– Простите меня, Кэролайн, я забылся, – пробормотал Джеймс.
Она ничего не ответила – молча смотрела на него своими волшебными зелеными глазами, делавшими ее похожей одновременно и на сирену, и на эльфа. «Если я сию же минуту не уйду, то совершу… что-нибудь необдуманное», – сказал себе Джеймс. Он резко развернулся и тотчас же, не оглядываясь, вышел из ложи и быстро перешел в свою.
Тут вдовствующая маркиза откашлялась, и Джеймс, взглянув на нее, увидел, что она проснулась. Неужели бабушка слышала их с Кэролайн беседу?
Бабушка же молча раскрыла свой черный кружевной веер и начала обмахиваться. Когда свет в зале начал меркнуть, Джеймс уселся. А маркиза закрыла веер и, хлопнув им внука Джеймса по колену, прошептала:
– Мисс Кэролайн Лоуренс – очень привлекательная девица, не так ли?
– Что?.. – Джеймс замер.
– Я полагаю, что это с Кэролайн ты
Значит, Реджинальд Лоуренс?! И тут Джеймс понял, почему эта девушка скрывала свое имя. Лоуренс очень заботился о своем положении в обществе и о соблюдении всех возможных приличий. С ним может случиться настоящий припадок, если он узнает, что Кэролайн отправилась слушать речи Беатрис Уолкер. А уж если бы старик увидел, как он, Джеймс, целовал его дочь… О господи!
Кэролайн спускалась по театральной лестнице, внимательно осматривая толпу, собравшуюся внизу. Нет ли здесь лорда Хантингтона? Или он уже уехал? Она очень на это надеялась. Девушка снова потрогала пальцем губы, в которых ощущалось приятное покалывание.
Вернувшись из Хелмсфорда, Кэролайн старалась забыть лорда Хантингтона, но ей это плохо удавалось. И вот теперь, когда она увидела его у себя за спиной, ей показалось, что это иллюзия. Но затем, когда он дотронулся до нее, когда прижал губы к ее губам, все тело ее словно вспыхнуло. Она попыталась не реагировать на это, но тело ей не подчинялось.
Внезапно шум в вестибюле усилился, и все взгляды устремились на лестницу.
– О боже, – прошептала Анна, обернувшись. – Ты заметила, кто здесь присутствует?
Кэролайн глянула через плечо. Лорд Хантингтон стоял на несколько ступеней выше их, поддерживая под локоть седовласую даму. Но кого именно имела в виду Анна – пожилую леди или лорда Хантингтона, сопровождавшего ее?
– Кто она? – тихонько спросила Кэролайн.
Анна наклонилась к ней и заговорщическим шепотом сказала:
– Это вдовствующая маркиза Хантингтон, но не она, а сопровождающий ее джентльмен привлекает всеобщее внимание. Это ее внук, маркиз Хантингтон.
– Но почему?.. – пробормотала Кэролайн; ее охватило неприятное чувство.
– Дорогая, разве ты не знаешь? Ох да, ты же тогда была в Харроугейте вместе с матерью. Но мне кажется, я писала тебе о том скандале…
– Да, верно, писала, – закивала девушка. – Но все же напомни, в чем там было дело…
– Как ты могла забыть такое?! Хотя… Твоя матушка была очень больна, так что твоя забывчивость понятна. Видишь ли, он убил свою жену, в приступе гнева сбросил ее с лестницы. Конечно, палата лордов, обсуждавшая этот случай, признала его невиновным, но все знают, что он – убийца.
Кэролайн в изумлении уставилась на кузину. Они спустились с лестницы и оказались в толпе зрителей, которые не расходились дольше обычного. «Такого не может быть, это неправда, – думала Кэролайн. – Мужчины, которые бьют своих жен, – это ведь порождения дьявола!» Она оглянулась на маркиза.
А тот внимательно смотрел на нее своими темными глазами – как будто знал, что нашептывала ей кузина.
Кэролайн быстро отвернулась и тихо сказала:
– Ах, Анна, я плохо себя чувствую. У меня голова разболелась. Мне необходимо побыстрее вернуться домой.
На лице кузины отразилось разочарование.
– Но мне хотелось бы ненадолго задержаться и послушать, что говорят люди… Интересно, что заставило его приехать в город?
– А я хочу немедленно уехать. – Кэролайн прижала ладонь к животу.
– О, дорогая, ты побледнела! Тебя тошнит?
Притвориться, что ее тошнит, – это был единственный способ заставить кузину двигаться быстрее, и Кэролайн молча кивнула.
Глаза Анны забегали, и она пробормотала:
– О, я умру от конфуза, если тебя стошнит в таком месте…
Кузина зашагала быстрее; повернувшись к мужу, она сказала:
– Чарлз, мы должны поспешить. Не мешкай, иначе вся толпа обратит на нас внимание. И ни один разумный мужчина не станет просить руки Кэролайн, если ее стошнит при людях.
Во время завтрака Джеймс заметил, что бабушка хмурилась, глядя на Джорджи. Мальчик, заметив это, начал есть быстрее обычного.
Когда братья приехали в Лондон, бабушка возмутилась, увидев, что малыш сел за стол вместе со всеми.
– Дети должны есть в детской вместе с няней, – сказала она тогда.
Джорджи уставился на нее широко раскрытыми глазами – как будто увидел злую ведьму из сказок братьев Гримм. Но за него вступился Джеймс, ответив, что он разрешил мальчику сидеть за столом вместе с остальными членами семьи. Когда же бабушка попыталась спорить, маркиз заметил:
