Иван передал, что Ярко ждёт в феврале ещё 16 новых специалистов. Где он собирался их размещать? И как же с заявлением о том, что все преподаватели покинут страну в этом году? Что там происходило в Москве? Постоянно приходили разноречивые и отменявшие друг друга указания. Такое впечатление, что «ответственные товарищи» в ГКЭС меняются вместе со сменой руководства в Кремле. Одно ясно, в Москве не рассчитывали на столь безоговорочную победу сандинистов на выборах и готовились к «худшему» варианту.
Кольцов в «Cinemateca» посмотрел «Fitzcarraldo» (ФРГ) с участием Анастасии Кински об одном меломане, оказавшемся в джунглях Амазонки (Перу).
Дома он поругался с Любой Нистрюк из–за «хлопанья дверью» и сделал вывод, что люди не меняются, а только приспосабливаются к обстоятельствам. Зато днём, наконец–то, отдохнул нормально. Позже приехал Ренсо, и они поговорили о политическом и моральном критериях в формировании «среды общения» (по поводу его дня рождения). Сергею вновь пришлось ему объяснить, что, несмотря на их дружеские отношения, он не может появляться в «любой» компании. Страна битком набита разными иммигрантами, и неразборчивые знакомства могут иметь для него нежелательные «осложнения». Вечером Сергей побывал в посольстве на партсобрании ГКЭС, которое вёл Ярко. Кольцов забрал свои багажные билеты.
Дома он начал читать книгу итальянца Умберто Эко «Имя Розы» (на испанском). Сложная, но умная книга. Ночью он долго не мог уснуть, думал о детях.
Кольцов продолжал переводить «научные» рефераты преподавателей Департамента. Конечно, все они были на уровне студенческих курсовых работ. Закончил также читать книгу Эдуарда Ниполя «Будущее философии»: латиноамериканское многословие, но есть интересные мысли. В «Cinemateca» посмотрел английский фильм «Любовник леди Чатерлей», красивый фильм с «идеей» — пропасть между классами. Но удивительно, как умные актёры могут сниматься в порнографических сценах! Перед сном он сцепился с Сергеем Франчуком. Всё–таки был он негодяем, им и остался! Перед этим Иван сообщил, Сергею, что Аэрофлот отказался переоформить его документы на багаж! Это уже было откровенной подлостью!
Воскресное дежурство Кольцова в ГКЭС прошло спокойно. Почти все аппаратчики уехали в Хилоа, здание было оснащено сигнальной системой как военный штаб. Сергей читал, смотрел телевизор. После дежурства пообедал в Terrasa». Вечер провёл дома, смотрел ТВ.
…Самолёт из Москвы задержался с прилётом на 7 часов (?). Поэтому писем не получили.
22 января — первый день работы в университете (закончились «рождественские каникулы). Кольцов увидел почти всех своих ребят, поговорил с Марго о «научном семинаре». Обедал у итальянцев.
Сергей начал готовить лекции по методике научной работы. Хериберто Корнехо ушёл на «партийную работу». Приехал немецкий лектор по UPDLA. Сергей получил письмо от Марио Гутьерреса (он — в Москве, в Университете ДН). Марго сообщила, что два месяца назад «потеряла» письмо ему от Розы — Лилы (!). Неужели ревность? Сергей впервые задумался об её отношении к нему.