Никита и бабушка сидели на крыше сарая под звездным небом. Кончился день «вторник» – Никита зачеркнул его на самодельном бабушкином календаре сразу после ужина. На крыше сарая Никита снял сандалии, поставил рядом с собой на рубероид. В одну сандалию посадил мышонка, сунул ему кружок огурца. Бабушка водила пальцем по небу и показывала, где какое созвездие. Большая Медведица и Малая с Полярной звездой на ручке «ковшика» – о них Никита уже слышал раньше. Другие – Дракона с длинным хвостом, Геркулеса-Геракла, который словно гонится за кем-то, Скорпиона с угрожающе поднятым жалом, Кассиопею в виде буквы «М» – узнал только сейчас.
– Так кому принадлежит твое сердце?
– Что за странный вопрос? – недовольно отозвалась бабушка.
Никита смутился. Он уже рассказал бабушке события этого дня – об аварии и знакомстве с Королем, о «восьмерке» на колесе и о том, как Король в своей мастерской починил велосипед. Специальным ключом, похожим на стальное кольцо, Король подтягивал одни спицы и ослаблял другие, пока не выровнял колесо. Но о том, что Король открыл Никите историю своей любви и тайну табуреток, Никита не мог рассказать бабушке – стоило только подумать об этом, как язык во рту каменел. Но в то же время Никите ужасно хотелось узнать, кому отдано сердце бабушки, что за неизвестный занимает все ее мысли, почему она слышать не хочет о таком хорошем человеке, как Степан Король.
Никита задумался: может быть, плотник Степан Король был королем в прошлой жизни? Мама Никиты иногда говорит, когда они ходят зимой в бассейн: «Я в прошлой жизни была дельфином». Она очень любит плавать. И мечтает поехать на море… А вдруг у Степана Короля тоже была прошлая жизнь, в которой он был королем?
– Бабушка, сколько у человека жизней? – спросил Никита.
– В каком смысле? – не поняла бабушка.
– Когда человек умирает, он ведь рождается вновь? А потом еще раз – снова и снова. Только не помнит ничего. Так?
Бабушка посмотрела на Никиту долгим взглядом и сказала:
– Не знаю. Я, во всяком случае, свою прошлую жизнь не помню.
Она произнесла это таким странным тоном, что Никите стало холодно. Он затих. Протянул руку, прикоснулся к спинке мышонка. Бабушка вздохнула и сказала:
– Никита, я действительно не знаю наверняка, но подумай сам: если мы все состоим из пыли звезды, взорвавшейся много миллионов лет назад, то после смерти никто из нас не исчезает без следа, а просто превращается во что-то другое. В землю, воду, цветок, птицу, человека. И так происходит уже миллионы лет. Поэтому у нас может быть много жизней.
Никита уставился в ночную темноту, потрясенный словами бабушки. Он молчал какое-то время, а потом прошептал:
– Бабушка, так эти камни на дороге…
Он вытянул руку, указывая на белеющую за забором щебенку.
– Эти камни, – заговорил он снова, – это раньше были люди?!
Бабушка замерла, переводя взгляд с лица Никиты на дорогу и обратно.
– Никита, – кашлянув, проговорила она, – насчет людей я не уверена. Но вот то, что когда-то это были животные, населявшие древние моря, – это совершенно точно.
– Древние моря?
– Да, когда-то земля была сплошь покрыта морем.
Бабушка обвела взглядом ночной сад, белую дорогу, чернеющий за дорогой луг.
– Вот на этом самом месте плескались морские волны, – произнесла она. – И в этих волнах плавали удивительные животные – наши предки.
– Предки?!
– Да, ведь все живущие сейчас животные – и человек в том числе – произошли от древних организмов, населявших Землю в то время, когда жизнь была возможна только в морской воде. А потом некоторые из этих организмов вышли на сушу, а некоторые так и остались в море.
– Ну конечно! – воскликнул Никита, сияя как медный грош. – Значит, мама и вправду была дельфином!
Утром красная табуретка стояла перед бабушкиными воротами. Значит, Король, который не решился донести ее до бабушкиного дома вчера, пришел с табуреткой сегодня на рассвете и оставил ее на дороге.
Бабушка молча внесла табуретку в дом и поставила в кладовку. Никита только головой покачал – ему было жалко Короля, но как заставить бабушку полюбить плотника, он не знал. И вообще, разве можно заставить одного человека полюбить другого? Любовь как-то по-другому работает.
После завтрака Никита сел на велосипед и поехал искать Олю. Мышонок, как всегда, сидел в кармане кофты. Бабушка спросила Никиту, когда он уходил, не устал ли мышонок все время кататься в кармане. У бабушки было хмурое настроение. Никита заверил ее, что мышонок не устал.
