— Ты смотри у меня! — предупредил тот, глянув на ружье в руках Сергея. — Что вы делаете здесь, в лесу?
— Гуляем, — сказал Сергей, до конца выдерживая начатую днем игру.
— Хорошенькое дело! — Владислав засмеялся, видимо, сообразив, что пустыми угрозами тут не испугаешь. — Я второй день присматриваюсь... Между прочим, в узелке, что твой Гена спустил в озеро, еще одного ружьеца не было.
— Где вы видели? — наобум спросила Алена. Её всю еще колотило после недавней стычки.
Сергей тем временем огляделся по сторонам. Тишина успокаивала и настораживала. Однако при последнем сообщении Владислава он расслабил мускулы и, опершись подбородком на ружейное дуло, стал смотреть в землю.
— Местечко я примерно знаю... — ответил Алене Владислав, пытаясь разглядеть ее в темноте.
— А при чем здесь мы? — спросил Сергей.
— При том... — сказал Владислав. — При том, что вчера наш Гена базарил возле Южного с каким-то беленьким типчиком, а потом встретился на пожарище...
— Со мной, — перебил его Сергей. — Встретился, мы потолковали, разошлись, и тогда к пожарищу подошли вы.
— Ты наблюдательный.
— Немножко, — согласился Сергей. — Ну, и о чём базарил Гена?
Владислав недоуменно хмыкнул, оставив его вопрос без ответа.
— Все-таки почему вы стреляли?
— Была причина... — Сергей прикидывал, о чем могли говорить Гена с Костей.
— Какая? — уточнил Владислав.
— Надо было пугнуть... — сказал Сергей. — Одного, кто про утопленный узелок знает... Ну, и догадывается, что я слежу за ним.
— Понял его намек Владислав или не понял, но ответил сдержанно: В таком случае не следовало брать с собой девушку.
— Ну а может, это все-таки ваше? — Сергей приподнял двустволку.
— Я оружия не теряю, — похвалился Владислав. И добавил: — Если уж беру с собой.
— В избушку идете?
— Нет, — благоразумно решил тот. — Теперь я, пожалуй, лучше заночую в Южном.
Сергей усмехнулся.
— Я наврал вам — это ружье мое.
Владислав вторично не обратил внимания на его слова.
— Вам бы я тоже не советовал ходить ночью по лесу, — сказал он Алене.
— Я не одна.
— Тогда не кричите так громко, — съязвил Владислав.
— Она хотела узнать, кто еще есть в тайге, — отпарировал за Алену Сергей.
— Ну, тогда приятной прогулки! — откланялся Владислав. — Если, конечно, я вам больше не понадоблюсь.
— Нет, спасибо, — ответил Сергей.
Тот пошел сразу в обратном направлении и, против ожидания, ни разу не оглянулся.
* *
*
Алена крепко ухватила Сергея за руку. Страх и возбуждение получили вынужденную отсрочку: тепёрь можно было откровенно трястись и дышать полными легкими, не смиряя шальных ударов под левой грудью.
— Он?! — А Сергей сам хотел спросить ее об этом. Но тот, чье ружье держал он в руках, бежал от него к урману. Владислав появился со стороны дороги... Знай Сергей сразу, что Аленин противник исчез в этом направлении, — беседа с Владиславом проходила бы в менее вежливых тонах. А теперь, не давая Алене опомниться, он потащил ее прочь от места схватки.
— Идем! После... — Надо было уйти глубже в кедровник, потому что ночью, в окружении леса, на дороге становишься более беспомощным, чем в самой непролазной глуши. И, держа в правой руке оружие, левой направляя перед собой Алену, Сергей быстрым шагом повел ее прочь от дороги, к небольшому рясному озерцу, что находилось где-то поблизости. И всякий раз, когда она хотела обернуться, что-то сказать, он сильнее сжимал ее плечо: «Не сейчас. Молчи». И напряженно вслушивался в глухую, затаившуюся тайгу.
У озерца он отпустил Аленино плечо. Где-то всходила блекленькая луна или глаза его освоились в темноте, но гуща мертвого пространства отодвинулась, и стали различимы кедры в нескольких десятках шагов от озерца. Неслышно открыв ружейный замок, Сергей проверил стволы. Выстрел был сделан из левого — «чока». Правый остался заряженным. Хотел выкинуть пустой патрон — вспомнил, что он еще может пригодиться, и, положив двустволку на землю, спустился к воде. Шли за ними по пятам или не шли — надо было поверить, что они скрылись, отдохнуть, прийти в себя. Если кто-то держался за их спиной — бегство по ночной тайге не менее бессмысленно, чем эта надежда.
Раздвинув плотную ряску, Сергей обеими руками зачерпнул холодную воду и опустил в ладони пылающее, как от ожогов, лицо. Потом намочил шею, грудь, волосы. Алена оставалась на том самом месте, где он ее бросил. Тихонько позвала:
— Сережка...
Он подошел, промокнул рукавом глаза, нос, подбородок.
— Иди умойся. — А она взяла его руку и молча приложила к своей у запястья. Сергей вздрогнул. — Что это?!
— Кровь... — жалобно и чуть ли не гордо сказала она, хотя ему и без того уже стало ясно, что правая ладонь ее от запястья, а может быть, выше — в загустевшей крови. Он испугался.
— Алена... Что же ты... А, ч-черт! — Силой усадил ее на землю, закатал рукав и в поисках перевязочного материала сунулся под свою куртку, за майкой. Алена откуда-то из-за пазухи вытащила белый, пахнущий духами комочек.
— У меня платок...
