Николай-I Завоеватель полностью

Думаю, такой снаряд пролетит минимум раза в полтора дальше, чем круглое ядро из той же пушки. Да и точность значительно возрастет.

Если металлический стакан сделать потолще, и нарезать на нем частую сетку, получится осколочный снаряд. Если вместо части тротилового заряда в снаряде разместить горючее вещество, например, солярку, получится зажигательный снаряд.

Скорострельность гладкоствольного орудия при стрельбе такими снарядами не изменится.

— Отличная идея! Массовое производство таких снарядов не вызовет трудностей, Август Федорович?

— Ничего сложного я не вижу, кроме необходимости наращивать станочный парк.

— А что у нас со станочным парком?

— Я уже заказал с максимально возможной срочностью поставку в Англии, Франции и Германии целую серию самых лучших на данный момент станков: токарных с суппортами, сверлильных, фрезерных, винторезных и шлифовальных. Все станки для работ по металлу. Кроме того, заказал пять паровых машин для привода станков.

Сейчас я уже начал проектные работы по заводским корпусам в Петрозаводске и Кондопоге. Получив эти станки, мы сможем изготовить на них такие же станки, и нарастим производственные мощности до нужного нам размера.

Однако, для ускорения освоения этих станков нашими мастерами и рабочими, было бы крайне полезно нанять мастеров в Европе. Такую заявку я уже передал в императорскую Канцелярию.

В Петрозаводске мы будем размещать машиностроительные производства, а в Кондопоге — химические. С Императором и Председателем Левашовым мы приняли решение размещать все секретные производства на Онежском озере. Там легче обеспечить секретность, и в то же время, это недалеко от Петербурга с его академической научной базой.

И кстати, изготовив необходимое количество винторезных станков, мы сможем в 28 году нарезать стволы всем гладкоствольным ружьям, имеющимся в армии. Стрельба пулями Минье из таких ружей позволит увеличить дальность прицельной стрельбы еще раза в два.

— Так это просто отлично! Вот только будем называть эти пули не пулями какого-то Минье, который еще даже не родился, а пулями Меййра. И снаряды тоже. Чтобы вопросов про Минье не возникало. А что еще нам полезного и быстро реализуемого наука может подсказать? — обратился Михаил к Уварову.

— Можно наладить производство воздушных шаров для корректировки артиллерийского и ракетного огня. Можно легко сделать сигнализацию разноцветными ракетами с помощью обычных ружей. Можно еще быстро наладить производство ручных гранат, дымовых шашек, противопехотных мин.

— Отлично, это весьма полезные вещи. Готовьте по этим вопросам императорский указ, разрабатывайте, испытывайте и готовьтесь к производству всего этого.

А что скажете про паровой флот?

— Думаю, через год мы сможем начать производство более — менее приличных паровых машин мощностью 200 — 300 лошадиных сил. — Ответил Мейер. — С такими машинами небольшие корабли типа шлюпа или брига водоизмещением порядка 500 тонн будут давать не менее десяти узлов. А на корвет в 1000 тонн можно будет поставить две таких машины.

С длинноствольными пушками и новыми снарядами с начинкой из тротила, такие малые кораблики легко разнесут любой современный флот из линкоров и фрегатов, а сами останутся невредимыми, поскольку всегда смогут занять выгодную позицию для стрельбы.

— Отлично! Через два года нам нужно иметь на Черном море и на Балтике не менее чем по десятку таких кораблей. А лучше — больше. По машинам и кораблям тоже готовьте указы.

Перед отъездом Михаил передал Мейеру и Уварову ориентировочные потребности армии и флота во всех видах новых боеприпасов, которые необходимо будет произвести до начала войны с Турцией.

18. Крестьянская реформа.

Бурное начало нового царствования сменилось еще более бурным продолжением. Сытой, сонной и благополучной жизни чиновного Петербурга пришел конец. При покойном императоре Александре высокие чины табели о рангах неспешно прибывали в свои присутствия к полудню, хорошо выспавшись после вечерних балов и раутов предшествующего вечера, не спеша и плотно позавтракав, пообщавшись с домашними, раздав указания прислуге.

Прибыв на место, не спеша принимали доклады подчиненных, лениво просматривали бумаги, свято чтя главные чиновные принципы: «бумага должна вылежаться», «не делай сегодня то, что можно отложить на завтра» и «а что я с этого буду иметь?»

Соответственно, все дела в империи вершились неспешно, если вообще не умирали в зародыше. Однако, после подавления мятежа всё в славном граде Петра взбесилось, закружилось, завертелось и помчалось кувырком.

Сперва, частым гребнем по высшему свету прошли аресты, потом передислокация гвардии, потом реформа ведомств, потом военная реформа с увольнением в запас переслуживших возрастной ценз.

В свете кипели страсти. Некоторые осмеливались открыто критиковать Императора за скороспешность и непродуманность реформ. Однако, вскоре особо рьяные критики были взяты бывшими жандармами, а ныне офицерами «Внутренних войск», и отправились по приговору Особого суда на специальную каторгу для государственных преступников.

Крамольные разговоры после этого велись только шёпотом, только тет-а-тет и только среди близких родственников или старинных друзей, и только там, где не было посторонних ушей.

Теперь в министерствах работа кипела. Чиновники приходили на работу к 9 часам утра, а уходили, хорошо, если в 9 вечера. Одновременно в работе находились десятки указов и рескриптов императора, постановлений Председателя кабинета министров и министерских распоряжений. За любое нарушение сроков обработки деловых бумаг, установленных специальным Указом, или за попытку уклониться от рассмотрения дела по существу и попытку отписаться ничего не значащей ерундой, Канцелярия ЕИВ карала беспощадно. На первый раз объявляли выговор, на второй — понижали в должности на 1 — 2 ступени служебной лестницы. А в третий раз чиновника, не смотря на былые заслуги, разжаловали в самый низший 14 класс — в коллежские регистраторы.

Особо зверские порядки установились в Канцелярии ЕИВ, в канцелярии Председателя кабинета министров, в Госсовете, в министерствах обороны, государственных имуществ, промышленности, науки и образования. Руководители этих ведомств сами работали по 14 часов в сутки и требовали того же от подчиненных. Впрочем, именно эти министры пользовались особым расположением Императора, и часто вызывались к нему для прямых докладов. Другие министры вынуждены были осваивать новый темп работы, опасаясь слететь с должности.

А с теми, кто не успевал перестроиться на новый темп работы, Председатель кабинета министров Левашов поступал жестоко. Министр юстиции граф Лопухин, попытавшийся волокитить проект судебной реформы, в апреле был уволен с должности в отставку без пенсии. А бывший министр народного образования князь Вяземский, переведенный новым министром Уваровым на должность начальника департамента начального образования, в мае был снят с должности и отдан под суд. Быстро проведенное следствие выявило факты многочисленных хищений в его ведомстве, о которых бывший министр обязан был знать. Вяземский вместе с шестью высокопоставленными чиновниками направился по этапу на каторгу, а все их имущество было конфисковано в казну.

Специальным Указом императора, все хищения казенных средств были приравнены к государственным преступлениям и переведены в юрисдикцию Особого суда.

А хищения на строительстве заводов и дорог были приравнены к государственной измене. За них имущество конфисковывали не только у фигуранта, но и у всех его близких родственников.

За лето и осень Особым судом было приговорено к пожизненной каторге с конфискацией имущества семеро высокопоставленных чиновников из бывшего морского и военного министерств, девять человек, включая двух начальников департаментов, из министерства финансов, трое из министерства государственных имуществ, и двое из министерства внутренних дел. Больше всего пострадало министерство двора, из него арестовали и осудили 26 человек. Это только среди чиновников от тайного советника и выше. А прочего чиновного люда пострадало без счета. Правда, мелкие служки отделывались, как правило, понижением в должности.

1 октября вышел Указ Императора о возрождении института Патриаршества в Русской православной церкви, упраздненного Петром Великим в 1700 году. Через месяц, 4-го ноября, в день Казанской иконы Божьей матери, всероссийский Собор церковных иерархов, созванный в Новгороде Великом, в присутствии самого Императора, спустя 125 лет, единогласно избрал Святейшим Патриархом Московским и всея Руси архиепископа Молдавского Гермогена. Его кандидатура была рекомендована Собору Императором.

Комиссары Ордена Пестель и Бестужев-Рюмин доложили Николаю, что Гермоген в свое время был в курсе деятельности Южного общества и одобрял его принципы. Новоизбранный Патриарх благословил Николая на царство сразу после избрания.

Вся православная паства восприняла возрождение патриаршества с благоговейным восторгом. Во всех приходах служили благодарственные службы Императору и Гермогену. По всей матушке России благовестили колокола, возбужденный православный люд шёл крестными ходами.

Но, все это были только «цветочки». «Ягодки» реформ созрели в императорской Канцелярии в первый день зимы, 1-го декабря. Грянула «Земельная реформа». Указ этот показался дворянам полным потрясением самых основ общества. И это отнюдь не было преувеличением.

Как шептались в кулуарах, тезисы реформы были сформулированы министром государственных имуществ Киселевым, еще в феврале и переданы во второй отдел Канцелярии, где за месяц были расписаны более подробно. А затем, 10 месяцев оттачивались до бритвенной остроты и юридической безупречности молодыми безвестными коллежскими и титулярными советниками, а то и вообще коллежскими секретарями 10-го ранга, юристами и экономистами по образованию, набранными в Государственный совет из министерств и ведомств, взамен убеленных сединами старцев. За лето министерство государственных имуществ в пожарном темпе провело полную инвентаризацию земель сельскохозяйственного назначения.

Причем, до обнародования Указа никаких сведений о его содержании в общество не просочилось. Новые члены Госсовета молчали, как рыбы зимой, ссылаясь на данную ими подписку о неразглашении служебной тайны. Нескольких высокопоставленных министерских чиновников за разглашение гостайны при согласовании указов в министерствах по приговору Особого суда уже отправили в пожизненную каторгу.

За основу реформы Кисилев — Столыпин взял крестьянскую реформу, успешно проведенную в 1857 году в Ветви Слащева, добавив в нее ряд положений из собственной реформы 1905 года, произведенной в Стволовой реальности.

Указ предусматривал предоставление всем крепостным крестьянам, приписным рабочим заводов и дворовым людям без всяких исключений личной свободы с выдачей паспортов. В собственности помещиков оставалась лишь одна пятая часть их земель. Помещики могли эту землю продать, заложить в банк или сдавать в аренду крестьянам.

Остальная помещичья, а также общинная земля первоначально делилась между крестьянскими семьями пропорционально количеству душ в семье.

Далее, для каждой климатической и почвенной зон устанавливался минимальный размер земельного участка, предоставляемого крестьянской семье бесплатно. Этот размер определялся по количеству душ в семье на 1-е января 1827 года и должен был, по расчетам Киселева, обеспечить рентабельное ведение хозяйства крестьянской семьей. Размер подушного надела зависел от расположения земель на картах почвенно-климатических зон, прилагаемых к Указу. Земли, занимаемые домом крестьянина с дворовыми постройками передавались в собственность по факту.

В следующем, 1828 году участки крестьянам выделялись уже в соответствии с установленными минимальными размерами. В случае нехватки земли для выделения её по норме, крестьянам предоставлялась возможность выкупить либо арендовать недостающую площадь у помещика, либо переселяться на новые земли. Причем, в первую очередь земля по нормативу предоставлялась самым многодетным семьям. Соответственно, необходимость переселяться возникала у семей с малым количеством детей, то есть, у самых молодых семей. На покупку дополнительной земли семьям специальным банком, создаваемым по Указу, предоставлялась ссуда под залог участка.

Переселяемым семьям этим же банком предоставлялась компенсация за оставляемые ими дома с хозяйственными постройками и ссуда для переселения на свободные южные земли в Причерноморье, в предгорьях Кавказа и на Южном Урале. В Западной и Центральной Сибири предоставлялись участки удвоенного, в сравнении с европейской Россией, размера в соответствующих почвенно-климатических зонах. А на Дальнем Востоке и в Восточной Сибири — утроенного размера. Переселяемым выплачивались подъемные деньги, предоставлялась беспроцентная ссуда, выдаваемая на месте переселения в натуральном виде: строительный и сельскохозяйственный инструмент, строительные и посевные материалы.

Обеспечение переселяемых семей продовольствием и фуражом во время передвижения по утвержденным маршрутам возлагалось на местные власти. На эти цели в местные бюджеты направлялись государственные субсидии, пропорциональные количеству транзитных пересенцев.

В случае переселения в области казачьих войск, при наличии там свободных земель, рожденные там крестьянские дети смогут верстаться в казаки.

Государственным крестьянам земля предоставлялась на тех же условиях, что и помещичьим.

Дворовым людям помещиков предоставлялась возможность либо оставаться работать у помещиков за жалование, если помещики соглашались его платить, либо идти в города, устраиваться на заводы, либо переселяться на новые земли.

Указ предусматривал льготное кредитование коллективных предприятий крестьянства, таких как производственные, сбытовые и потребительские кооперативы. Предусматривалась предельно простая регистрация таких предприятий.

Особо поощрялось возделывание новых перспективных культур: картофеля, подсолнечника, сахарной свеклы. Посадочный материал закупался за границей и передавался крестьянам в беспроцентную рассрочку, гарантировалась закупка урожая по твердым ценам.

На таких же условиях поощрялось строительство заводов по переработке семян подсолнечника в масло, картофеля в крахмал и свеклы в сахар. Эти меры должны были в кратчайший срок решить проблему неурожаев и голода на селе. Замена пшеницы крахмалом в качестве сырья для производства спирта, должна будет высвободить большое количество зерна для экспорта.

По планам «подселенцев» результатом реформы станет расслоение крестьянства. Избавившись от паразитизма помещиков, рачительные крестьяне скупят землю у нерадивых, поднимут урожайность и за несколько лет обеспечат изобилие продовольствия в стране. Это позволит нарастить экспорт зерна в Европу. Продавшие свою землю крестьяне вынуждено пойдут работать в промышленность. К этому моменту планировалось обеспечить им рабочие места на новых крупных заводах. А также на строительстве шоссейных и железных дорог.

Освобождение от оков природной инициативы простого русского народа, в основной массе крестьянского, позволит высвободить производительную энергию крестьян. Купечество и богатое крестьянство сможет принять участие в совместном с государством промышленном производстве, что позволит за короткий срок в разы увеличить выпуск всех видов продукции. В первую очередь стали, новейшего оружия, паровых машин, паровозов и рельсов. А потребительские товары и все виды продовольствия они произведут в необходимых количествах сами, без участия государства.

Одновременно с крестьянской реформой были обнародованы Указы об учреждении земского самоуправления и о реформе системы образования. Указ о земстве предусматривал образование на всей территории империи губернских и уездных собраний и управ.

Земские собрания собирались раз в год или при чрезвычайных обстоятельствах. Делегаты собраний избирались от шести курий. Дворяне уезда избирали одну четверть делегатов собрания. Купечество — одну восьмую часть. Промышленники — тоже одну восьмую. Одну восьмую избирали городские мещане и рабочие, еще одна восьмая избиралась уполномоченными от всевозможных общественных объединений, союзов и обществ. Крестьянство, как и дворянство, избирало одну четверть делегатов, однако, в выборы производились не прямым голосованием, а голосованием выборщиков от сельских общин.

Собрание избирало соответствующую управу. Управа уезда состояла из шести выборных лиц, губернская управа — из двенадцати. Кроме того, в губернскую управу набирали 25 служащих, а в уездную — 7 служащих. Избранные члены управы и её служащие получали установленное указом жалование. Управа и занималась делами уезда или губернии весь год между собраниями.

Кроме того, уездное собрание избирало троих делегатов в губернское собрание. Председательствовали на земских собраниях местные предводители дворянства.

Деятельность губернских управ контролировалась губернаторами и министром по делам земства, имевшими право отменять решения собраний и управ. За деятельностью уездных управ следили капитаны-исправники, назначаемые губернатором.

Земство собирало закрепленные за ним местные налоги и расходовало собранные средства на местные нужды. Перечень налогов, закрепляемых за земством прилагался к Указу. Земским управам поручалось ведение местных дел: содержание местных дорог, строительство и содержание школ, наём учителей; строительство и содержание больниц, наём врачей и фельдшеров; устройство санитарной части в городах и деревнях; развитие местной торговли и промышленности, обеспечение народа продовольствием. Земство же занималось обеспечением продовольствием и фуражом переселенцев на своей территории. Выделение земли переселенцам на новых местах поручалось губернаторам и контролировалось специально создаваемым министерством освоения новых земель. Министром был назначен магистр Ордена Матвей Муравьев-Апостол.

Наделением крестьян землей бывшей помещичьей землей поручалось специальным комиссиям, формируемым земскими управами. Трудоустройство бывших дворовых людей тоже поручалось специальным земским комитетам уездов.

Губернские собрания получили право обращаться с законодательными инициативами в Государственный совет, с жалобами на действия губернаторов в канцелярию Председателя кабинета министров.

Одновременно был опубликован Указ о реформе образования. Он предусматривал введение в стране всеобщего начального образования. Устанавливался трехлетний срок обучения в начальной школе по предметам: чтение, письмо, арифметика, закон Божий, история России. В классы в обязательном порядке набирали всех детей по достижении ими девяти летнего возраста. Кроме того, не обучавшиеся ранее дети в возрасте до 12 лет могли поступать в школы по желанию родителей. Желающие могли сдать экзамены за начальную школу экстерном.

В армии мобилизованным новобранцам предоставлялась возможность пройти курс начальной школы за счет выделяемого солдатам личного времени.

Всем лицам со средним образованием предоставлялось право преподавания в начальных школах. Устанавливались единые ставки почасовой оплаты преподавания. К преподаванию закона Божьего привлекались священнослужители всех рангов.

Помещикам предоставлялось право сдавать помещения в своих усадьбах под классные комнаты и устанавливалась твердая ставка арендной платы. Тем самым, дворянам обеспечивался доход для компенсации потерь от изъятия у них земель.

В каждом уездном городе предписывалось организация среднего учебного заведения — реального училища. К экзаменам в средние учебные заведения допускались все выпускники начальных школ. Срок обучения в реальных училищах устанавливался в пять лет.

В состав предметов, изучаемых в училищах, вошли: русский язык и литература, геометрия, алгебра, физика, черчение, история, закон Божий, физкультура и один иностранный язык. Выбор иностранного языка осуществляла земская управа. К преподаванию в училищах допускались все лица, закончившие средние учебные заведения не более десяти лет назад со средним баллом не ниже четверки и не ниже пятерки по профильному предмету.

В гимназиях и училищах всех типов прекратили изучение латыни и греческого, а также, оставили по одному иностранному языку: французскому, немецкому или английскому. Вместо удаленных предметов увеличивались учебные часы математики и естественных наук. Ответственность за организацию училищ и школ возлагалась на органы земского самоуправления.

В начальные школы требовалось, по приблизительной оценке, около шестисот тысяч учителей. В реальные училища требовалось более ста тысяч преподавателей. В земские учреждения и специальные требовалось десятки тысяч служащих. А в стране насчитывалось более пятьсот тысяч дворян — помещиков. Этого количества, с учетом отпрысков дворянских семейств, должно было с избытком хватить на укомплектование кадрами всех учреждений и всех мероприятий по всем трем указам. По мнению авторов Указов, не занятые на службе дворяне вынуждены будут идти работать в школы, училища и земские управы, если захотят сохранить уровень своих доходов.

В Москве, Казани и Киеве с 1 сентября, еще до объявления о реформе, было решено создать педагогические институты, где будут готовить учителей для средних учебных заведений. В эти институты набирали и женщин. Во всех губернских городах создавались педагогические училища, которым предстояло выпускать учителей для начальных школ. Срок обучения в них для лиц со средним образованием определялся в один год.

Министерству науки и образования поручалось обеспечение всех школ и училищ учебниками и учебными пособиями.

Вся страна гудела, как растревоженный улей. Указ об освобождении крестьян вводился в действие с 1-го мая. Указ о земском самоуправлении действовал с момента опубликования. Первые уездные земские собрания предстояло провести в феврале. А губернские — в марте. Указ об образовании предписывал начать занятия в школах и училищах с 1-го сентября.

Контроль за исполнением указов возлагалась на губернаторов и соответствующих министров.

Указы были зачитаны во всех населенных пунктах при большом стечении народа. Готовились выборы в уездные земские собрания, по куриям нужно было выдвигать кандидатов в собрания.

Все сословия общества охватила лихорадочная ажитация. Сбылись вековые мечты крестьянства и либеральной российской интеллигенции. Все светские салоны, трактиры и просто площади превратились в дискуссионные клубы. Кандидаты в собрания выдвигали свои программы, их сторонники сходились в жарких спорах, местами переходящих в кулачные бои. Такого кипения страстей империя не знавала никогда.

Гостап, Корпус Внутренних войск и Госох были приведены в полную готовность на случай волнений. На всякий случай, Император отменил отпуска офицерского состава и в армии. Вплоть до ноября месяца следующего года. Впрочем, сверху пришло распоряжение «за слова» людей больше не хватать. За исключением, понятное дело, поносных слов в адрес Императора. Однако, попытки организации любых тайных обществ пресекать беспощадно.

19. Реформа промышленности.

Николай Иванович Путилов, по воле далеких потомков подселенный в мозг обер-бергмейстера Мейера, был единственным из «подселенцев», переброшенных почти в свое время. В 1826 году в маленькой дворянской усадьбе Ерюхино Новгородской губернии уже жил шестилетний мальчик Коля Путилов. Мейер — Путилов в будущем планировал принять личное участие в судьбе мальчика. Но, пока что, у него на это не было времени. Совершенно. Министр промышленности был занят подготовкой великой реформы, по значению для России сравнимой с Земельной реформой.

Состояние российской промышленности было хорошо известно и Мейеру и Путилову. Оно было жалким. Почти все имеющиеся заводы, за редкими исключениями были, по сути, средневековыми ремесленными мануфактурами, устроенными еще в прошлые века Строгановыми, Демидовыми и другими предприимчивыми купцами. На заводах использовался почти исключительно труд прикрепленных к заводам крепостных, именуемых «приписными».

Множество мелких металлургических заводиков принадлежало дворянам. Основывались он на мелких месторождениях железных, серебряных, медных и других руд. В помещичьих усадьбах во множестве работали мелкие текстильные, бумажные и стекольные мануфактуры, в основном мелкие.

Поскольку крепостные работали практически «за еду», труд их был весьма дешевым, а потому, владельцы предприятий нужды в механизации работ не испытывали. Сохранение такого порядка обрекало промышленность России на консервацию технологической отсталости.

Для привода станков использовались исключительно водяные колеса на реках. В это время в европейских странах вовсю шла промышленная революция. В производство внедрялись металлообрабатывающие станки, прядильные и ткацкие машины с паровым приводом.

Хотя, были в России и довольно крупные предприятия, с числом работников более тысячи: Адмиралтейские верфи в Петербурге, Гороблагодатские металлургические заводы на Урале, Александровский механический завод в Петрозаводске на Онеге, Александровская ткацкая мануфактура в Петербурге.

Путилов понимал, что после отмены крепостного права все помещичьи заводики разорятся. Необходимость платить рабочим реальные деньги резко повысит себестоимость их продукции, и они станут нерентабельными. Целью реформы будет создание крупных механизированных производств, выпускающих дешевую продукцию. Рабочих с разорившихся заводов планировалось перевести во вновь создаваемые тресты.

Указ о промышленной реформе вышел 10 июня. В нем предусматривалось установление 100% пошлин на ввоз из-за границы готовых потребительских изделий. В то же время, почти полностью отменялись пошлины на ввоз машин и механизмов. Установленная на их ввоз 1% пошлина служила исключительно для того, чтобы они попадали в статистические отчеты таможни. Эти меры должны были стимулировать развитие в стране собственного производства потребительских товаров.

Указом устанавливался минимальный размер заработной платы, равный 8 рублям в месяц. Устанавливалась максимальная продолжительность рабочего дня 10 часов и шестидневная рабочая неделя. На заводах разрешалось создание профессиональных союзов, которые получили право обращения в министерство промышленности в случае нарушения владельцами предприятий установленных указом правил. Детский труд допускался с 14 лет, при этом минимальная заработная плата для подростков составляла 6 рублей. Предприятия обязывались обеспечивать сотрудников обедами из расчета 8 копеек в день.

Владельцев заводов обязали выплачивать работникам пенсию по утрате трудоспособности в случае травмы на производстве в размере половины заработной платы. При министерстве создавалась инспекция, которая следила за соблюдением заводчиками требований Указа.

Инвесторам при создании нового производства потребительских товаров давалось освобождение от налогов на пять лет. А при создании машиностроительного производства — на 10 лет.

Указ предусматривал создание крупных частно-государственных трестов путем объединения успешно действующих заводов в одном регионе. Убыточные вследствие плохого управления, но перспективные частные заводы выкупались государством у владельцев и включались в состав трестов. Частные инвесторы приглашались к участию в созданию новых и модернизации действующих заводов, с выделением им соответствующей доли в уставном капитале. Однако, в отраслях тяжелой промышленности доля государства не должна быть меньше 50%. Предусматривалось предоставленеие льготных кредитов на создание новых машиностроительных производств.

Указ предусматривал формирование трестов:

Кораблестроительного в Петербурге на основе Адмиралтейских верфей,

Оружейного в Туле на базе Оружейного завода,

Среднеуральского металлургического на основе Гороблагодатских заводов и Губахинских угольных месторождений,

Южноуральского машиностроительного на базе Златоустовского оружейного завода и Магнитогорского железорудного месторождения.

Донецкого металлургического и кораблестроительного на базе Луганского литейного завода, месторождений донецкого угля и приазовского железа,

Онежского машиностроительного на базе Александровского завода,

Казанского порохового на основе Порохового завода. Согласно Указа с нуля создавались:

Нижегородский судостроительный трест,

Онежский химический трест в Кондопоге,

Бакинский нефтедобычной трест,

Саратовский нефтеперерабатывающий трест,

Стеклянный и Фарфоровый Владимирский трест,

Сахарный Тамбовский трест,

Харьковский масляный трест.

При назначении генеральных директоров трестов Мейер — Путилов не обращал ни малейшего внимания на занимаемые должности, ордена, знатность рода и наличие покровителей при дворе. Мейер отлично знал состояние дел на металлургических и механических заводах империи в 1825 году, а Путилов — в 1850-х годах. К тому же, в память Путилову потомки загрузили подробный курс истории русской промышленности в 19 веке и сведения обо всех успешных промышленниках и изобретателях этого периода. Поэтому, директорами трестов назначались только те промышленники и инженеры, которые делом доказали свои способности, и сумевшие самостоятельно создать крупные производства. Теперь же им будет оказано максимальное содействие со стороны государства.

Генеральным директором Кораблестроительного треста в Петербурге Министр назначил сорокалетнего инженер-полковника Карла Шильдера, впоследствии изобретателя и создателя первой цельнометаллической подводной лодки. Ему было поручено объединить в трест все заводы и мануфактуры Петербурга, поставляющие материалы и изделия на Адмиралтейские верфи.

Напутствуя полковника, Путилов поручил ему обследовать состояние дел на этих предприятиях. В случае дурного управления на казенных заводах менять управляющих, частные заводы закрывать, передавать министерству промышленности, а затем полностью реорганизовывать. Мелкие заводы объединять.

В качестве ближайших задач ему были поставлены: постройка опытного деревянного шлюпа с импортной паровой машиной и винтовым движителем, организация в тресте производства паровых двигателей для кораблей и паровозов, постройка серии кораблей с такими двигателями. Конструкция парового котла и двигателя образца 1860 года прилагалась. Это был двигатель паровоза Николаевской железной дороги двойного расширения, двухцилиндровый, с давлением пара 8 атмосфер, мощностью 300 лошадиных сил. Котел цилиндрический, оснащенный 160 дымогарными трубками с поверхностью нагрева 100 квадрантных метров.

На первый шлюп давалось два месяца с момента получения двигателя. Его планировалось испытать на Онеге. Паровые шлюпы планировалось запустить в навигацию на Амуре летом 1827 года. К навигации 1828 года требовалось построить 4 шлюпа, 4 брига и 2 корвета на Черном море и столько же на Балтике. Секретные чертежи двигателя и кораблей, имевших небывало большое удлинение корпуса, равное 6,2, прилагались. Их Путилов чертил собственноручно, по памяти.

В помощь Шильдеру назначались два магистра Ордена, сотрудники Дотай и Гостап. Шильдеру Указом предоставлялось 10% уставного капитала треста. Дозволялось расширить уставной капитал вдвое за счет привлечения российских инвесторов.

Руководителем Тульского ружейного треста назначался управляющий Тульским заводом, вполне справлявшийся со своими обязанностями, 52-летний генерал-майор Евстафий Штаден. Ему подчинялись вес тульские металлургические и железоделательные заводы, а также все окрестные железные и угольные рудники.

Ближайшими задачами ставились освоение литья пуль Минье, производство пулелеек для них, затем освоение технологии внутренней нарезки гладких ружейных стволов. А в качестве перспективной задачи — разработка казнозарядной нарезной винтовки конструкции Крнка образца 1867 года калибром 4 линии, по совершенно секретному чертежу, переданному ему Путиловым.

Директором Среднеуральского металлургического треста стал Василий Любарский, 30-летний помощник управляющего Гороблагодатского завода. Ему поручалось освоить производство кокса из угля местных месторождений, заменить в металлургическом процессе древесный уголь коксом, усовершенствовать доменный металлургический процесс, освоить тигельный метод плавки стали, а затем и конвертерный. И специальное задание — наладка производства походных передвижных кухонь для армии.

Необходимые материалы по технологии процессов и конструкции оборудования под грифом «совершенно секретно» Путилов ему передал. Технологию Путилов тоже расписывал собственноручно.

Ближайшей задачей ему были поставлены выплавка стали, удовлетворяющей требованиям к нарезным винтовочным стволам под дымный порох, а затем и постановка таких стволов в серийное производство. В дальнейшем тресту ставилась задача производства в больших масштабах стальных рельсов и нарезных винтовочных и пушечных стволов под бездымный порох.

На Южноуральский машиностроительный трест Министр проставил Павла Аносова, 30-летнего управляющего Златоустовского оружейного завода. Ему было поручено освоить на заводах треста коксовый технологический процесс, начать разработку железной руды в горе Магнитной. Кокс планировалось поставлять из Среднеуральского треста, для чего требовалось организовать речной и сухопутный транспортные маршруты. Наряду с остающейся задачей поставки в армию всевозможного холодного оружия, тресту ставилась задачи организация производства паровых машин для промышленных нужд, а также всевозможного железнодорожного оборудования.

Генеральным директором Донецкого металлургического и кораблестроительного треста Путилов назначил 36-летнего обер-бергмейстера Евграфа Ковалевского. Ему поручалось организовать добычу коксующегося угля на богатых донецких месторождениях и добычу высококачественной железной руды, имеющегося вблизи Мариуполя.

Ему поручалось, также, весной 1828 года построить 10 деревянных паровых кораблей с винтовыми движителями. Правда, двигатели пока предполагалось получать из Петербурга. Затем организовать выплавку качественной стали для судостроения и производство паровых машин. А в дальнейшем — строительство цельнометаллических кораблей. В трест были включены все корабельные верфи в Севастополе, Керчи и Азове.

Онежский машиностроительный трест поручили возглавить молодому 26-летнему корабельному мастеру Ивану Амосову, в истории Ствола впоследствии построившему первый российский паровой фрегат. Теперь ему предстояло на основе Александровского завода и закупленных за золото за границей станков развернуть в Петрозаводске самый крупный в России станкостроительный завод, которому предстояло снабжать станками все российские заводы.

Ближайшей задачей ставилось воспроизвести все полученные из-за границы станки, затем наладить их серийное производство. В дальнейшем заводы поручалось разработать и наладить производство паровых молотов, прокатных станов, станков всех типов для легкой промышленности. Чертежи молота и прокатного стана, собственноручно нарисованные, Путилов передал Амосову в присутствии офицера Дотай. В черчении устройств и описании технологических процессов Путилову много помогал Уваров — Курчатов, которому потомки тоже многое подгрузили в память.

Этому тресту выделялось самое «жирное» финансирование. Он должен был стать мотором всей Российской промышленности.

Александр Засядко, 46 летний генерал артиллерист, возглавил Казанский пороховой трест. Помимо производства черного пороха, ему было поручено наладить производство боевых ракет, которые уже проходили испытания в учебной артиллерийской бригаде. Ему были переданы чертежи и технология ракет, разработанных четверть века спустя Константиновым.

Братья Василий, Герасим и Макар Дубинины, оброчные крепостные графини Паниной, уже два года перегоняли в Моздоке добываемую тут же нефть в перегоном кубе собственной конструкции, получая керосин и мазут. Путилов выкупил братьев у графини и дал им «вольную».

Старший, 38-летний Василий был назначен Генеральным директором Бакинского нефтедобычного треста. После завоевания Бакинского ханства Россией в 1806 году вся нефтяные месторождения были национализированы и отданы на откуп частным лицам. Добычу вели самым примитивным способом из вручную выкопанных колодцев. Указом откупа нефтяных месторождений были отменены и сданы в аренду тресту.

Василий получил, от министра, помимо финансирования, чертежи буровой установки, трубопровода с насосами, нефтяного резервуара и поручение довести через два года добычу нефти до 2 тысяч тонн, а еще через год — до 8 тысяч тонн. Для поддержки промышленника в отношениях с местными властями ему в помощь был выделен бергмейстер Гофман и магистр Ордена Вяземский.

Герасим получил назначение на Саратовский нефтеперерабатывающий трест. В помощь ему был выделен профессор химии Швейгер и магистр Ордена Шаховской. Они получили от Путилова чертежи установок перегонки и крекинга нефти, а также описания технологических процессов. Из нефти трест должен получать бензин, керосин, солярку, мазут и битум.

Помимо собственно переработки нефти, тресту поручалось производить бензиновые горелки для сварочных и паяльных работ, керосиновые лампы, керосиновые и соляровые кухонные плиты, отопительные печи на мазуте для водяного отопления. Чертежи этих устройств тоже прилагались. Мазутом же должны были отапливаться перегонные и крекинговые установки. Битум должен был идти в деревянное кораблестроение и дорожное строительство. За пять лет объем переработки нефти должен был быть доведен до 10 тысяч тонн.

С нуля создавался весьма важный Нижегородский судостроительный трест, предназначенный для построения речных и морских судов для Каспия. Директором его стал 53-летний механик и горный инженер Поликарп Залесов, разработавший водяную и паровую турбины. Водяную турбину ему предстояло довести до промышленного использования. Попутно трест должен был выпускать паровые машины и рельсы.

Создаваемый в Кондопоге на берегу Онежского озера Онежский химический трест, имел совершенно секретные задачи. Во-первых, разработка и организация промышленного производства тротила. Во-вторых, разработка и производство взрывателей для него. На решение этих задач заводу давался всего лишь год. К моменту выхода Указа заводские корпуса уже строились.

Там же размещалась химическая лаборатория Академии наук, которая и должна была заняться разработкой. Трестом поставили руководить 45-летнего инженера — химика Петра Соболевского. Описание технологических процессов руководителям завода и лаборатории было предоставлено. Перспективными задачами тресту и лаборатории ставилась разработка бездымного пороха и динамита.

Во Владимирской губернии создавался Стеклянный и Фаянсовый Владимирский трест. Основой треста стали Гусевский хрустальный и Гжельские фарфоровые и фаянсовые заводы. Задачей треста было установлено обеспечение потребностей России в дешевом листовом стекле, дешевой стеклянной и фаянсовой посуде, а также и недорогой фарфоровой. Руководство трестом было возложено на 52-летнего владельца Гусевского завода Ивана Мальцова.

Путилов разъяснил Мальцову, что главной задачей является не производство эксклюзивных высокохудожественных изделий, которым занимаются Императорские фарфоровый и стекольный заводы, а массовое производство дешевых обиходных изделий, начиная с листового оконного стекла. Прибыль трест должен получать за счет большого объема общедоступной продукции, что бы ликвидировать эту статью импорта полностью. А может быть и начать экспорт, после строительства железных дорог.

60-летний Антон Иванович Герард, отставной инженер-генерал-майор, создавший в своем имении Большое Голубино первое в России производство сахара из сахарной свеклы, по Указу возглавил Тамбовский сахарный трест. Ему поручалось организовать широкомасштабные посевы свеклы в Тамбовской и соседних губерниях, развернуть широкую сеть заводов, перерабатывающих свеклу в сахар. Путилов решил поставить это дело на широкую ногу, поскольку себестоимость такого сахара была в разы ниже стоимости привозного тростникового сахара. Поэтому товар имел высокий экспортный потенциал, а затраты на организацию его производства были относительно невысокими. Герарду выделили финансирование и поставили задачу через три года довести производство сахара до 5 тысяч тонн в год, а еще через два года — до 10 тысяч тонн.

Крепостной крестьянин Шереметьевых Даниил Бочкарев 37 лет отроду был выкуплен Путиловым у Шереметьевых и освобожден от крепости. Ему министр поручил возглавить Харьковский масляный трест. Через 3 года Даниилу суждено было первым в мире открыть способ получения масла из семечек подсолнечника. Путилов ускорил этот процесс на 5 лет. В помощь крестьянину выделили магистра ордена Волконского и предоставили начальный капитал. Подсолнечное масло было значительно дешевле сливочного и привозного оливкового. Церковью оно вскоре, по ходатайству Председателя кабинета министров, было признано постным. Тресту была поставлена задача довести за три года производство масла до 10 тысяч тонн, а еще через два года — до 30 тысяч тонн. Масло, как и сахар, имело огромный экспортный потенциал.

Всем руководителям трестов была обещана доля в уставном капитале в размере от 5% до 20%, в зависимости от их собственного начального капитала. Само собой, всем подробно разъяснили необходимость секретности проводимых работ. На все тресты были прикомандированы офицеры Дотай, Госох и Госконт.

В то же время, Академии наук поручалось взять под контроль патентование всех технических новинок за рубежом, не раскрывая, однако, всех технологических тонкостей. Владельцем изобретений указывалось Российская империя. Руководству трестов сообщили, что все полученные ими новинки разработаны в секретных лабораториях Академии наук.

Все специальные технические училища, входящие в структуру министерства науки и образования получали двойное подчинение. В министерстве промышленности была сформирована инспекция технических училищ, задачей которой было обеспечение соответствия изучаемых в училищах предметов потребностям производства. А также, контроль качества преподавания дисциплин. За каждого принимаемого на работу в промышленность выпускника училища, министерство платило училищу определенную указом сумму, которую училище могло потратить только на техническое оснащение учебного процесса.

Помимо всего прочего, Указ предусматривал перевод всей новой технической документации в метрическую систему мер, изобретенную 20 лет назад во Франции.

20. Пути сообщения.

В департаменте путей сообщения министерства государственных имуществ изначально имелось четыре отделения: морских путей, речных путей и гужевых дорог. В марте было образовано еще одно отделение: железных дорог.

Во главе отделения был поставлен 28-летний инженер-капитан Корпуса путей сообщения Николай Крафт. А его заместителем стал еще более молодой 22-летний инженер-поручик Корпуса Павел Мельников. Назначение столь молодых людей на столь высокие посты уже никого в свете не удивило. Экстравагантность назначений нового Императора уже давно превзошла все мысленные пределы. Ниспровергались освященные веками основы государства и на их месте возводились совсем новые конструкции.

А Киселеву — Столыпину было отлично известно, что именно эти два инженера спроектировали и построили через четверть века первую настоящую железную дорогу в России — Николаевскую. Построили быстро, качественно и экономно.

Начиная готовить Указ о создании отделения, Киселев пригласил к себе двух молодых инженеров корпуса путей сообщения. И задал им вопрос об их отношении к железным дорогам. А потом с удовлетворением слушал их горячие речи о совершеннейшей необходимости железных дорог для России. Оба инженера уже были энтузиастами железнодорожного строительства. Они увлеченно убеждали Киселева в экономической целесообразности и использования рельсовых путей в России, ссылаясь на уже накопленный опыт строительства конных и паровых железных дорог в Англии и Америке.

В России массовые грузы перемещали водными путями по рекам и многочисленным шлюзовым системам, связывающим все реки России в единую транспортную систему. Но, эти пути не работали в период ледостава на реках, то есть с ноября по апрель. Да и в маловодные засушливые годы летом возникали проблемы с судоходством через шлюзы. Особенно упирали инженеры на огромность пространств России, вследствие чего доставка более-менее тяжелого груза из Петербурга в Севастополь, к примеру, занимала не менее трех месяцев. А по железной дороге, по их прикидкам, груз можно будет доставить за неделю.

Павел Дмитриевич, внутренне посмеиваясь, делал скептический вид и задавал каверзные вопросы:

— А выдержат ли рельсы наши суровые морозы?

— А как снабжать паровозы топливом и водой по пути следования?

— А чем лучше топить котлы, углем или дровами?

— А как разводить встречные поезда на однопутной дороге?

— А сколько времени займет строительство дорог исходя из существующего уровня металлургической промышленности?

Молодые люди от этих вопросов только пуще распалялись, стремясь, во что бы то ни стало, переубедить нового министра. Временами, даже забывая о субординации.

Они оба уже начали расстраиваться, видя, что министр сохраняет скептический вид. И потому были совершенно огорошены словами министра:

— Должен вас обрадовать, господа! Император уже дал поручение кабинету министров готовить перспективный проект строительства железных дорог. В департаменте путей сообщения создается специальное отделение железных дорог. И Вам, Николай Осипович и Павел Петрович, я намерен поручить возглавить это отделение. Вы люди молодые, но и это дело для России совершенно новое и небывалое.

Даю вам неделю на подготовку штатного расписания отделения и подбор кандидатур. И затем, еще два месяца на разработку предварительного перспективного плана строительства железных дорог с расчетами необходимого количества финансов, материалов, дорожного оборудования и подвижного состава.

Теперь о сути задания.

Вам, с привлечением географов, геологов и экономистов Академии наук, Император поручает подготовить предварительный проект сети железных дорог России и план их строительства на ближайшие, два, пять и десять лет.

Дороги должны обеспечить ускорение оборота грузов между важнейшими промышленными, горнодобывающими и сельскохозяйственными губерниями страны. Понятное дело, строить их нужно по тем маршрутам, по которым перемещаются наиболее крупные потоки грузов. Есть и вторая, не менее важная задача — обеспечение возможности быстрой переброски войск, в случае войны, на разные театры военных действий.

Во-первых, нам абсолютно необходима дорога в меридиональном направлении от Петербурга к Москве и далее к южным хлебородным губерниям через Тулу, Орел, Курск, Харьков, Екатеринослав и далее до Севастополя. Дорога будет обеспечивать доставку продовольствия из хлебородных губерний в Москву и Петербург. В свете неизбежных войн с османами, эта дорога нам необходима, как воздух.

Экономистам и географам из Академии поставьте задачу обосновать необходимость и прибыльность железных дорог для России. Император повелел Академии принять непосредственное участие в разработке проекта развития сети железных дорог России.

От Орла целесоборазно построить ответвление дороги через Киев до Одессы. Это направление обеспечит поставки зерна на экспорт. От Харькова пойдет ответвление через Бахмут на Мариуполь. По ней будем транспортировать соль из Бахмута и продукцию металлургии из проектирующегося сейчас Донецкого каменноугольного и железорудного района. Транспортировка отличного коксующегося донецкого угля в Тулу имеет первостепенное значение для дальнейшего развития металлургии и металлообработки в Туле. Бурый уголь, добываемый в Тульской губернии, с ним не идет ни в какое сравнение. А Тула — это наша старейшая оружейная кузница.

Другим приоритетным направлением станет широтная дорога в Сибирь по маршруту Москва — Нижний Новгород — Казань — Уфа — Челябинск. От Казани нужно строить ветку через Ижевск и Пермь до Соликамска к Среднеуральскому металлургическому району.

Далее, необходимо продлить эту широтную дорогу от Москвы на запад через Смоленск и Минск до Варшавы.

Таковы пожелания Императора.

При проектировании дорог подготовьте обоснование экономической выгодности и прибыльности дорог, исходя из существующего и перспективного грузооборота, поскольку строить их придется за счет привлечения частного капитала при государственной поддержке. Вы должны предложить такие формы участия в строительстве, которые заинтересуют промышленников и купечество.

Отдельно к работам будут привлечены геологи. Помимо проектирования собственно дорог, им необходимо запланировать тщательные геологические изыскания в прилегающих к дорогам областям на предмет поиска там полезных ископаемых.

Экономистам и географам поручите подумать над тем, какие еще дороги нам нужны, для увеличения товарного оборота. К примеру, нужно строить местные дороги между железорудными и каменноугольными месторождениями на Урале. Видимо, целесообразно построить дорогу от Царицына на Волге до Калача-на-Дону для перевалки грузов с Волги на Дон. Подумайте и над другими ответвлениями от главных дорог и над местными дорогами.

В Саратове будет строиться нефтеперерабатывающий завод. Нефть будет добываться в Баку и транспортироваться морем, затем по Волге. Объем перевозок нефти — десятки тысяч тонн в год. А потом и сотни тысяч. С завода продукты переработка должен развозиться по всей России водным и железнодорожным транспортом.

Да и вообще, свяжитесь с министром промышленности Мейером. Он готовит перспективный план развития промышленности в России. Я ему сообщу о вашем визите и вашем задании. План строительства железных дорог должен разрабатываться согласованно с планом развития промышленности. Мейер вам даст данные по перспективному грузообороту между промышленными районами. Само собой разумеется, сотрудники Корпуса инженеров путей сообщения тоже привлекаются к работе по вашему усмотрению.

На весь этот проект Вам выделяется два месяца. Управляющим отделением Император назначает Николая Осиповича, а заместителем управляющего — Павла Матвеевича. Поздравляю вас с назначением, господа.

— Рады стараться! — Вытянувшись по-уставному, хором гаркнули назначенцы. Корпус и Институт путей сообщения, который они оба закончили, были военизированными учреждениями.

— Садитесь, господа. Императорский Указ о создании отделения и вашем назначении получите в моей канцелярии через два дня. Со стороны Академии ответственным за эту работу назначен сам Президент Уваров. По поводу прикомандирования или перевода к вам в отделение сотрудников Академии и академических институтов пообщайтесь с ним лично. Настоятельно рекомендую вам привлечь к работам по геологии профессора Дмитрия Соколова. А по вопросам экономики — профессора Константина Арсеньева. Это крупнейшие специалисты в своих областях.

Прошу Вас, господа в пятидневный срок представить мне план работ, ориентировочную смету затрат и список привлекаемых к работе над предварительным проектом лиц. Все работы по проекту будут дополнительно финансироваться.

Работе будет придан статус государственной важности. Поэтому вести ее придется в самом приоритетном порядке, с опережением относительно всех прочих работ. Вы, господа, сами должны понимать важность этой работы. И, само собой, работы являются секретными.

Засим министр отпустил ошарашенных инженеров.

Одновременно министр поручил отделению гужевых дорог департамента в самом срочном порядке подготовить проект полноценной шоссейной дороги от Челябинска через всю Сибирь до города Сретенска на реке Шилке. Через те же города, по которым проходит старый Сибирский тракт. При этом, иметь ввиду перспективу строительства по этому же маршруту железной дороги. А отделению речных путей — проект обустройства речного пути от Сретенска по Шилке и Амуру до его устья. Отделению морских путей — проект обустройства морского пути от устья Амура, где спроектировать порт, через Петропавловск-Камчатский и Ново-Архангельск, до форта Росс в Калифорнии.

Восьмого мая Император утвердил своим Указом перспективный проект сети железных дорог Российской империи. На проектирование двухпутной железной дороги Петербург — Москва, которая была назначена первым этапом строительства дорог, департаменту путей сообщения давалось два месяца, но начать строительство надлежало 8 июня, одновременно от Петербурга и от Москвы. А проектные работы вести одновременно со строительством.

Из двух вариантов строительства железных дорог с шириной колеи 150 см и 75 см министр Кисилев выбрал вариант узкоколейных дорог. И сумел убедить в этом Синклит. Узкоколейные дороги в будущем широко применялись в последующем в России и СССР в качестве местных и внутризаводских дорог.

Они требовали вчетверо меньших объемов земляных работ по сравнению с широкими дорогами, меньшие требования к уклонам пути, меньшие требования к прочности рельсов, прочности мостов, Значительно меньшие радиусы поворотов, меньшие требования к мощности локомотивов и прочности вагонов. По оценке проектировщиков узкоколейные дороги можно было построить втрое быстрее и с втрое меньшими затратами.

Грузоподъемности поездов на узкоколейных дорогах на ближайшие десять лет должно было хватить для обеспечения потребностей промышленности и сельского хозяйства.

В дальнейшем, по мере исчерпания провозной способности узкоколейных дорог, планировалось строить параллельно им дороги с широкой колеей, а по насыпям узкоколеек построить шоссейные дороги с асфальтовым покрытием.

Кисилев передал Крафту и Мельникову нарисованные собственноручно министром промышленности Мейером чертежи паровозов, грузовых и пассажирских вагонов различных типов, поворотных кругов, стрелочных переводов. Все под грифом секретно.

21. Академия наук.

Как и многое другое в Империи, Академия наук пребывала в спячке. После бурного начала в ломоносовские и последующие екатерининские времена, когда в ней работали такие светила мировой науки, как математики Гольдбах, Николай и Даниил Бернулли, физики Эйлер и Рихман, географы Делиль, Стеллер и Палас, ботаники Гмелин и Крашенинников, историки Татищев и Миллер, Академия впала в дрему.

В первой четверти 19 века основные направления деятельности Академии сместились в сторону гуманитарных наук. Членами Академии стали литераторы Вяземский, Жуковский, Крылов, филологи Востоков, Хомяков, Уваров, историки Карамзин, Григорович и Калайдович. Естественные науки были представлены лишь физиками Ленцем и Петровым, химиком Севергиным, а также астрономом Струве.

Уваров-Курчатов намеревался в кратчайшие сроки наставить Академию на путь истинный. От ленивых теоретических изысканий следовало направить усилия академиков на достижение практических результатов.

Прежде всего, он составил список зарубежных изобретателей и ученых, которых следовало бы привлечь в Россию. Список был передан в Канцелярию ЕИВ, а оттуда поступил в Министерство иностранных дел и в Госраз. Резиденты Госраз, действующие под «крышей» посольств, были немедленно этим озадачены. Лично инструктируя резидентов перед отправкой их за границу, начальник Канцелярии ЕИВ ВК Константин, дал им такие указания:

— Вам дается год на привлечение фигурантов списка в Россию. Предлагать им можно всё. Высокие оклады, членство в Академии наук, профессорские звания, руководство специально под них созданными лабораториями с государственным финансированием, потомственное дворянство, премии за практические разработки, долю до 50% в предприятиях, производящих изобретенные ими изделия. Однако, эти предложения следует делать строго конфиденциально, не придавая их ни малейшей огласке.

Если же за год заманить фигурантов в Россию не удастся, необходимо организовать таким упрямцам несчастные случаи с летальным исходом. А их разработки дискредитировать путем устройства диверсий. А если при этом удастся организовать улики, указывающие на роль в диверсиях третьих стран, то это будет совсем хорошо. Но, каждую такую операцию, следует осуществлять только после получения прямого указания по линии Госраз.

В списке первоочередных фигурантов присутствовали ученые — физики Эрстед, Генри, Фарадей, Джоуль, Кельвин, Ампер и Гаусс, химики Берцелиус и Дальтон, изобретатели Морзе, Моусли, Несмит, Фультон, Стефенсон, Дрейзе, Дагер, Ньепс, Нобель и Стирлинг. А также, другие ученые и изобретатели рангом помельче, общим числом 46 человек.

В начале марта Уваров принялся озадачивать всех имеющихся под рукой ученых. Географы, геологи и экономисты были подключены к проектам железных дорог.

Геологов, к тому же, озадачили подробной разведкой угольных и железорудных месторождений в Приазовье и в Донбассе. А так же озадачили поиском никелевых, марганцевых, кобальтовых руд, алмазов, золота, платины и серебра на Урале и в Сибири. Впрочем, точные координаты месторождений им были даны.

Затем Ушаков пригласил к себе группу химиков во главе с академиком Константином Кирхгофом. В группу входили еще малоизвестными профессора Императорского Дерптского университета Герман Гесс и Готфрид Озанн, которых рекомендовал академик Севергин. В составе Академии сильных молодых химиков не оказалось. Академик Севергин тяжело болел и жить ему оставалось полгода. Имена этих молодых ученых Курчатову были известны, но Ушаков счел своим долгом посетить больного Севергина и прислушаться к его рекомендациям.

Президент Академии сообщил химикам, что на Онежском озере в городе Кондопога строятся корпуса Онежского химического завода. При заводе запланировало создание целого ряда химических лабораторий, объединенных в институт химических исследований. Лабораториям будет открыто неограниченное финансирование из бюджета. Любые необходимые приборы и химикаты будут срочно заказаны за рубежом. Целью лабораторий будет создание промышленных технологий получения новых химических веществ и немедленное внедрение их в производство на заводе. Однако, все разработки будут сугубо секретными.

Одна из лабораторий будет заниматься созданием новых мощных взрывчатых веществ. Ее он предложил возглавить 30-летнему Озанну.

Другая лаборатория будет заниматься продуктами переработки нефти. Целью лаборатории будет разработка методов переработки нефти на фракции, методов очистки фракций и применения этих фракций в промышленности и в быту. Перспективной целью будет разработка технологии получения искусственного каучука. Руководить лабораторией предложил Гессу.

Институтом будет руководить академик Кирхгоф. 62-летний ученый был слаб здоровьем и вряд ли мог принимать активное участие в исследованиях, но его назначение должно было придать новому институту должный вес в научных и административных кругах.

Затем Президент отпустил химиков для обдумывания его предложений, назначив им личные аудиенции. В согласии ученых он не сомневался. Предложенные им интересная работа, высокие оклады, личное дворянство, доля в прибылях предприятия, а затем потомственное дворянство и членство в Академии после освоения их разработок в производстве, не оставляли им выбора.

Приняв на следующий день Озанна, и услышав его согласие, он вручил ему под расписку о неразглашении государственной тайны описание технологического процесса получения тротила, написанное в доступных для химика начала 19 века терминах. Отныне Озанну предстояло даже в туалет ходить в сопровождении офицера Дотай.

Затем принял Гесса и вручил ему описание процессов перегонки и крекинга нефти, а также технологий очистки фракций нефти.

Обоим ученым предложил оформить, после получения практических результатов, секретные патенты на эти разработки. Поупиравшись, оба согласились, при условии, что Уваров будет их соавтором. Кирхгоф назначение принял с удовлетворением. У него появилась возможность «тряхнуть стариной».

10 марта вышел императорский Указ об образовании Института химии.

Затем Уваров занялся физиками. В этой области выбор был богаче. В Петрозаводске проектировалось создание института изучения электрических и магнитных явлений.

Академик Василий Петров открыл четверть века назад явление электрической дуги. Необходимое электрическое напряжение Петров получал от гальванических батарей, которых он построил великое множество. Уваров подсказал Петрову возможность сваривать железные детали с помощью электрической дуги, а также оптимальную конструкцию сварочного электрода. Еще одной подсказкой Петрову была идея создания гальванической батареи в виде законченного промышленного изделия. А также ему была подсказана идея и конструкция аккумулятора. Петров загорелся энтузиазмом, несмотря на свой 66-летний возраст, и дал согласие возглавить в институте лабораторию гальванических и электродуговых явлений.

Только что вернувшийся из кругосветного путешествия 22-летний физик Эмилий Ленц был назначен руководителем лаборатории электрических и магнитных явлений. С ним Ушаков обстоятельно побеседовал о связи электрических и магнитных явлений. Рассказал об основных электрических величинах: токе, напряжении и сопротивлении материалов. Ему были вручены чертежи электромагнита, гальванометра и электромотора постоянного тока, могущего работать и генератором тока. Молодой ученый был совершенно ошеломлен открывающимися перспективами. На вопрос Ленца об источниках этих знаний Ушаков сослался на секретность.

Из Геттингенского университета был срочно переманен 25-летний профессор физики Мориц Якоби. Ему поручили возглавить лабораторию по электрическим источникам света. Уваров предложил ему заняться разработкой прожектора, основанного на явлении электрической дуги, открытой Петровым, и передал ему чертеж вакуумной электродуговой лампы. Другим направлением работ лаборатории намечалась вакуумная лампа накаливания с платиновым, а затем и вольфрамовым электродом. Пояснение Президента о тепловом действии электрического тока было для Якоби откровением. Закону Джоуля — Ленца теперь предстояло носить наименование закона Якоби.

Профессор Петербургского университета Павел Шиллинг принял предложение Уварова возглавить лабораторию электрической связи. Шиллингу придется изобрести значительно более простой телеграфный аппарат, чем тот, который он изобрел через 8 лет в реальности Ствола. Уваров разъяснил ему идею и передал чертеж телеграфного аппарата Морзе, а также, подсказал идею азбуки из двух символов: точки и тире. Теперь это будет телеграф Шиллинга. Его же Уваров озадачил разработкой технологии изготовления изолированных медных проводов, подсказав необходимые для этого идеи.

Управление институтом Уваров оставил за собой. Все назначенцы подписали расписки о неразглашении государственных тайн и получили приказ в двухнедельный срок подготовить список оборудования и штатное расписание своих лабораторий. Всем им была поставлена задача не позже, чем через год представить действующие образцы изделий. А также предупредил, что в случае неудачи меры будут крайне суровыми. Зато, пообещал большие и сладкие «пряники» в случае постановки изделий в промышленное производство: соавторство в изобретениях, личное дворянство, доля в прибылях предприятий, а затем потомственное дворянство и членство в Академии.

Указ о создании Института электричества и магнетизма вышел 13 марта.

Затем ВК Михаил и министр Уваров встретились с профессорами Императорской медико-хирургической Академии во главе с президентом Академии Яковом Вилие. Присутствовали профессора академии Буш, Бояльский, Велланский, Гааз. Объявил им, что академия переводится из министерства внутренних дел в военной министерство, все кафедры академии разворачиваются в институты по своему профилю. Затем, поручил заведующим кафедрами представить предложения по увеличению штатов и финансирования, а также по закупке оборудования лабораторий за рубежом, ни в чем себя не стесняя.

Встретившись затем с Вилие с глазу на глаз, Уваров взял с него подписку о неразглашении и передал ему документацию по стетофонендоскопу, об артериальном давлении и его измерении, по ацетилсалициловой кислоте (аспирину), о группах крови и её переливании, прививании оспы, тифа и холеры, об основах микробиологии, о анестезии, о антисептических принципах в медицине, о пастеризации и стерилизации, о санитарии и гигиене, сопроводив все это комментариями. Предложил академии заняться этими вопросами, особенно на применении этих новых сведений в военной медицине, сославшись на секретность источника этих сведений.

Вилие вышел от Президента Академии наук в состоянии помраченного сознания. Но за дверью его встретили офицеры Дотай и довел до его собственного кабинета, где уже стоял новый сейф с совершенно секретным дублированным замком. Один из офицеров остался даже на ночь дежурить у сейфа.

Госраз, тогда же, получил указание приступить к операции «Рыбалка». Так было зашифровано заманивание в Россию изобретателей и ученых.

22. Черноморская эскадра.

В 1826 году тихоокеанское побережье будущих Соединенных штатов Америки совершенно не было освоено европейцами. Лишь на Аляске и прилегающих к материку островах архипелага Александра существовали русские крепости — поселения: Ново-Архангельск, Павловск, Якутат, Кадьяк и Нучек. Общее количество русских людей во всех поселках едва превышало полтысячи человек. В них также постоянно проживали до пяти тысяч аборигенов, в основном алеутов. Центром русских владений Америке был Ново-Архангельск, насчитывающий более двух тысяч жителей, из них три сотни русских.

До 1821 года все западное побережье Северной Америки побережье к югу от Ново-Архангельска до самой Панамы формально принадлежало Испании. Однако, на западном побережье нынешних США постоянных поселений испанцев, как и других европейцев не было вовсе. Эти земли населяли индейские племена, совершенно не подозревавшие, что их земли принадлежат какой-то там Испании.

Лишь в полутора тысячах километров южнее Ново-Архангельска располагался русская крепость с населением из полусотни русских и полутора сотен алеутов — крепость Россия, которую в последствии американцы переименовали в Форт Росс.

Еще в двухстах километрах южнее, на месте нынешнего Сан-Франциско, располагалась испанская миссия Долорес, с населением в сотню человек, из которых лишь около десятка были европейцами.

И только на месте будущего города Сан-Диего, еще почти в тысяче километров южнее, располагалось более — менее крупное испанское поселение — миссия Сан-Диего с населением в полторы тысячи человек, большинство из которых составляли обращенные в католичество индейцы. Других сколь-нибудь крупных поселений европейцев на тихоокеанском побережье Северной Америки не было.

Аборигенного населения на этих землях тоже осталось немного. Индейцев после прихода испанцев безжалостно косили холера, тиф, оспа, чума и другие, принесенные из Европы болезни, против которых у аборигенов не было иммунитета. Эпидемии этих болезней стремительно проносились по континенту одна за другой. Как их останавливать индейцы не знали. Численность индейских племен сократилась на порядок величины.

Переселенцы из Североамериканских штатов, двигавшиеся в это время в своих фургонах через срединную часть Америки на «Дикий Запад», на западный берег Америки еще не вышли. В Стволовой реальности первые поселенцы туда добрались лишь 15 — 20 лет спустя.

В 1821 году, выиграв войну с Испанией, Мексика провозгласила свою независимость, став сначала империей, а через год, после военного переворота, республикой. Еще через два года от Мексиканской республики откололись республики Центральной Америки, образовав свое федеративное государство. Попытался, правда неудачно, отделиться от Мексики пограничный с США штат Техас. Отношения с США из-за проблемы Техаса, в который переселилось много выходцев из североамериканских штатов, стали весьма напряженными.

Политическая ситуация в Мексике оставалась крайне нестабильной: аристократическая партия жестко боролась с демократической. Президенты менялись ежегодно, а то и по два раза в год. Существовала реальная угроза нового испанского вторжения, поскольку Испания так и не признала независимости Мексики. Европейские державы проявили солидарность с испанским монархом и тоже не признавали Мексику.

Испанские миссии на западном побережье в это смутное оказались предоставлены сами себе. Новому мексиканскому правительству не было никакой возможности уделять внимание удаленному и малонаселенному северо-западному захолустью республики.

Через полмира эскадра адмирала Грейга прошла вполне успешно. Потерь в корабельном составе не было. 31 января 1827 года эскадра благополучно дошла до Ново-Архангельска. Адмирал Грейг сразу вскрыл секретный пакет. В нем содержался приказ, не задерживаясь в Ново-Архангельске сверх необходимого, сразу идти к форту Росс и далее в залив Сан-Франциско, где вскрыть еще один секретный пакет, вложенный в первый.

27 февраля 1827 года мощная эскадра Черноморского флота вошла в залив Сан-Франциско. Возглавлял кильватерную колонну бриг Феникс. За ними шел флагманский линкор Азов, далее линкоры Гангут, Иезекиль, Александр Невский, Рафаил и Уриил. За линкорами шли фрегаты Проворный, Константин, Елена и Кастор. В хвосте колонны шли две шхуны Русско-Американской торговой компании: Анна и Елизавета, который адмирал застал в Ново-Архангельске и присоединил к эскадре. Замыкал колонну бриг Меркурий. Столь мощного флота здесь не видели никогда. До сих пор в эти воды входили лишь небольшие одиночные корабли, размером не крупнее брига.

Пройдя проливом «Золотой вход», эскадра величественно повернула вправо и встала на якоря напротив испанского поселения, рядом с небольшой двухмачтовой шхуной. Других кораблей, не считая нескольких рыбачьих лодок, в бухте не было.

Миссия представляла собой группу из десятка деревянных домиков, маленькой деревянной католической церкви и деревянной же крепостицы, стоящей на холме повыше селения.

С борта флагманского линкора грянула холостым выстрелом пушка, затем от линкора отвалила шлюпка, в которой находился глава дипломатической миссии коллежский советник Матвей Елпидифоров. На берегу его встретил глава миссии падре Игнасио с несколькими служителями. Священник изрядно струхнул, при виде столь мощных вооруженных морских сил, однако, виду старался не подавать. Представившись, Елпидифоров предложил священнику проследовать на корабль для встречи с адмиралом. Падре подчинился.

В роскошном адмиральском салоне адмирал Грейг, уже ознакомившийся с содержанием второго секретного пакета, встретил главу миссии при полном параде и при всех регалиях. Присутствовали начальник экспедиции полковник Липранди, тоже ознакомившийся с пакетом, Елпидифоров и начальник форта Росс коммерции советник Иван Кусков. Сам падре был одет чисто, но бедновато. Сутана его была хотя и целой, однако носила следы многочисленных штопок. После начала войны за независимость, то есть уже шесть лет, миссия никакой поддержки из Мехико не получала. О ней в столице забыли. Выживала миссия за счет торговли с индейцами ремесленными изделиями, которые изготовляли сами миссионеры, а также обменом полученных от индейцев шкур на промышленные товары, привозимые изредка заходившими в бухту торговыми судами.

Поприветствовав священника, адмирал осведомился, как идут дела в миссии. Посетовав на судьбу, падре Игнасио поинтересовался о цели визита столь мощной эскадры в мексиканские воды. Адмирал заявил, что по поручению Императора намерен провести переговоры с правительством Мексики об аренде земли в заливе Сан-Франциско и вокруг форта Росс. И предложил Игнасио направить в Мехико курьера с сообщением об этом. Тот заверил, что немедленно отдаст такое распоряжение капитану шхуны и отправит курьера с ним.

Адмирал попросил падре выделить ему нескольких местных индейцев, говорящих по-испански, чтобы служить переводчиками при русском отряде. Игнасио согласился, поскольку не хотел противоречить столь мощной военной силе. Одарив падре сотней серебряных рублей, ящиком вина и двумя рулонами шерстяной ткани, адмирал отпустил его.

Однако, Грейг и Липранди имели указания императора Николая не дожидаться ответа из Мехико. Уриил снялся с якоря и подошел, насколько позволили глубины, к берегу рядом с выступающим с южного берега пролива мысом Зорт. Команда корабля шлюпками начала переправлять на берег пассажиров и перевозить строительные материалы. Прибывший на Урииле военный инженер получил указание возвести на мысу дерево — земляную крепость, вооруженную 38 морскими пушками снятыми с Уриила.

Рафаил подошел к противоположному берегу пролива и встал на якорь у мыса Дьявола. Там должна была появиться такая же мощная крепость. Эти две крепости своими пушками надежно запрут пролив, имеющий ширину всего 2 километра.

Остальные корабли пошли в глубину длинного залива к устью крупной реки Сакраменто. Там в первую очередь разгрузились фрегаты Проворный и Константин. Освободившись от груза и пассажиров, фрегаты вышли через пролив в океан и пошли в Центральную Америку, имея задание закупить там продовольствие на всю эскадру.

Все четыре линкора вошли в устье реки и принялись разгружаться. После разгрузки их экипажи взялись за разборку кораблей. Им надлежало разобрать все четыре линкора. Из полученных пиломатериалов корабельные плотники принялись мастерить речные одномачтовые плоскодонные барки грузоподъемностью по 20 тонн. Их Липранди приказал изготовить 30 штук. А на крутом правом берегу в километре выше устья начал расти мощный город — крепость Ново-Московск. Инженеры запроектировали городскую стену длиной четыре километра с 32 мощными башнями, оснащенными четырьмя морскими пушками каждая.

Более старые фрегаты Елена и Кастор, вместе с бригами Меркурием и Фениксом и обеими шхунами пошли вверх по реке. Командовал отрядом кораблей капитан 2 ранга Фрегер. Полноводная река вполне позволяла идти вверх груженым океанским кораблям. Впрочем, продвигались корабли медленно, промеряя глубины и останавливаясь на ночевки. Имевшие меньшую осадку бриги шли впереди колонны.

Пройдя вверх по реке 170 километров, оба брига повернули вправо и пошли вверх по левому притоку, который нарекли Русской рекой. Бригам удалось подняться на 40 километров, до первого порога. Там корабли начали разгружаться. Высадили всех пассажиров, всего 150 человек, а также всех матросов, отслуживших более 7 лет, всего 120 человек.

Все поселенцы, под руководством военного инженера Колобова приступил к строительству крепости, названной крепость Русь. Бриги оставили в крепости половину своих пушек — всего 16 штук. Геолог Горяинов на двух шлюпках с командой матросов и солдат сразу же был направлен вверх по реке. По имевшимся в секретном пакете сведениям, выше порога должны были начаться богатые золотые россыпи. Разгрузившись, бриги сразу пошли вниз.

Назначенный начальником крепости лейтенант Евдокимов поручил выделенному из числа опытных солдат отряду разведчиков под командой прапорщика Скворцова найти местных индейцев, встретиться с их вождем и пригласить его в лагерь. С отрядом пошли местный индеец племени поло, из числа выделенных падре Игнасио, и посольский чиновник Мечников, говорящий по-испански.

Через четыре дня в лагерь прибыл вождь местного племени индейцев комо. С ним Мечников и Евдокимов подписали договор об аренде земли на десять верст в обе стороны от притока реки от устья до истока сроком на 20 лет. Вождю вручили 20 малых ручных зеркалец, 2 больших чугунных котла, 10 больших плотницких топоров и 40 малых, 30 копейных наконечников, а также 10 старых, снятых с вооружения в армии, шпаг. Вождь приложил к договору выпачканный в саже палец. Особенно понравились вождю малые топоры, которые он сразу решил переделать в томагавки, оснастив их соответствующими рукоятями. Шпаги вождя не впечатлили.

Договорились, что туземцы сохранят право пасти свой скот на переданных в аренду землях, а также готовы поставлять трех быков в обмен на один малый топор и двух быков на копейный наконечник. Кроме того, вождь охотно согласился отлавливать любых посторонних людей, появившихся на землях его племени. За доставку в крепость живого бледнолицего ему обещали три малых топора, за иноплеменного индейца — один топор, а за мертвых — два зеркальце или одно зеркальце, соответственно.

Еще через три дня в лагерь вернулся Горяинов с отрядом. Отведя Евдокимова в сторону от лагеря, вручил ему маленький, но весьма увесистый мешочек с двумя килограммами золотого песка. И с круглыми глазами, возбужденным шепотом сообщил, что столь богатых золотых россыпей не видел никогда в жизни, хотя немало походил по Уралу и Сибири. И даже не мог предположить, что такие россыпи существуют в природе. Евдокимов отправил Горяинова провести беглые изыскания до истока реки, чтобы определить, где лканчивается россыпь. Согласно полученных указаний, начальники скрывали наличие золота от рядовых поселенцев.

Фрегаты тем временем дошли до следующего левого притока, который местные туземцы называли рекой Фитер, и стали разгружаться в его устье. Пройти вверх по притоку они не смогли из-за недостаточных глубин.

Через три дня к месту выгрузки фрегатов подошли оба брига, взяли на борт часть выгруженного фрегатами груза, и не задерживаясь, пошли вверх по притоку. Смогли пройти около 30 километров, где и стали разгружаться. Сошедшие на берег пассажиры и прослужившие более семи лет матросы из команд фрегатов принялись строить крепость Елена. Сразу были отправлены отряды разведчиков по окрестностям и отряд геолога вверх по реке. По секретным сведениям, выше по Фитеру тоже лежали золотые россыпи.

Бриги, разгрузившись, спустились к устью Фитера и сделали еще один рейс, забрасывая вверх по притоку грузы с фрегатов. Фрегат Елена подлежал разборке в устье Фитера, где начали сооружать крепость Фиттер при 12 пушках.

Порожний фрегат Кастор вместе с двумя вновь загрузившимися бригами и обеими шхунами пошли дальше вверх по Сакраменто. Им удалось подняться еще на 240 километров. Дальше груженые бриги не прошли.

Река текла с север на юг в обширной долине между Калифорнийским береговым хребтом и хребтом Сьера-Невада. С высоких окружающих долину гор, как раз в это время, стекали бурными полыми водами зимние снега. Уровень воды в Сакраменто был самым высоким. К сожалению командовавшего этим отрядом кораблей капитана 3 ранга Мишулина, до указанного на карте еще одного золотоносного района не удалось дойти 70 километров. Тем не менее, он дал команду разгружать корабли. Фрегат Кастор подлежал разборке в этом месте.

Освободившись от груза и пассажиров, оба брига быстро покатились вниз по реке. Количество орудий на них снова довели до нормы за счет пушек Кастора. В устье Сакраменто бриги вышли 30 марта. А две шхуны, имевшие грузоподъемность под сотню тонн и осадку в грузу два с половиной метра, принялись челночными рейсами перебрасывать грузы и пассажиров вверх по реке. Они смогли дойти до того места, где на имевшейся у Мишулина карте было обозначено начало золотой россыпи. Там и начали строить крепость Кастор, оснащенную 20 пушками. Начальником крепости стал лейтенант Гаврилов. Он сразу организовал разведку местности и геологический поиск.

На обратном пути в устье Русской реки на бриг Меркурий подсел геолог Горяинов с тяжелым мешком. По прибытии в Ново-Московск, где уже наметился контур будущей крепости, геолог сразу был принят Грейгом и Липранди. Начальники были более чем впечатлены отчетом Горяинова. И еще более — содержанием его мешка.

Приглашенный на совещание старший геолог экспедиции Агте, специалист по поиску и разработке золотых россыпей, подтвердил высокое качество золотого песка. Начальники решили, что долго скрывать эти сведения от рядового состава экспедиции не удастся. Кто-нибудь из солдат поисковых партий наверняка сообразит, чем занимаются на реках геологи.

Агте назначили руководить добычей золота на реке Русской, прибывшего с экспедицией золотопромышленника Рязанова — на реке Фитер, а на верховьях Сакраменто оставили известного геолога Брусницына, который и проводит там разведку. Решили половину личного состава поселенцев поставить на промывку золота, а половину оставить на строительстве крепостей. Через каждые два месяца менять обе половины местами. На строительстве Ново-Московска оставили лишь две сотни человек. Всех остальных на только что построенных барках направили вверх по реке. Добычу золота нужно было вести с максимально возможной скоростью. А крепости Рафаил и Уриил исключали возможность нападения на Ново-Московск.

Добытчикам объявить, что одна пятая часть добытого ими золота будет записываться на их личные счета и обмениваться на серебряную монету по государственному курсу: один грамм золота — один серебряный рубль. По прошествии трех лет все солдаты и матросы будут уволены со службы, получат заработанные деньги и могут поселиться в Америке, либо вернуться в Россию.

10 апреля в Ново-Московск вернулись фрегаты с грузом продовольствия из Центральной Америки. А 12 апреля пришла Балтийская эскадра.

23. Балтийская эскадра.

Задачи эскадры каперанга Гагемейстера были более многообразными, в сравнении с задачами Грейга.

Выйдя из Южно-Китайского моря в просторы Тихого океана, Гагемейстер направил самый старый фрегат Венус и шлюп Быстрый к островам Бонин, расположенным в тысяче километров к югу от Японии. Архипелаг этот формально принадлежал Японии, но постоянного присутствия японцев на нем никогда не было. На архипелаге обнаружилось лишь десятков пять разбросанных там и сям хижин из пальмовых листьев, заселенных разнообразным людом: несколько беглых матросов, канаки, выходцы с Сандвичевых островов. Японцев там не было вовсе.

На самом большом острове, площадью 40 квадратных верст, названном островом императора Николая, в обширной удобной бухте выгрузили большую часть грузов, высадили пассажиров — десантников и основали город Николай-поль. Инженер, участвующий в десанте, начал проектировать город-крепость, вооруженный 24 пушками. На двух соседних островах меньшего размера построили небольшие деревушки. Мягкий и теплый климат островов благоприятствовал земледелию. Лишь отсутствие женщин удручало поселенцев. Но эту проблему намеревались вскоре решить, завезя алеуток. Николай-полю предстояло стать базой русского флота. Кроме того, урожаем с полей островов планировалось снабжать Петропавловск-Камчатский и другие русские города Дальнего Востока.

Корабли задержались у островов до начала мая. Экипажи помогали поселенцам строить крепость. Командир Венус капитан второго ранга Мальгин повел корабли в обход Сахалина с севера. На врученной ему Гагемейстером карте было показано, что Сахалин является островом, а не полуостровом, как считалось ранее.

В конце мая корабли вошли в устье Амура. По высокой воде беспрепятственно вошли в реку, поднялись на 30 километров выше устья и в удобном месте начали разгрузку. Затем, экипаж Венус приступил к разборке корабля, согласно полученному приказу командующего эскадрой. В этом месте было приказано построить 28-пушечную крепость Николаевск-Амурский.

Для размещения крепости выбрали высокий холм, отвесно обрывающийся к реке. Стену крепости длиной 900 метров, строили солидную, из срубов, засыпанных грунтом, высотой семь метров. Семь башен высотой по 9 метров имели про 4 пушки каждая. Нападения китайцев, которым принадлежали эти земли, стоило опасаться. Мальгин сразу вошел в контакт с проживающими на окрестных землях племенами нивхов, договорившись с их вождями о поставке туш животных и овощей с ягодами в обмен на топоры, наконечники копий и стрел. Следовало создать запас продовольствия на случай осады. А рыба в Амуре, только что, сама из воды на берег не выскакивала. Лови — не хочу! С вождями нивхов подписал договор, обязавшись защищать их от китайцев, и разрешив им не платить китайцам дань, тем самым провоцируя китайцев на конфликт. Такое секретное задание он получил от Гагемейстера. Гарнизон крепости в 800 человек имел на вооружении, помимо пушек, 600 ружей, большие запасы пороха, свинца и ядер и мог продержаться до подхода помощи с других баз флота.

Командир шлюпа лейтенант Неклюдов получил приказ пройти всю реку насквозь и дойти до городка Сретенска на реке Шилке. Затем спускаться обратно. Офицерам корабля было поручено составить лоцию реки. Сложность задания состояла в том, что Амур в среднем и нижнем течении по Буринскому договору 1727 года между Китаем и Россией проходил по китайским владениям.

Лейтенант получил указание с китайскими чиновниками в конфликт, по возможности, не вступать. Говорить им, что корабль получил повреждение, а потому морем вернуться в порт приписки никак не может, поэтому русские моряки решили вернуться в Россию по реке. Но, на вооруженные нападения отвечать всей силой, не стесняясь. 20-пушечный шлюп с экипажем в 160 человек вполне мог за себя постоять. В Адмиралтействе было известно, что сильных кораблей у китайцев на Амуре нет.

Строящееся шоссе от Челябинска до Сретенска и водный путь по Амуру позволят резко улучшить и ускорить транспортное сообщение между центральной Россией и Дальним Востоком. А на возражения Китая Император намеревался внимания не обращать. В скором времени Николай намеревался отобрать у Китая Приамурье и Приморье. А там и до Маньчжурии дело дойдет.

Самый старый линкор Ретвизан Гигамейстер оставил на разборку в Петропавловске-Камчатском, куда эскадра зашла для пополнения пресной воды и припасов. Пассажиры и моряки линкора вдвое увеличили население города, а боеспособную мужскую часть населения — вчетверо. Команда и десант сразу приступили к расширению и укреплению крепости. С 32 снятыми с линкора большими морскими пушками обороноспособность крепости возрастала многократно.

Городу предстояло стать главной базой флота на Дальнем Востоке. На этот порт базировалась Дальневосточная военная флотилия из двух шлюпов и одного корвета, а также флот Русско-Американской торговой компании из 16 вооруженных шхун и 5 вооруженных 500-тонных транспортов.

Линкор Елена остался на разборке в Ново-Архангельске, что резко усилило его гарнизон и боеспособность крепости. Так, как и следовало главной базе русского флота на Аляске.

Теперь русский флот получил цепочку хорошо укрепленных баз на Тихом океане, расположенных вдоль берегов Азии и Америки: Николай-поль на Бонинах, Николаевск-Амурский, Петропавловск-Камчатский, Ново-Архангельск и Ново-Московск. Базы растянулись в широтном направлении на 11 тысяч километров на расстоянии от 2 до 3 тысяч километров одна от другой.

В залив Сан-Франциско эскадра прибыла 12 мая. Оба оставшихся линкора встали под выгрузку и разборку в Ново-Московске. Семь десятков их пушек пошли на усиление всех строящихся крепостей. Остальные корабли разгрузились и высадили пассажиров.

Находящиеся в самом лучшем состоянии фрегаты Михаил и Проворный приняли на борт в качестве пассажиров всех офицеров и боцманов с разобранных кораблей и 28 мая под командованием адмирала Грейга вышли в обратный путь в Петербург. При себе адмирал имел совершенно секретный отчет губернатора Липранди о разведанных золотых россыпях и два пуда уже намытого геологами золота в опечатанных кожаных мешках.

Фрегаты Константин и Автроил, корветы Диомид и Херсон, бриги Меркурий и Феникс составили военную флотилию Русской Америки в подчинении у губернатора Дальнего Востока и Русской Америки Гагемейстера. На эскадру Император возложил охрану побережья от браконьеров и вооруженных нападений, а также снабжение крепостей продовольствием до тех пор, не будет налажено собственное крестьянское хозяйство. Климат долины реки Сакраменто был весьма благоприятен для выращивания пшеницы и любых других культур, кроме тропических.

24. Война с Персией.

Долгая война России с Персией 1804 — 1813 годов завершилась победой России и подписанием Гюлистанского договора, по которому Персия признала присоединение к России подвластных шаху закавказских царств: Картли, Имеретии, Кахетии, Абхазии, Гурии, Менгрелии и ряда ханств: Бакинского, Карабахского, Гянджинского, Ширванского, Шекинского, Дербентского, Кубинского, Галышского, а также части Восточной Армении.

Стремясь не допустить усиления российского влияния в Персии, Великобритания снабдило шаха Фетх-Али деньгами, вооружила его армию современным оружием и направила инструкторов для обучения его войск. После восстания декабристов и начавшихся в России кардинальных реформ, шах, подталкиваемый англичанами, счел, что наступил удобный момент, чтобы взять реванш.

19 июля 1826 года 35-тысячное персидское войско под командованием наследника престола Аббаса-Мирзы без объявления войны вторглось в Закавказье на территорию Карабахского и Талышского ханств. Пограничная стража, представленная местными азербайджанскими отрядами, разбежалась. Предупрежденный Императором главнокомандующий русскими войсками на Кавказе генерал Ермолов заранее привел войска в боевую готовность и сосредоточил их в крепостях.

Аббас-Мирза намеревался вернуть Персии все отобранные у нее 13 лет назад территории. Персы надеялись на помощь местных азербайджанских ханов и беев, которые тайно поддерживали контакты с шахом, и на восстание кавказских горцев, с которыми воевала Россия.

Вторгшиеся войска безжалостно вырезали армянские села, особенно свирепствовала курдская конница. Армяне массами бежали от них в крепости, мужчины присоединялись к русским войскам. Местное мусульманское население, большей частью, поддерживало персов. Грузинские отряды сражались на стороне русских.

Русские войска в Закавказье насчитывали около 10 тысяч человек. 3 сентября корпус русских войск генерала Мадатова при поддержке грузинских отрядов под Шамхором разгромили 18-тысячный персидский корпус, наступавший на Тифлис.

13 сентября 10-тысячный корпус генерала Паскевича разгромил под Елисавет-полем главные силы персов — 35-тысячную армию Аббаса-Мирзы и отбросил персов за реку Аракс. Зимой боевые действия временно прекратились, однако, когда в горах сошел снег с перевалов, наступление русских войск продолжилось. Генерал Паскевич был назначен главнокомандующим всеми войсками в Закавказье.

Летом 1827 года русские войска нанесли персам ряд поражений и взяли сильные крепости Эривань и Тавриз. Осенью русские вторглись в Иранский Азербайджан, взяли города Ардабиль, Урмия, Дилман и подошли к столице — Тегерану.

10 февраля 1828 года был подписан Турманчайский мирный договор, по которому к России отошли Эриванское и Нахичеваеское ханства — земли исторической Восточной Армении. Договор подписали генерал Паскевич и принц Аббас-Мирза.

Новой границей между Персией и Россией стала река Аракс. По договору в Восточную Армению начали переселяться армяне, насильственно вывезенные из этих земель в 17 веке шахом Аббасом. Персия выплатила России контрибуцию в 20 миллионов рублей серебром. После выплаты контрибуции русские войска отошли из Иранского Азербайджана за реку Аракс.

Поскольку перевооружение и реформа русских войск, участвующих в этой войне еще не были проведены, военные действия с Персией происходили почти в точности также, как в Стволовой реальности. Настаивать на добивании Персии император Николай не стал, поскольку надвигалась значительно более важная война с Турцией, и следовало готовить войска к ней.

Тем не менее, осенью 27 года были проведены секретные войсковые испытания в боевых условиях новых нарезных пуль для гладкоствольных ружей, новых артиллерийских нарезных снарядов с начинкой из тротила для пушек, и новых боевых ракет. Однако, испытания производились в ограниченных масштабах, ввиду присутствия в персидских войсках английских советников. А раскрывать англичанам прежде времени технические новинки было не целесообразно.

Испытания прошли успешно. Проводившие их офицеры Дотай представили восторженные отчеты. Дальнобойность ружей увеличилась в полтора раза, прицельная дальность стрельбы орудий — вдвое. А испытание пуль Минье в сочетании с нарезными стволами дало четырехкратное увеличение дальности и точности ружейной стрельбы в сравнении со стрельбой круглыми пулями из гладкоствольных ружей. Ракеты летели на четыре километра, хотя их точность оставляла желать лучшего. Могущество же новых снарядов оказалось выше всяких похвал. По оценке производивших стрельбу офицеров — артиллеристов, сила разрыва нового снаряда для 6-фунтовой полевой пушки превосходила силу разрыва пороховой бомбы от крепостной 48-фунтовой пушки.

5 марта 1826 года Николай, как и в истории Ствола направил турецкому султану ультимативную ноту с требованием выполнить, наконец, условия «Бухарестского мира» от 1812 года. За 14 прошедших лет султан так и не вывел свои войска из Валахии и Молдавии. Султан дал предварительное согласие и предложил вступить в переговоры для уточнения условий, которые надлежит выполнить.

25 сентября в Аккермане князь Воронцов и паша Мехмет-Хади Эфенди подписали Аккерманскую конвенцию. Турция признавала границу по Дунаю и переход к России Сухума и Редут-Кале на кавказском побережье Черного моря. Русским подданным давалось право свободной торговли на всей территории Турции, а русским торговым кораблям — право прохода через турецкие проливы и по Дунаю. Гарантировалась автономия Сербии, Молдавии и Валахии.

Султан Османской империи Махмуд-2 рассматривал это соглашение как сугубо временное и собирался расторгнуть его, как только настанет подходящий момент.

22 августа в Москве в Успенском соборе Кремля был торжественно коронован император Николай Павлович с супругой Александрой Федоровной. Коронация была отложена из-за кончины вдовствующей императрицы Елизаветы Алексеевны, вдовы Александра Павловича. Торжественное богослужение вел митрополит Новгородский Серафим.

Летом 26 года бурная деятельность темпоральных «подселенцев» начала давать первые реальные плоды. В Петрозаводск поступили закупленные в Европе станки, а в Петербург — первые четыре закупленных в Англии паровых двигателя конструкции Уатта. Один из двигателей установили на специально для него построенный бриг. Первый в России пароход в августе перевели в Онежское озеро, где начали его испытания. Двигатель показал мощность 120 лошадиных сил. Корабль порожним водоизмещением 500 тонн развил скорость 8 узлов.

Второй двигатель разобрали подетально и приступили к его копированию. Для начала, директор Петербургского треста Шильдер решил скопировать английский двигатель, поскольку двигатель, чертежи которого передал ему Ушаков, был значительно сложнее по конструкции и требовал значительно более точного соблюдения размеров всех деталей.

Третий и четвертый двигатели по распоряжению Императора разобрали на части, хорошо их упаковали и отправили в сопровождении двух инженеров — механиков со всей возможной скоростью в Москву. Оттуда один двигатель поехал в Южноуральский трест в Златоуст. Директору треста Аносову было поручено наладить серийное производство таких двигателей. Четвертый двигатель поехал по Сибирскому тракту в Сретенск. Сибирскому генерал — губернатору Муравьеву с курьерами из Дотай был послан приказ срочно изготовить в Сретенске шлюп, установить на него паровой двигатель, провести его испытания, затем вооружить корабль и подготовить к плаванию в низовья Амура.

В сентябре на Среднеуральском тресте изготовили опытную партию полевых передвижных кухонь и направили их в Московский военный округ на войсковые испытания.

Под Мариуполем геологи в указанном им месте разведали богатое месторождение отличной железной руды. Опыты с донецким углем показали, что отлично коксуется. Директор Донецкого треста Ковалевский осенью начал строить коксовые печи и проводить опыты по выплавке стали из местной руды на коксе вместо древесного угля.

В Петрозаводске в сентябре заработал первый в России станкостроительный завод. Директор треста Амосов первым делом распорядился разобрать все полученные их Европы станки, составить деталировочные и сборочные чертежи всех станков, затем собрать их и запустить в дело. Станки заработали в уже построенных цехах, пока еще с гидравлическим приводом от водяных колес. Инженеры приступили к изготовлению первых русских серийных станков. Начали с более простых токарного и сверлильного.

В Казани в пороховом тресте Засядко в октябре провел вполне успешные испытания боевых ракет, а в ноябре — сигнальных. Зимой началось их серийное производство.

Василий Дубинин в июле пробурил в Баку первую нефтяную скважину и направил морем в Россию два первых транспорта, груженый бочками с нефтью. Один — в Академию наук, а другой — в Саратов брату.

В Нижнем Новгороде Залесов приступил к постройке первого нефтеналивного судна — танкера класса река-море грузоподъемностью 400 тонн, пока еще парусного. В сентябре танкер пошел вниз по Волге.

В декабре Кондопоге инженерам — химикам Соболевского удалось получить, пока еще в лабораторных количествах тротил. В декабре был разработан взрыватель и испытана первая ручная граната с тротиловой начинкой. В январе 27 года испытали подрывом круглую чугунную шестифунтовую бомбу, а за ней и цилиндрический нарезной снаряд. В феврале провели успешные стрельбы бомбами и снарядами из 6-фунтовой полевой пушки. В войска отправили на испытания пробную партию гранат, бомб и снарядов.

В марте испытали гранаты и снаряды стрельбой из 18-фунтовых морских пушек. Флотские адмиралы были в восторге. Особенно от стрельбы снарядами. Круглые гранаты сначала застревали в деревянном борту, а после догорания фитиля взрывались и проделывали саженную дыру в толстенном борту старого линкора. А снаряд пробивал борт насквозь и взрывался внутри корпуса линкора. А сила взрыва была такова, что разносила не только обшивку, но и мощные шпангоуты.

Во Владимирском тресте в августе Мальцов изготовил первую партию дешевых фаянсовых и стеклянных тарелок и кружек и отправил своим торговым агентам в Москву и Петербург. Подарочные сервизы были изготовлены для Императора и министра промышленности. Впрочем, от обычных они отличались только упаковкой. Мальцов помнил, что его задача — выпуск продукции с минимальной себестоимостью.

В тамбовской губернии директор Сахарного треста Герард, получив льготный государственный кредит, резко расширил посевы сахарной свеклы на арендованных землях и строил новые корпуса сахарных заводов.

В Харьковской губернии в мае, заинтересованные Бочкаревым крестьяне, массово сажали подсолнечник вместо пшеницы. Бочкарев обязался скупать семечки по весьма выгодным ценам. А на взятый льготный кредит строил перерабатывающие маслозаводы.

25. Россию поднял на дыбы!

Новый 1827 год и Рождество Христово в Петербурге отпраздновали с помпой. Наряжали ёлки, водили вокруг них хороводы, пьянствовали, объедались, запускали фейерверки, плясали в кабаках и танцевали на балах. Император объявил нерабочими все дни от Рождества до Нового года. Весь простой народ и все общество спешили расслабиться и забыть на время обо всех небывалых потрясениях, обрушившихся на головы русских людей в прошлом 1826 году. На Рождество в Казанском кафедральном соборе при огромном стечении народа службу вел сам Патриарх Гермоген.

Впрочем, православные искренне радовались обретению Патриарха, крестьяне — освобождению из «крепости» и обретению земли, купечество и горожане — самоуправлению. Лишь дворянство заливало вином горе и натужно веселилось, что бы забыть свалившиеся на него беды: лишение земли и крепостных, воинскую повинность и нагрянувшие служебные строгости.

Вся Россия бурлила и кипела. Такого возбуждения в стране не было со времен предка нынешнего Императора — Петра Великого. Тот тоже «Россию поднял на дыбы». Но, было и существенное отличие от преобразований Петра. Предок Николая поднял Россию не только «на дыбы», но и «на дыбу». Огромное количество простых мужиков умерло на императорских стройках от недоедания и непосильного труда. Огромные потери понесла Россия в изнурительных войнах. Да и боярство с дворянством Петр изрядно проредил.

Реформы Николая подавляющее большинство российского населения приняло с воодушевлением. Исполнялись вековые мечты других и вековые опасения других. Даже дворянство пострадало не так, как в петровские времена. Общее количество репрессированных дворян несильно превысило число казненных и сосланных Николаем декабристов в реальности Ствола.

Впрочем, когда несколько «осела пыль» от грянувшей внезапно земельной реформы, оказалось, что жить дворянам можно. Хотя и победнее, чем раньше. Зато, никаких забот с воспитанием крепостных и дворовых. Крестьяне теперь стали сами по себе. А нерадивую прислугу можно просто уволить и забыть про нее.

Денежки дворянам капали из трех источников: сдача оставшейся у них земли в аренду мужикам, сдача в аренду под школьные классы комнат в усадьбах по твердой государственной цене. Дворянки пошли учительствовать в начальные классы, дворяне помоложе — преподавать в училища и служить в земские учреждения. Так что, кое-какие доходы у дворян остались. Зато, появилась возможность брать льготные кредиты на открытие в усадьбах всевозможных мануфактур: ткацких, прядильных, сыродельных, колбасных, гончарных и прочих. Правда, кредиты давались только под залог земли и усадеб. Что в будущем было чревато банкротством и потерей земли.

Дворяне у себя в салонах недовольно шипели, но, по-тихому. Гостап и Особый суд, о которых говорили только нервно оглядываясь и шепотом, успели завоевать непререкаемый авторитет. Даже словесное поношение Императора и его реформ, не говоря уж об умышлении заговоров, жестоко пресекалось без промедлений. Виновные шли по этапу на каторгу. Их имущество отписывалось в казну. Тайные агенты Гостапа чудились недовольным под каждой кроватью.

Владимир Ильич Ленин, а ныне самодержец Российский Николай Павлович, ходом дел был доволен. За неполный год удалось сделать многое. Колоссальная махина империи пробудилась от мертвого сна, встряхнулась, заскрипела, сдвинулась с места, и, постепенно ускоряясь, пошла вперед.

Специальные службы заработали в полную силу, с эффективностью, немыслимой в начале 19 века. Феликс Эдмундович вовсю использовал свой богатый опыт. Недовольство крутыми реформами в обществе удалось сдержать под контролем. Резиденты спецслужб в губерниях регулярно посылали в 3-е отделение Канцелярии отчеты о состоянии умов в провинции. Там офицеры — аналитики их обобщали и ежемесячно представляли отчеты ВК Константину, а тот — Императору.

Рыцари и магистры ордена, неприметно работающие на средних гражданских и военных должностях, ежемесячно писали шифрованные отчеты в штаб Ордена. Причем, письма маскировались под ничего не значащую личную переписку и приходили в Петербург на адреса частных лиц. Отчеты аналитиков Ордена ложились прямо на стол Императору. Орден контролировал, в том числе и деятельность всех специальных служб и давал Императору еще один, независимый от министерств и спецслужб источник информации о положении дел в стране. Существование Ордена пока удавалось сохранять в тайне от общества.

Павел Аркадьевич Столыпин оказался «на своем месте». Крестьянский вопрос успешно решался. Стройки и растущие как грибы производства обеспечивались рабочей силой. Железнодорожная насыпь с мостами, пока еще без рельсов, уже протянулась почти на четыреста верст. Дорогу строили одновременно от Москвы, от Петербурга и в обе стороны от Бологова. Шоссе Москва — Сретенск Столыпин твердо намеревался ввести в строй к лету этого года. По нему предстояло пойти золотым «караванам».

Яков Александрович Слащев тоже не подкачал. Армия переводилась на новые штаты и обучалась новой тактике. Флот не отставал. Война с Персией шла по плану. Англичане и турки ничего не подозревали.

Промышленность начала расти. За год производство продукции возросло на 40%, а в следующем году ожидался рост на 70%. На заводах запыхтели первые паровые машины. Бешенными темпами строились местные дороги между заводами трестов. На стройки в больших количествах нанимали бывших дворовых, а зимой — крестьян. По Онеге плавал первый пароход. Доменные печи выдали первые плавки на коксе. Правда, Путилова Сталину приходилось поправлять. Николай Иванович никак не мог привыкнуть к жесткому большевистскому стилю руководства. Один раз не выполнил подчиненный поручение или соврал в докладе — получи выговор. Второй раз — снижении в должности на одну — две ступени. Третий раз — разжалование в рядовые. А Николай Иванович все еще проявлял мягкотелость. Но, старался изжить этот недостаток.

Иосиф Виссарионович управлял кабинетом министров железной рукой. Двое министров уже слетели в начальники департаментов, еще двое — в начальники отделений. А министр коммерции Меньшиков даже оказался в бывшем своем министерстве коллежским секретарем десятого ранга. Вверх выдвигались толковые и трудолюбивые, те, которые вовремя почуяли «куда ветер дует».

Зашевелилась наука. Игорь Васильевич Курчатов гонял маститых академиков «в хвост и в гриву». Выдвигал молодых и «борзых». Четверо убеленных сединами старцев уже отправились в почетную отставку на пенсию. Из-за рубежа прилетели первые ласточки. Приехал молодой венгерский изобретатель Аньош Едлик. Его определили в электротехническую лабораторию. Теперь первому электродвигателю и первой динамо-машине не суждено было появиться в Европе. Они уже появились в лаборатории Ленца. В лабораторию к Шиллингу прибыл Сэмюэль Морзе. Опытные образцы телеграфа уже перестукивались своими точками и тире. Химики изобрели тротил, загорелись первые керосиновые лампы и первые сварочные бензиновые горелки. Петров испытывал первую промышленную электрохимическую батарею для телеграфа. Якоби продемонстрировал первый электродуговой прожектор. Адмиралы на испытаниях прожектора от восторга только что не подпрыгивали. Ночью режущий тьму острым кинжальным лезвием узкий луч ослепительно мертвенного белого света бил до самого горизонта.

А Владимир Ильич Ленин, успевая приглядывать за действиями соратников, занимался самым главным — идеологией государства. Сформулировал он ее, в отличие от лозунга обанкротившихся в итоге Романовых «Православие, самодержавие, народность», так: «Справедливость, православие, народность, самодержавие».

На самое важное первое место он поставил «Справедливость». Это был ход вполне в духе исторического лозунга большевиков, который обеспечил им победу в революции и гражданской войне: «Землю крестьянам, заводы рабочим, мир народам». Мечта о справедливом общественном устройстве отвечала самым глубинным чаяниям простого русского мужика, веками угнетаемого и эксплуатируемого помещиками. А крестьяне составляли в текущем времени 86% населения империи.

Православие переместилось на второе место. Это было вполне естественно, так как собственно православные составляли среди 54 миллионного населения России лишь 68%, 16% были католиками и протестантами, еще 8% — мусульманами, 4% — иудеями, а остальные — буддистами, а то и вовсе шаманистами. Сплотить треть не православного населения империи вокруг православной веры было бы затруднительно. Предстояло объединить общей идеологией представителей всех конфессий, а для этого предстояло преодолеть догматизм православной церкви, воинствующую нетерпимость церковных иерархов к другим религиям, а также к общественному «вольнодумству и смутьянству».

Под народностью Романовы понимали необходимость придерживаться собственных старинных традиций, отвергать иностранные веяния, такие, как свобода мысли, свобода личности, индивидуализм рационализм. А Ленин замыслил трактовать народность как устройство общества в интересах большинства народа и отсутствие острых противоречий между различными социальными слоями общества.

Самодержавие Владимир Ильич поместил на последнее место, так как отлично понимал, что в российских реалиях начала 19 века обойтись без него абсолютно невозможно. Ни до чего другого российское общество просто не дозрело. Новые общественные отношения предстояло растить в рамках монархии, постепенно смещая ее в сторону конституционного порядка.

Ильич взял разработанную им ранее «Идеологию» Ордена рыцарей Справедливости и тщательно вымарал из них все упоминания об Ордене. Затем взял «Заповеди Ордена» и тоже вычеркнул из них все упоминания об Ордене.

Перед Новым годом Император пригласил к себе Патриарха Гермогена на частную беседу. До сих пор они беседовали приватно только в октябре, перед выборами Патриарха, когда Император интересовался политическими убеждениями архиепископа Молдавского. Да после выборов и торжественного богослужения в кафедральном Казанском соборе. Но, вторая беседа была не приватной, а официальной.

Николай принял Патриарха в малой столовой палате Зимнего дворца за накрытым выпечкой столом с пыхтящим самоваром. Встретил Патриарха в дверях. Первым делом попросил благословения и получил его. Для этого Николаю пришлось склониться. Он был человеком высоким и плечистым, а Гермоген — худеньким и малорослым. Затем уселись за стол. Николай самолично налил Гермогену чашку чая. Предложил общаться без чинов. Гермоген с удовольствием согласился.

— Как Вам служится, батюшка? — вежливо поинтересовался Император.

— Не без проблем, сын мой. Полномочия у Синода постепенно перенимаю. Не хотят чиновники распоряжение денежными ресурсами патриаршеству отдавать.

— Что же Вы раньше об этом молчали, отче? Я бы их давно приструнил. Мы же с Вами договорились, что Синод теперь сохраняет только связующую и координирующую роль между конфессиями. А все Церкви становятся финансово независимыми. Так и будем действовать. Что еще Вам мешает?

— Бурчат мои иерархи. Ропщут. Реформа землю и крестьян у монастырей отобрала.

— А Вы недовольных на пенсию отправляйте. В эти самые монастыри монахами. Тех, кто настолько глуп, что не понимает пользы крестьянской реформы для России. Какие из них пастыри для народа?

А если уж очень сильно ропщут и меня за реформы поносят, так на то у меня Гостап есть. Живо вместо монастыря на которгу поедут. У нас в Империи, слава Богу, неподсудных нет.

Пусть монахи работают, а не только лбами в пол стучат. Некоторые монастыри, я знаю, у себя мануфактуры заводят и вполне благоденствуют. Тем более, что церковь налогов в казну не платит. Грех им возмущаться.

— Золотые слова, Ваше императорское Величество.

— Ну что вы опять, отче! Давайте по простому. У нас беседа частная. Но, я вполне серьезен. Если кто Вам мешает, обращайтесь в мою Канцелярию. Там у меня люди ответственные. Они помогут.

Помните, отче, о чем мы с Вами перед Вашим избранием говорили?

— Конечно, помню. Очень был рад все это от Вас услышать. Прямо бальзам на душу. И вижу, слова Ваши с делом не расходятся. Все в империи зашевелилось. Народ простой возрадовался.

— Вот и я о том же. Все стороны жизни в империи я реформирую. А может, и в Церкви нужно реформами заняться? Что скажете на это?

— Думаю, реформы Церкви не помешают.

— Какие, к примеру?

— Вы правильно возрастной ценз в армии ввели, по старости священнослужителей тоже нужно на пенсию отправлять. А то совсем древний батюшка что-то еле слышно поёт, а прихожане ничего не слышат и не понимают. Это позволит молодых священников продвигать.

— Что же Вам мешает? Проведите такое решение на Соборе, введите возрастной ценз. Я вот в армии и на флоте ценз ввел, молодые офицеры довольны. По секрету Вам скажу, скоро я и для чиновников возрастной ценз введу.

— Нужное дело! Как только для чиновничества ценз Вы введете, так и я в Церкви его постараюсь ввести. Еще я вот думаю, может, перевести богослужение на современный русский язык? Другие церкви, в том числе и православные, на современном языке с прихожанами общаются.

— А вот это блестящая мысль. И весьма полезная. Собирайте Собор. Заранее прощупайте настроения иерархов. А не согласных переубедить мы Вам поможем.

Еще мой Вам совет. Издайте документ по ведению бухгалтерской отчетности в монастырях, приходах и епархиях. И утвердите нормы расходования средств на жалование священнослужителей и хозяйственные расходы. И обяжите священников эту отчетность вести.

А тех, кто будет руку в церковную казну неумеренно запускать, увольняйте. Я государственные органы от казнокрадов сейчас чищу. А Вам будет полезно церковные органы от них почистить. Помнится, были в церкви такие — «нестяжатели» при Иване-3.

— Благодарю за совет! Только мне бы проконсультироваться по этому делу. Я в бухгалтерии мало что понимаю.

— Обратитесь в минфин. Вам сведущих сотрудников выделят.

А теперь о самом главном. Для чего я Вас пригласил. Мои реформы, чтобы быть принятыми все народом с душой, нуждаются в идеологическом обосновании. И только Церковь может помочь мне довести эту идеологию до души народа. Идеология моя называется: «Справедливость, православие, народность, самодержавие».

Вот почитайте, что я надумал. — Николай передал Гермогену четыре листа бумаги, плотно заполненных каллиграфически выполненным текстом. В ЕИВ Канцелярии писарей держали отменных. Патриарх углубился в чтение. Император ему не мешал.

Закончив чтение, Гермоген долго молчал. Николай его не торопил.

Наконец, Патриарх встал со стула, отодвинул его, отшагнул на свободное место и бухнулся на колени, громко стукнув ими по полу. Благо, на полу лежал толстый персидский ковер. Гермоген перекрестился, потом трижды стукнул в пол лбом. Николай тоже вскочил из-за стола и бросился его поднимать. Генрмоген упирался. В итоге Николай приподнял его, совсем легкого, и усадил снова на стул. Гермоген порывался схватить руку Императора и облобызать.

— Ну что Вы батюшка, право! — Заявил не ожидавший такого эффекта Николай.

Гермоген снова часто закрестился, и обливаясь слезами, горячо зашептал:

— Вы, государь, и впрямь, Помазанник Божий! Я прямо как в самые первые христианские времена попал! Это же все написано прямо по заповедям Христовым! Сам Дух Святой Вашей рукой водил! — Гермоген снова вгляделся в бумагу и прочитал:

— «Труд есть высшее служение каждого Богу и Государству Российскому! Труд каждого будет учтен и оценен. Каждому будет воздано в империи по трудам его.» Это же прямо из Нового Завета!

— Все так. Намерен я строить наше Государство по законам Божественной Справедливости. И Церковь в Вашем лице должна мне помочь. — Владимир Ильич был опытным манипулятором, и знал, как пронять пастыря до спинного мозга.

— Теперь почитайте вот это. Николай передал Гермогену еще один лист. Гермоген вытер платком слезы с глаз и прочитал:

'Подданный Российской империи обязан:

Чтить принципы Божественной Справедливости.

Православным чтить веру Православную и пастырей её. Иноверцам чтить веру свою и пастырей своих.

Любить Российскую народную Монархию, соблюдать ее законы. Уважать Помазанного Богом Императора и другие власти Монархии и подчиняться им.

Уважать всех людей в Монархии: человек человеку друг, товарищ и брат. Все люди в Монархии равны по рождению.

Добросовестно трудиться на благо Монархии и общества: кто не работает, тот не ест. Монархия вознаграждает каждого по трудам его.

Заботиться о сохранении и приумножении государственного и общественного достояния Монархии.

Быть честным и правдивым, простым и скромным в общественной и личной жизни.

Любить своих домочадцев, уважать их, заботиться о своей семье и воспитании детей.

Дружелюбно относиться к людям других племен, национальностей и вероисповеданий, быть нетерпимым к национальной, религиозной и расовой розни.

Непримиримо относиться к несправедливости, подлости, жадности, нечестности, карьеризму, казнокрадству и безделью.

Изобличать нарушителей общественных интересов и законов Монархии перед специальными государственными органами.

Быть нетерпимым к врагам Монархии. Защищать народную Монархию от внешних врагов, не жалея даже жизни своей. Каждый за всех, все за одного.'

Затем Патриарх подумал и заключил:

— Готов подписаться под каждым словом. Это всё угодные Богу заповеди Церкви Христовой. И как точно сформулировано! Почти как у пророка Моисея. Вот только, как быть с дворянами? Они то, по рождению простолюдинам не равны.

— Пока что, это так. Но, идеологию я рассматриваю как цель, к которой следует стремиться. Заповеди Моисея тоже до сих пор не все соблюдают. Думаю, в дальнейшем дворянство станет просто почетным званием, и будет присваиваться за особые заслуги перед обществом.

Я хочу, отче, чтобы Церковь эту «Идеологию» и эти «Заповеди» проповедовала прихожанам в каждой службе, чтобы дошли они до души и ума каждого подданного Империи. А для этого следует богослужение вести на современном русском языке.

Может быть, следует несколько сократить длительность богослужений. Все же отстоять на ногах 4 −5 часов весьма утомительно. К концу такой длинной службы мозг тупеет, и перестает воспринимать слова священнослужителей. Может быть, разрешить прихожанам сидеть в храмах на лавках, как у католиков принято. Подумайте над этим, отче. Я в Ваших реформах всеми силами Вам помогу.

И над разъяснением Идеологии и Заповедей простым людям подумайте. Как им в проповедях подоходчивей все разъяснить.

— Несомненно, сын мой! — Гермоген уже несколько успокоился и вернулся к обычному стилю общения с паствой. — Я лично составлю по Вашей «Идеологии» цикл проповедей. Всего будет 30 проповедей, и каждый день на службе будет читаться одна из них. А по Заповедям будут читаться 12 проповедей, по одной в каждый двунадесятый праздник. — Воодушевившись, Гермоген начал развивать идею.

— Вот и отлично, батюшка! — Заключил Николай. — Вместе с Вами мы в России построим царство Справедливости. И никто нам не помешает!

И еще одно, батюшка. Напоследок я Вас попрошу встретиться с верховными Иерархами российских католиков, протестантов, мусульман, иудеев и буддистов. И доведите до их сведения Идеологию и Заповеди. Мне нужно, чтобы их проповедовали во всех конфессиях. Думается мне, что Бог, на самом деле, для всех народов един. Только трактуют его разные народы по-разному. Но, жить все народы в России должны по Божественной Справедливости.

А если кто-то, все же, будет Вам мешать, обращайтесь прямо к брату моему Константину. Он поможет. Да и ко мне заходите, когда будет Вам нужно.

Затем Николай проводил воодушевленного Патриарха до дверей столовой.

26. Амур.

Обеспокоенное сообщениями из миссии Долорес о появлении в заливе Сан-Франциско сильной русской эскадры, правительство Мексики поручило губернатору Калифорнии Пабло де Соло добиться выдворения русских с земель, которые Мексика считала своими, на том основании, что ранее их считала своими Испания.

Прибывший 8 июня 1827 года в миссию Долорес губернатор обнаружил рядом с миссией на мысу сильную крепость с большим количеством крупнокалиберных пушек. На противоположном берегу пролива возвышалась такая же крепость. За неполных три месяца русские обосновались в Калифорнии прочно. И вышибить их военной силой было невозможно. В ожидании возможной новой агрессии все силы мексиканской армии находились на восточном побережье. А тихоокеанский военный флот значительно уступал в силе русской эскадре, о которой доложил глава миссии отец Игнасио.

Игнасио сообщил де Соло, что численность русских превышает 10 тысяч человек. Что они строят в устье реки Сакраменто самый настоящий город, который окружен мощной стеной с огромным количеством пушек. Что в заливе базируется эскадра из двух десятков военных кораблей, в которую входят даже фрегаты и линкоры. Игнасио еще не знал, что русские разбирают свои линкоры.

Де Соло был потрясен. Полученная им директива правительства потребовать ухода русских, была явно невыполнима. Тем не менее, он заявил, что, поскольку Калифорния принадлежали ранее Испании, а Мексика выбила испанские войска со своей территории и стала независимым государством, то, эти земли теперь стали собственностью Мексики.

В ответ Елпидифоров заявил, что земли эти принадлежат по факту индейским племенам, вожди которых знать не знают ни про Испанию, ни про Мексику. И предъявил договора, заключенные им с вождями племен. И заявил, что готов организовать встречу де Соло с вождями, подписавшими договора. А, кроме того, Россия пока еще не признала независимость Мексики, и вполне может заключить договор на эти земли с Испанией. Тогда, в случае войны Испании с Мексикой русские войска и флот в Калифорнии выступять на стороне Испании. К тому же, с востока в сторону Калифорнии движутся толпы переселенцев из США, которые уже наводнили, пока еще, мексиканский, Техас. Отстоять от них Калифорнию Мексика вряд ли сможет. А России это под силу.

Крыть эти аргументы де Соло было совершенно нечем. Он взял перерыв для консультаций с правительством.

В полученной им через месяц директиве, ему было рекомендовано найти компромиссное решение.

Поэтому, когда представитель российского императора Елпидифоров объявил, что готов заключить с Мексикой договор аренды этой территории, он ухватился за эту идею, как возможность сохранения лица его страной. В итоге, был подписан проект договора, по которому вся территория между хребтом Сьера-Невада и Тихим океаном размером примерно 900 на 300 километров была сдана Мексикой в аренду России на 99 лет за чисто символическую плату в 270 тысяч серебряных рублей в год. Или по рублю за квадратный километр.

К тому же, обе страны разрешали своим купцам беспошлинную торговлю на своих территориях. Это было весьма важно для устойчивого снабжения Русской Америки продовольствием. За это, Елпидифоров пообещал скорое признание независимости Мексики Российской империей. И пообещал прозондировать возможность заключения Россией с Мексикой союзного договора. Для Мексики это было крайне важным, ввиду ожидавшихся военных конфликтов с Испанией и США.

Не менее существенным это было и для России. Россия станет второй великой державой, признавшей Мексику. В свете грядущих событий мировой истории, будет крайне важно создать сильный противовес усилению влияния США в обеих Америках. Таким образом, безопасность важнейшего района добычи золота на ближайшие десятилетия была решена.

В марте 28 года фрегаты Проворный и Михаил прибыли в Севастополь, доставив офицеров и боцманов с разобранных в Америке кораблей. По приказу Императора командующий Балтийским флотом адмирал Литке сформировал из самых новых парусных кораблей флота третью дальневосточную эскадру в составе двух линкоров, трех фрегатов, четырех корветов и трех шлюпов. 25 марта эскадра под командованием адмирала Смольянинова вышла в поход, имея на борту груз строительных материалов, оружия, боеприпасов и 2700 человек пассажиров и десанта. Вся это сила должна будет пополнить Тихоокеанский флот России и укрепить города.

Теперь во весь рост встала проблема отношений с Китайской империей. Еще в середине 17-века русские землепроходцы — казаки основали на берегах Амура первые крепости — остроги и обложили данью населявшие его берега племена. Однако, маньчжурская династия Цин, правившая в это время в Китае, считала эти земли своими, а племена — своими данниками.

В это время империя Цин находилась на пике могущества. В 1686 году маньчжурские войска, используя многократное численное превосходство над малочисленными казацкими гарнизонами, выбили казаков из приамурских острогов. В 1689 году между Россией и Цин был заключен Нерчинский договор, по которому все земли по течению Амура от устья Шилки до океана и к югу от Станового хребта признавались владениями Цин.

Однако, для безопасной транспортировки добытого в Калифорнии золота, требовалось открыть для русского судоходства Амур. Поскольку, длинный океанский путь вокруг Азии и Африки, как и путь вокруг обеих Америк был крайне опасен по причине господства Англии в океанах. В свое время английские каперы изрядно пограбили испанские золотые караваны на пути из Нового света в Испанию.

К 1827 году внутреннее положение Цин сильно ухудшилось. Широкомасштабная торговля опиумом, которую вели в Китае англичане и французы, используя для этого подкуп военных и гражданских чиновников, развратили и коррумпировали китайский государственный аппарат. Фактически, производимые в Китае товары уходили в Европу в обмен на опиум. Простой народ, одурманенный наркотиком, переставал работать. В стране стало голодно. Ухудшение положения крестьянства вызвало многочисленные восстания, с которыми с большим трудом справлялась маньчжурская армия.

При императоре Цзяцине в 1796 — 1805 годов в течение восьми лет в стране бушевала крестьянская война, поднятая буддийской сектой «Белого лотоса», с 1801 по 1805 год бушевало восстание народа мяо, с 1800 до 1810 год в прибрежных к Китаю морях бесчинствовали китайские пираты, в 1813 −1814 годах снова восставали приверженцы «Белого лотоса».

За время правления Цзяцина денежная система империи Цин облегчилась на 300 миллионов лянов (12000 тонн) серебра. Деньги ушли на опиум и на войны с восставшими крестьянами.

При сменившем Цзяцина императоре Даогуане восстания продолжились. В 1820 году начался мятеж в Коканде, а в 1823 году восстала провинция Шаньдун, в 1826 — 1827 году восстали уйгуры. В итоге, при Даогуане денежное обращение в империи совершенно расстроилось, солдатам и чиновникам годами не платили жалование. Даже гвардия императоров — «восьмизнаменные войска», набранные исключительно из маньчжуров, утратили надежность.

Николаю — Ленину состояние империи Цин было прекрасно известно из загруженных ему курсов истории. В Опиумных войнах, первая из которых началась через 12 лет, в 1839 году, китайские армия и флот показали крайне низкую боеспособность. Четырехтысячное английское войско «в хвост и в гриву» било китайскую 220-тысячную отборную восьмизнаменную армию. Китайская армия так и осталась армией 17 века, с очень малым количеством очень плохого огнестрельного оружия. К тому же, напрочь лишенной дисциплины.

Промывку золота на реке Сакраменто поставили на промышленную основу. Лотки старателей ушли в прошлое. Инженер Агте внедрил на приисках промывочные цилиндры собственной конструкции, названные рабочими «агтеевскими бочками». Бочки ускорили производительность процесса в десятки раз.

Первую промышленную партию намытого золота в 22 тонны отправили из Ново-Московска 12 июля. Золото было расфасовано в прочные двухслойные кожаные мешки весом по 40 килограммов. Мешки упаковали в деревянные ящики, добавив в них для объема лесных орехов, так, чтобы удельный вес их содержимого примерно соответствовал удельному весу серебра. На ящиках так и написали: «Серебро — 2,5 пуда».

В районах золотодобычи были приняты беспрецедентные меры секретности, разработанные майором Дотай и магистром Ордена Серафимовичем. Всех жителей миссии Долорес вывезли в Сан-Диего на шхунах, ходивших в Никарагуа за продовольствием. Местных индейцев к приискам не подпускали. Гарнизоны крепостей, расположенных на Сакраменто, в Ново-Московск тоже не выпускались. Все необходимое в эти крепости завозилось на речных барках. На них же вывозили ящики с «серебром». Экипажи барок дали жесточайшую подписку о неразглашении.

Гарнизон Ново-Московска с гарнизонами крепостей Уриил и Рафаил тоже не пересекались. Между этими крепостями по заливу ходил шлюп Ловкий, экипаж которого тоже был под подпиской. Остальной флот Русской Америки базировался на порт Уриил и в Ново-Московск не ходил. Груз со шлюпа перегрузили в заливе на корвет Херсон, который в сопровождении корвета Диомид сразу пошел в Николаевск-на-Амуре. Груз сопровождали офицеры Дотай и Госконт.

В Николаевск корветы пришли 5 сентября. А 6 сентября пароход Святой Николай, который прибыл из Сретенска в Николаев еще 17 августа, принял груз с корвета Херсон. Пароход порожним водоизмещением 140 тонн, загруженный сухими дровами и провизией до нормы, в тот же день пошел вверх по Амуру. Кроме золота, специальный фельдъегерь вез запечатанный проект договора с Мексикой. На борту находилось 28 человек команды, 32 стрелка и три офицера. Маленький кораблик был вооружен 12 шестифунтовыми пушками: по четыре не борт, еще две кормовых и две погонных. Стрелки и матросы имели ружья, гранаты и холодное оружие. Под машиной пароход давал 11 узлов, или 20 километров в час. А против течения Амура относительно берегов мог идти со скоростью 15 километров в час. Никакая китайская посудина на реке догнать пароход не могла. А инциденты с китайцами уже были.

На пути из Сретенска в Николаев напротив устья реки Сунгари китайцы на четырех джонках пытались остановить корабль для досмотра, но отстали после холостых выстрелов из пушек.

3 июля вождь местного племени нивхов приехал в крепость и заявил, что в племя пришли китайцы и требуют дань. Начальник крепости капитан Мальгин направил в стойбище племени отряд, который выгнал китайцев. Обошлось без кровопролития, китайцам просто надавали тумаков. На шлюп Быстрый на пути в Сретенск китайцы напали ночью, когда он отстаивался на якоре на середине реки. Моряки отбили нападение ружейным и пушечным огнем. Утопили 5 джонок. Произошло это в пятистах километрах от Николаевска.

Командир парохода лейтенант Дягилев узнал о нападении от командира Быстрого, когда они повстречались в среднем течении Амура. Поэтому, он решил идти по ночам не останавливаясь, малым ходом, держась стержня реки. Лоция реки, составленная штурманами Быстрого, на пароходе имелась. И само, собой, по ночам удваивать состав вахты.

Однако, нападение состоялось утром напротив устья реки Уссури. Китайцы, заметив поднимающийся по реке пароход, за ночь успели передать весть выше по течению, обогнав пароход, движущийся малым ходом по длинной излучине реки. Утром из устья Уссури вышли 12 джонок, перегородивших реку. Чтобы не рисковать грузом, Дягилев в переговоры вступать не стал, а сразу дал залп из двух баковых орудий. Джонки кинулись врассыпную. Поравнявшись с ними, шлюп дал полный залп с двух бортов. Ибо, следовало отбить охоту китайцам покушаться на флаг Российского военного флота. Утопили 4 джонки.

Далее, прошли до Сретенска без приключений за 28 суток. В Сретенске их уже ждали курьеры Дотай с отрядами охраны. Шоссе Москва — Сретенск в 5 тысяч верст уже было построено. С небывалой прежде в России скоростью. Через каждые 20 — 30 верст на шоссе уже стояли крупные ямские станции, на каждой не менее сотни подменных лошадей. Так что, станции могли обслужить караван из 50 человек охраны и 50 вьючных лошадей. На каждую вьючную лошадь грузили по два ящика. Так что, один караван мог принять 100 ящиков, или 4 тонны груза. Караваны из Сретенска отправляли через два дня на третий, чтобы ямские лошади могли хорошо отдохнуть. Всего отправили 6 караванов. За сутки караван проходил 100 — 120 верст.

В Петербург первый караван прибыл в отныне знаменательный день 27 ноября 1827 года. В Петропавловской крепости, на Монетном дворе караван встречали сам Император, оба его брата, великие князья Константин и Михаил, председатель кабинета министров Левашов, министры Мейер и Кисилев, министр финансов Канкрин. Когда все ящики занесли в помещение приемного отделения монетного двора, Император самолично, стамеской и молотком вскрыл один из ящиков, затем Левашов взрезал острым ножом кожаный мешок и передал Николаю маленький, но весьма увесистый слиток желтого металла весом 4 килограмма. Затем раздал каждому из присутствующих, включая начальника двора, по одному слитку. Наигравшись со слитками, собравшиеся положили их на место, затем все двинулись в кабинет начальника Монетного двора, где был накрыт стол.

Поднимая первую рюмку, Николай сказал:

— Отныне, господа, проблем с бюджетным балансом у нас не будет. Сведения о богатейших россыпях золота в американской Калифорнии полностью подтвердились. Этот караван первый, но за ним идут еще пять. Всего мы получим с этими караванами золота на 23 миллиона серебряных рублей, или на 2 200 000 золотых червонцев. А следующим летом, я твердо надеюсь, золото из Калифорнии пойдет потоком. За наше российское золото!

На следующий день Николай направил Президенту Мексики Алонсо Калхоне и королю Испании Фердинанду свой Акт о признании Россией независимости Мексиканской республики. А Монетный двор начал печатать золотые червонцы весом 10 граммов и номиналом в 11 серебряных рублей. В Мехико были направлены два подписанных Николаем экземпляра договора аренды земель в Калифорнии. Договор аренды являлся приложением к Акту признания независимости. Чтобы у президента Калхоне не возникло сомнений.

В конце октября китайцы попытались атаковать Николаевск. По Амуру из Сунгари спустилась большая флотилия джонок и высадила выше города трехтысячный десант. Китайское войско подошло к городу и начало осаду. Вернувшийся к тому времени из Сретенска паровой шлюп Святой Николай отошел от пристани и расстрелял из пушек все джонки. Заодно разгромив китайский лагерь и все вытащенные на берег припасы.

Командующий отрядом генерал Ляо Дан вызвал начальник крепости лейтенанта Мальгина на переговоры и предложил добровольно оставить крепость с сохранением знамени и оружия. На это Мальгин предложил генералу переправить войско на подручных средствах на правый берег Амура и пообещал не препятствовать переправе. Высокие договаривающиеся стороны не договорились. Осады Мальгин не боялся. Припасы в крепости были накоплены солидные. А вот китайцы остались без припасов.

Ляо Дан попытался пойти на приступ. Атакующие китайцы были расстреляны картечью, понесли большие потери и бесславно откатились. Генерал попытался разослать фуражиров по окрестным селениям нивхов, но нивхи, при поддержке российских отрядов, оставленных Мальгиным вне стен крепости для наблюдения за китайцами, перебили фуражиров. Затем нивхи откочевали подальше в тайгу.

Китайское войско стало страдать от голода и холода. Дождавшись ледостава, в конце ноября Ляо Дан увел свой поредевший отряд по льду через Амур восвояси.

В Златоусте к осени изготовили первые 12 паровых машин. По мере готовности машины отправлялись по Сибирскому шоссе в Сретенск. К весне 1828 года в Сретенске уже стояли на стапелях 8 шлюпов, аналогичных по конструкции Святому Николаю, и два двухмоторных 20-пушечных брига, порожним водоизмещением по 360 тонн.

Как только на Шилке сошел лед, вся русская флотилия под командованием капитана первого ранга Панафидина двинулась вниз по реке. Семь шлюпов тащили на буксире по 500-тонной груженой барже, а бриги — по 1000-тоннной. Баржи везли пушки, оружие, строительные материалы и инструменты. Один из шлюпов шел без баржи в передовом дозоре флотилии. На баржах шел десант в количестве 4000 человек.

Первую большую баржу оставили на мысу при слиянии рек Шилки и Аргуни, откуда и считалось географами начало Амура. Шесть сотен десантников начали строить 40-пушечную крепость, названную Шилка. Спускаясь по Амуру, оставляли баржи и начинали строить крепости при впадении в Амур рек Хумархэ, Зея, Бурея, Сунгари, Бира, Уссури, Горин. Самую крупную 50-пушечная крепость с тысячным гарнизоном, названную Хабаровском, начали строить при впадении в Амур Уссури. При впадении Сунгари начали ставить 40-пушечную крепость Дежнево. Остальные крепости получили по 30 пушек и гарнизоны по 400 человек.

У каждой из крепостей оставили на дежурстве один из паровых шлюпов для связи, снабжения и поддержки в обороне. Последнюю малую баржу довели до Николаевска, усилив его гарнизон. Нападать на столь мощную флотилию, китайцы не рискнули, хотя их джонки на реке видели много раз.

В июне в Николаевск пришли два корвета и два фрегата из Ново-Московска. Они доставили продовольствие и 400 тонн «серебра» в ящиках. Ящики перегрузили на оба речных брига. Затем речная флотилия из двух паровых корветов и одного шлюпа пошла вверх по Амуру. От Сретенска ящики начали переправлять караванами по шоссе в Петербург. Теперь их везли в пароконных повозках по 10 ящиков в каждой. В каждом караване следовали 25 повозок и 50 верховых охранников. Всего до зимы отправили сорок караванов. Разгрузившись, бриги пошли в Николаевск за новой партией груза. До ледостава они доставили в Сретенск еще один груз золота в 300 тонн.

27. Армия и флот.

Известная «подселенцам» дата войны с Турцией постепенно приближалась. А у России, как обычно имелось только два союзника: российская армия и российский флот. Впрочем, в истории Ствола эту фразу еще только предстояло произнести внуку Николая Александру-3.

А в истории формируемой подселенцами Ветви реальности её присвоил себе Николай.

5 апреля 1827 года министр обороны ВК Михаил Николаевич собрал совещание высшего военного руководства. Присутствовали заместитель министра обороны по флоту адмирал Сенявин, заместитель по армии генерал Сухозанет, начальник генерального штаба армии генерал Витгенштейн, командующие Кавказским, Одесским, Таврическим, Харьковским и Киевским военными округами Паскевич, Воронцов, Дибич, Ридигер, Муравьев. Совещание почтили своим присутствием Император с братом Константином, Председатель правительства Левашов и министр промышленности Мейер.

Открывая совещание, Николай сказал:

— Господа! Как вам известно, наши отношения с Турецким султаном обостряются. Мы в союзе с Англией и Францией поддерживаем борьбу православных греков против Турции за независимость Греции. Наша эскадра в Средиземном море сражается с турецким флотом. В православных Сербиии, Болгарии и Македонии, находящихся под гнетом турок, партизаны тоже бьются с турками.

Однако, отношения с Англией и Францией далеки от братских. У нас с ними возникли серьезные противоречия по поводу статуса Греции после обретения ей независимости.

С Австрийской империей отношения, как всегда, напряженные. Мы соперничаем с ней в Валахии и Молдавии. Все эти державы ни в коем случае не желают, чтобы мы захватили Константинополь и проливы.

Испания тоже будет против нас. Там вскоре узнают, что мы высадились в Калифорнии, которую они все еще считают своей. К тому же, я признал независимость Мексики.

На Дальнем Востоке скоро начнется война с империей Цин, у которой мы собираемся отобрать реку Амур. Возможно столкновение и с японцами. Мы строим базу флота на архипелаге Бонин, который они считают своим.

К тому же, Англии с Францией и Голландией весьма не понравится значительное усиление наших сил в Тихом океане. До сих пор нас там, фактически, не было.

Продолжается война с Персией. Как вы знаете, там мы перешли в наступление. Надеюсь, к концу текущего года эту войну мы выиграем.

Словом, на всех направлениях у нас назревают серьезные конфликты. Со всех сторон нас окружают враги.

Лишь Пруссию можно считать нашим союзником. Да и то, временным и условным.

Одним словом, только русскую армию и русский флот можно твердо считать союзниками Российской империи. Из этого и будем исходить.

Самым серьезным противником на ближайшую перспективу я считаю Турцию. Думаю, не позже, чем весной следующего года нам придется воевать с ней.

Мы с турками воевали много раз. В последних войнах мы их побеждали. Но, всякий раз результаты оказывались половинчатыми. Главных целей мы не достигали. В основном, из-за вмешательства европейских держав на стороне Турции.

Я ставлю перед вами, господа военные следующую минимальную задачу: наголову разгромить все военные силы Турции в одной скоротечной компании, длительностью не более месяца. Выбить турок с Европейского континента, захватить Константинополь и проливы. Азиатские берега проливов тоже захватить не менее чем на сотню верст от проливов, вплоть до Анатолийского нагорья. Захватить греческие острова в Эгейском море.

Это минимальная задача! Подчеркиваю, минимальная! А максимальная и желательная — полностью разгромит Турцию и оккупировать все турецкие земли, за исключением Египта.

Сделать всё это нужно за месяц, прежде чем европейские державы очухаются, и смогут что-либо против нас предпринять. Это должна быть в полном смысле молниеносная война!

При этом, следует иметь ввиду, что Европейские державы могут рискнуть и вмешаются в конфликт не только дипломатически, но военными силами. Нужно рассчитывать и на такой вариант. В этом случае, мы должны нанести им быстрое и решительное поражение.

А детали вам изложит Михаил Николаевич.

— Нам с вами, господа, предстоит разработать совершенно новую стратегию и тактику. — Начал министр обороны. — Стратегию и тактику «молниеносной войны», как ее назвал Его императорское Величество.

На суше и на море она будет опираться на технические новинки, производство которых сейчас осваивает наше новое министерство промышленности.

Армия получит ручные и пушечные гранаты с новой начинкой — взрывчатым веществом, называемым тротилом. Сила взрыва этого вещества примерно вчетверо больше, чем сила взрыва пороха. То есть, граната 6-фунтовой полевой пушки с тротилом по силе взрыва равна пороховой гранате 24-фунтовой крепостной пушки.

Артиллерия получит новые снаряды цилиндрической формы с коническими носами, которые при выстреле из пушки будут закручиваться, как пули нарезных ружей. Дальность и точность их стрельбы в полтора раза больше, чем дальность полета гранат. К тому же, количество взрывчатого вещества в них втрое больше, чем в гранате того же калибра. То есть, по разрушительному действию такой снаряд с тротилом для полевой пушки равен двухпудовой гранате.

Армия получит ракетные снаряды, весом 5 килограммов, или 12 фунтов, которые будут лететь на 4 километра, то есть вдвое дальше, чем пушечные гранаты. И тоже с начинкой из тротила. Оболочка гранат и ракетных снарядов будет иметь частую насечку, поэтому при взрыве они будут давать большое количество осколков, поражающих живую силу. Будут и зажигательные гранаты и снаряды для бомбардировки крепостей.

Пехота получит нарезные ружья со специальными пулями, которые заряжаются так же быстро, как и круглые пули. Но, дальность и точность стрельбы из этих ружей будет вчетверо больше, чем у гладкоствольных ружей с круглым пулями. Однако, такими ружьями за год удастся вооружить лишь одну роту в батальоне, поскольку часть стволов после нарезки будет испорчена и разорвется при испытаниях.

Для гладкоствольных ружей у нас будут новые пули цилиндрической формы с боковыми нарезами. Такие пули будут лететь в полтора раза дальше, чем круглые. Остальные роты в батальонах получат такие пули вместо круглых.

Для оперативной передачи донесений и команд будут использованы две новых системы сигнализации: флажковым семафором и цветными ракетами.

Для наблюдения за противником, корректировки артиллерийского огня и передачи команд будут использоваться воздушные шары, которые будут придаваться пехотным полкам и артиллерийским ротам. На борту шаров поднимутся в воздух наблюдатели и сигнальщики. Сигнальщики будут передавать специально разработанным флажковым кодом сведения от наблюдателей в штаб, а также могут передавать команды от штаба к батальонам.

Кроме того, будут использованы цветные сигнальные ракеты, запускаемые из ружей. Ракеты будут пяти цветов: белого, красного, синего, зеленого и желтого. Пуском трех ракет разных цветов можно будет передавать до 60 разных команд и донесений.

Далее, роты получат передвижные полевые кухни. Они будут установлены на четырехколесные повозки и будут состоять из печки и двух котлов. Котел, для каши с емкостью, достаточной для приготовления пищи на роту. И котел для воды на 150 литров. Кашевары будут готовить еду прямо на ходу и непрерывно кипятить воду.

Такое новшество позволит увеличить продолжительность суточного марша, поскольку солдаты получат горячее питание сразу по прибытии на место бивуака. Мы должны довести длину суточного марша по сухой дороге для пехоты до 40 километров и для конницы до 50 километров.

Употребление некипяченой воды солдатами должно быть строжайше запрещено. Да и вообще, по соблюдению санитарных норм в войсках медицинская академии подготовит наставление, соблюдение которого позволит в несколько раз сократить потери от пищевых отравлений и заразных болезней.

Новое вооружение в войска начнет поступать этим летом. Войска нужно будет тренировать по его применению. В сентябре и октябре войска ваших округов должны провести учения дивизионного уровня с призывом резервистов.

На турецкую границу ваши войска должны выдвинуться до середины апреля следующего года и занять исходные позиции согласно плана, разработкой которого займется Генштаб.

Теперь о тактике боя. Имея полное превосходство в дальности и точности стрельбы, наши войска получат возможность наносить огневое поражение противнику, не вступая с ним в ближний бой. Про штыковые атаки в сомкнутых колоннах нужно забыть навсегда.

Поскольку турки всегда будут превосходить нас числом, они пойдут в атаку первыми. Именно в сомкнутых глубоких колоннах. На максимальной дистанции такие колонны будем расстреливать сначала ракетами, потом, по мере сближения, гранатами из пушек. Затем огнем из винтовок, а с близкого расстояния — из пушек картечью. На совсем коротком расстоянии — применяем по противнику, если у него хватит упорства сблизиться вплотную, ручные гранаты. Потом нам останется только собрать трофеи и взять пленных.

Если противник воздерживается от атаки и встает укрепленным лагерем, его расстреливаем ракетами и снарядами, а после уничтожения его артиллерии — гранатами.

С новым вооружением наш полк легко разобьет турецкую дивизию, наша дивизия — их корпус.

Теперь о вооружениях для флота. Флот тоже получит новые цилиндрические снаряды для морских пушек с начинкой из тротила. Такие снаряды будут лететь в полтора — два раза дальше, чем круглые ядра или гранаты. А самое главное, Черноморский и Балтийский флоты получат корветы и бриги с паровыми двигателями. Такие корабли мы уже испытываем на Онеге. Они дают скорость в 10 — 12 узлов и совершенно не зависят от ветра. Имея на борту дальнобойные пушки с цилиндрическими снарядами, они будут иметь полную возможность занять наиболее выгодную позицию относительно кораблей противника, и расстрелять их мощными снарядами с безопасной дистанции. Наш флот с такими кораблями быстро завоюет полное господство на морях.

Теперь о стратегии.

Об осадах крепостей мы забываем. Нашим козырем должна стать скорость марша. Скорость, скорость и еще раз скорость. Корпуса и дивизии должны стремительно продвигаться вперед, обходя крепости и опережая противника в занятии укрепленных рубежей, таких как Балканские горы. Быстрое продвижение не даст возможности туркам подтягивать резервы.

Крепости без всякой боязни оставляем в тылу. Для наблюдения за гарнизонами оставляем кавалерийские полки и дивизии. Из расчета: наша кавдивизия на турецкий корпус. Полк — на дивизию. В случае, если гарнизон крепости выходит в поле, дивизия начинает отходить, не давая ему сблизиться, и наносит ему огневое поражение ракетами и артиллерией. Нам и нужно выманить противника из крепостей, чтобы расстрелять его в чистом поле.

Иррегулярная конница пресекает всякую возможность связи между крепостями, перехватывая гонцов. Она же громит мелкие гарнизоны и подавляет любое партизанское движение.

Флот паровыми кораблями завоевывает полное господство в море и проводит десантные операции, используя свои многочисленные парусные корабли. Поскольку основные силы турок сосредоточены в крепостях по Дунаю, мы будем высаживать десанты в портах за Балканами, вблизи проливов.

Части морской пехоты высаживаются на берег в шлюпках, захватываю порты, в которых на причалы выгружаются с кораблей обычные армейские части.

Флот же обеспечивает снабжение сухопутных войск.

Мы должны нанести противнику поражение прежде, чем он осознает, что он уже проиграл. Мы должны быстро взять Константинополь и захватить султана со всем Диваном.

Сейчас я выдам вам по десятку экземпляров новых уставов и новых наставлений по оружию. В мае месяце в округа они будут доставлены в достаточном количестве. По одному комплекту на роту. Этими материалами вы и должны руководствоваться при обучении войск.

Летмо войска будут обеспечиваться новой полевой формой защитного цвета, что значительно снизит заметность войск на местности. До сентября все получат в необходимом количестве полевые кухни, нарезные винтовки и пули. А также в небольшом количестве, воздушные шары, сигнальные, ракеты и снаряды для тренировки расчетов. К марту войска будут обеспечены ими полностью.

Что бы все это реализовать на практике, мы должны выучить войска обращению с новым оружием, новой тактике и новой сигнализации. Вы, господа, как командующие округами, лично отвечаете за подготовку войск корпусов, которые будут развернуты в ваших округах. В конце сентября — начале ноября я лично проинспектирую подготовку войск.

Военачальников, которые не осознают новую реальность, и провалят подготовку вверенных им войск, мы будем беспощадно увольнять, не взирая ни на какие прежние заслуги. Если командир дивизии не обеспечит должным образом обучение дивизии, увольняйте его своей властью, ставьте на его место самого способного командира полка. На место слабого командира полка комдив должен сам поставить самого способного комбата. Но, все такие перемещения должны быть позднее утверждены вышестоящими инстанциями. По командирам дивизий — лично мною. По командирам полков — командующими округами.

А сейчас, господа прошу вас пройти в соседний зал, для осмотра новых вооружений и систем сигнализации. Завтра на полигоне вы увидите стрельбы новым оружием, воздушные шары и системы сигнализации в действии. Затем вам дается семь дней на изучение уставов и наставлений. Офицеры генерального штаба, которых мы к вам прикрепим, ответят на все возникающие вопросы. Затем проведем еще минимум одно совещание, на котором Генеральный штаб доложит предварительный план компании. И мы с вами его обсудим.

После осмотра вернемся и тогда я попрошу вас задавать вопросы.

Вопросов после осмотра нового снаряжения возникло много. Особенно к министру промышленности Мейеру. По поводу количества новых боеприпасов и сроков их поставки. Совещание затянулось до позднего вечера.

Под конец совещания слово взял ВК Константин и заявил следующее:

— Обращаю ваше внимание, господа, что все, что вы услышали и увидели в ходе сегодняшнего и последующих совещаний, является секретом особой государственной важности. За соблюдением режима секретности будут бдительно следить все секретные службы империи, которые я здесь представляю. Виновные в утечках информации будут наказываться по всей строгости закона о государственной тайне. А он вам известен: пожизненная каторга виновному в утечке и конфискация имущества у всех его родственников. Прошу довести это до всех ваших подчиненных, которые будут работать с этим материалами.

28. Канун войны.

В ноябре 1826 года Петербургский кораблестроительный трест изготовил первую усовершенствованную паровую машину по чертежам, переданным Мейером директору треста Шильдеру. Машина показала мощность 290 лошадиных сил, и после двухмесячных испытаний на надежность и некоторых доработок была установлена на специально под нее построенный 400-тонный бриг «Гефест». В мае бриг был переведен под парусами на Онежское озеро, где прошел полный цикл испытаний с обучением экипажа. Доселе невиданный корабль небывало стремительных обводов, с острым носом и плоской кормой, имевший относительное удлинение корпуса 1:6,2 показал максимальную скорость хода под машиной 12 узлов. При благоприятном свежем ветре с работающей машиной он разгонялся до 18 узлов.

Испытанный ранее на Онеге бриг со 120-сильной импортной машиной показал скорость хода 8 узлов. Но, его корпус имел стандартную для того времени форму с удлинением 1:5. Изготовленные в Сретенске шлюпы с такими машинами давали 10 узлов.

Трест Шильдера изготовил в декабре еще одну мощную машину, в январе — феврале — две машины, а с марта начал выдавать по две машины в месяц. Первые 3 машины установили на три брига, строящихся в тресте. Следующие 12 машин с открытием речной навигации поплыли на речных судах в Херсон и далее морем в Крым. К зиме в Севастополе и на других крымских верфях были построены 6 паровых 20 пушечных бригов. А к весне 28-го года вступили в строй три 800-тонных 28-пушечных паровых корвета, оснащенных двумя машинами каждый. Новые пароходы испытывались в Азовском море, подальше о посторонних глаз. На бриги установили 12-фунтовые пушки, а на корветы — 18-фунтовые.

С сентября по апрель 28-го года Петербургский трест построил 6 бригов и 3 корвета для Балтийского флота. Затем построенные машины направлялись поровну на Балтийский и Черноморский флоты, где устанавливались на корветы.

Трест начал постройку опытного парового фрегата с двумя парами машин, работающими на два винта. Фрегат водоизмещением 2000 тонн, должен будет нести 40 24-фунтовых пушек.

В конце октября, после завершения двух месячных учений, резервистов приписного состава распустили по домам. Министр обороны ВК Михаил со свитой и охраной два месяца безостановочно мотался по полкам и дивизиям пяти военных округов, инспектируя ход учений. Безжалостно карал нерадивых и снимал с должностей глупых.

Пехота и конница осваивала длительные дневные марши с новейшими полевыми кухнями и обозами. Отрабатывали быстрое развертывание и снятие полевого лагеря. Осваивали новые санитарные требования для войск. Командиры бдительно следили за оборудованием ротных отхожих мест. Особо следили за тем, что бы солдаты употребляли только кипяченую воду. В состав индивидуального снаряжения вошли, помимо котелков, литровые стеклянные фляги в матерчатых чехлах. Кипяченой водой солдаты снабжались из полевых кухонь.