— Ты со мной, так что проблем нет. И я не отвернусь от тебя. Это было бы то же самое, что отвернуться от Софии. Этого не случится.
Майкл испытывал возможности своей машины, виляя то в одну, то в другую сторону. Пока он вел машину, я сообщил Энцо о том, что мы задумали. Он ничего не слышал от Сэла, а в данном случае отсутствие новостей не было хорошей новостью. Мы припарковались через два дома от мясной лавки и решили, что я займусь фасадом, а Майкл обойдет сзади. Я ждал у входа, пока Майкл использовал свои навыки взлома замков, чтобы попасть внутрь. Я старался не надеяться на успех, зная, насколько малы наши шансы. По крайней мере, эта затея занимала меня и позволяла чувствовать, что я чем-то помогаю.
Через минуту или около того входная дверь открылась, и Майкл провел меня внутрь, уже с пистолетом в руке. Как только я оказался за пределами улицы, я последовал его примеру и достал свое оружие. Если не считать того, что мясо было убрано, в остальном помещение выглядело нетронутым.
— У задней двери есть лестница, ведущая, как я полагаю, в квартиру наверху, — прошептал Майкл, когда мы прошли за прилавок.
Когда мы беззвучно прошли через распашную дверь в подготовительную комнату, мы оба повернулись друг к другу. Воздух внутри был заметно теплее от воздушного компрессора, а между ручкой морозильника и трубой, идущей параллельно двери, была намотана веревка. Я бросился к двери, отвязал веревку и потянул ее на себя, пока Майкл прикрывал меня сзади.
Порыв прохладного воздуха встретил меня, и я увидел крошечную Софию, свернувшуюся клубочком на полу. Я бросился к ней, сердце застучало в горле при виде ее синих губ и призрачно-белой кожи. — Соф, проснись! — Я растирал ее прохладные руки, проклиная и умоляя ее подать признаки жизни. Я заставил себя оставаться неподвижным достаточно долго, чтобы наблюдать за ней и увидеть небольшое движение в точке пульса на ее шее.
Она была жива.
— Она жива? — шипел Майкл, приближаясь к двери.
— Оставайся за дверью. Я не хочу, чтобы мы все оказались здесь в ловушке. Она дышит, но мы должны ее согреть. — Воздух на самом деле оказался не таким холодным, как я боялся, но из-за длительного пребывания в нем температура ее тела была опасно низкой. Я осторожно поднял ее на руки, но не успел сделать и шага, как откуда-то из магазина донесся звук.
Мои глаза встретились с глазами Майкла, и между нами установилось молчаливое общение: я буду охранять Софию, а он разберется со всем, что будет впереди. Я вынес ее из морозильной камеры, но остался в подсобном помещении, пока Майкл тихо пробрался к прилавку.
Несколько секунд спустя в маленьком магазине раздался выстрел - серия быстрых выстрелов нарушила тишину вокруг нас. Я присел на корточки, прижимая Софию к груди и повернувшись спиной к входу. Перестрелка длилась всего несколько секунд, затем в комнате снова воцарилась тишина.
— Черт! — гневно рявкнул Майкл. — Ты можешь выйти, Нико. Он ушел.
Я поднялся на ноги, затем выглянул вперед, изо всех сил стараясь не выпустить пистолет, но при этом держа Софию. Майкл прислонился к боковой стене, сгорбившись, и кровь растекалась из огнестрельной раны в его бедре.
— Не могу поверить, что я позволил ему уйти, — прорычал он, ударив кулаком по стене. — Должно быть, мы услышали скрип лестницы. Я поймал его, когда он зашел за угол, но я не ожидал, что он будет вооружен. Мы оба выстрелили, и он убежал. Я попал ему в плечо, но не смог за ним угнаться.
— Мы не можем беспокоиться об этом сейчас. Софии нужно согреться, а тебе нужен врач. Ты можешь дойти до машины, или мне вызвать скорую?
— Давай сначала отвезем ее домой. Я буду в порядке, когда все перевяжу. — Он стянул ремень, затем застегнул его вокруг верхней части бедра.
— Обопрись на мое плечо. — Я открыл переднюю дверь и держал ее открытой, пока мы вдвоем пробирались наружу. Как только он оказался на заднем сиденье, я посадил Софию к нему на руки, а затем, как летучая мышь из ада, поехал к дому Энцо. Я предупредил его, что мы уже едем, и он позвонил семейному врачу, чтобы тот встретил нас у дома. Если это было возможно, мы избегали посещения больницы. Они вели записи и задавали вопросы, а мы не любили ни того, ни другого. Если Софию можно было лечить дома, то травма Майкла, скорее всего, потребовала бы операции, а значит, и поездки в больницу.
Когда мы подъехали к дому, один из наших парней уже ждал и был готов оказать Майклу необходимую медицинскую помощь. Я крепко пожал ему руку, заверив, что буду сообщать о Софии. Он не очень хотел уезжать, но я сказал ему, что он только причинит ей боль, если истечет кровью, спасая ее. Он назвал меня разными именами, но нехотя согласился уйти.
Как только мы оказались внутри, я спросил Энцо, можно ли воспользоваться его ванной. Карлотта провела меня в ванную комнату, где помогла мне набрать ванну и раздеть Софию. Когда мы сняли с нее одежду, она начала дрожать, дрожь сотрясала все ее тело.
— Позаботься о моей малышке, — задыхалась Карлотта, ее лицо было обеспокоено.
