семейных парах, как правило, была сложная. Всё, что сглаживалось на родине работой и внешним общением (дети, друзья, родственники и пр.), здесь резко усложнялось ежедневным и круглосуточным пребывание в «четырёх стенах». К тому же, эти «стены» были «стеклянными». То есть семейная жизнь проходила у всех на виду. В условиях общежития скрывать долго что–либо было невозможно. Здесь близкие люди, по сути, впервые узнавали друг друга. Официально пребывание заграницей «специалистов» без жён было запрещено (не более года). Поэтому «холостяки» были временным исключением…
В субботу вечером Кольцовы съездили с Ренсо и Маргаритой на итальянский фильм «Кафе–экспресс» (с Нино Манфреди). Потом Сергей просмотрел Проект Закона о выборах: 15 тысяч подписей для участия партии, 3 % для избрания кандидата, относительное большинство для избрания Президента и вице–президента, пропорциональный подсчёт голосов в Национальную Ассамблею по единому списку. Проект — весьма демократичный, но оставляет мало шансов оппозиции. Мануэль рассказал о заседании Госсовета, на котором он присутствовал — пустая говорильня со стороны «левых» и «правых». Обсуждение Проекта Закона о выборах затягивается.
Из телевизионных новостей Кольцов узнал о том, что в Советском Союзе умер Михаил Шолохов. (78 лет). Странное отношение было у него к этому писателю. Когда в юности он прочитал роман «Тихий Дон» (до выхода фильма Герасимова), то не мог себя заставить поверить, что это написал почти двадцатилетний мальчишка, не участвовавший в описанных им событиях. В этом возрасте Л. Н. Толстой написал только «Севастопольские рассказы». Странно, что после этого Шолохов не написал в течение почти сорока лет ничего существенного, кроме «Поднятой целины».
