К этому времени он уже понял, что спор клириков не являлся лишь «умственной гимнастикой специалистов» и что слезами и потерей покоя делу не поможешь.
Как и в случае с донатистами, император усмотрел в арианстве тенденции к сепаратизму и, дабы покончить с ними в 325 году созвал Вселенский Собор.
По приглашению императора в Никею прибыли триста восемнадцать отцов епископов, пресвитеров, диаконов и монахов — представителей всех Поместных Церквей.
Участниками Собора были такие великие отцы Церкви, как святитель Николай, архиепископ Мир Ликийских, святитель Спиридон, епископ Тримифунтский, и другие.
Александрийский епископ Александр прибыл со своим диаконом Афанасием, впоследствии знаменитым святителем Афанасием Великим, Патриархом Александрийским.
Многие из них, гонимые за веру, приезжали на Собор из ссылок и каторг с изувеченными руками, ногами, лицом и телом.
Помимо ярого противника Ария Александра Александрийского, в полемике участвовали Афанасий Великий, Леонтий Кесарии Каппадокийской, Евстафий Антиохийский и Иаков Низибийский.
С острова Кипра приехал Спиридон Тримифунтский — аскет, прозорливец и чудотворец.
С сожжёнными руками приехал Павел Неокесарийский, у Пафнутия Фиваидского и Потамона из Египта были выколоты глаза.
Архиепископ Николай, как глава Ликийской митрополии, непременно должен был участвовать в его работе.
Принято считать, что деятельным участником Первого Вселенского Собора был и Николай.
Однако и по сей день неизвестно, насколько это было точно.
По словам очевидцев, Константин, эмоционально приветствовал, обнимал и целовал мучеников в выколотые очи.
Приехали на собор и все лидеры арианства.
Открытие Собора было торжественным, и по этому случаю в Никее устроили парад.
Затем начались слушания, в которых под председательством самого императора приняли участие 318 епископов во главе с такими светилами Церкви, как Осия Кордубский, Евстафий Антиохийский и Макарий Иерусалимский.
Император выступал в роли верховного судьи, что также являлось уникальным для церковных соборов.
— Рабы общего нашего Владыки Спасителя! — сказал он на открытии Собора. — Бог помог мне низвергнуть нечестивую власть гонителей. Но несравненно прискорбнее для меня всякой войны, всякой кровопролитной битвы и несравненно пагубнее внутренняя междоусобная брань в Церкви Божией. Не медлите рассмотреть причины вашего расхождения в самом их начале и разрешить все спорные вопросы мирными постановлениями. Через это вы совершите угодное Богу и доставите величайшую радость мне, вашему сослужителю…
Произнесенная на латинском языке речь императора была переведена на греческий язык, и начались горячие прения, в которых император принимал активное участие.
На Соборе святые отцы изложили незыблемые основы православной веры и предали проклятию арианскую ересь.
В ходе спора Арий и его сторонники выступали довольно дерзко, что вызывало возмущение православных.
В опровержении богопротивного ариева учения наиболее отличились святой Афанасий Александрийский, бывший тогда еще диаконом и за ревностное противоборство еретикам страдавший от них целую жизнь свою, и святитель Николай.
Чудотворец прославился на Соборе особым рвением по искоренению ересей и утверждению православной веры.
«Святитель Николай, — говорил высокопреосвященный Иннокентий, — несмотря на все злоухищрения еретиков, остался тверд, как та вера, которую он исповедовал.
Прочие святители защищали Православие с помощью своего просвещения; Николай защищал веру самой верой — тем, что все христиане, начиная от апостолов, постоянно веровали в Божество Иисуса Христа и никогда не принижали Его Ипостась.
Святость его жизни, всем известная, чистота намерений, признаваемая самими врагами, дар чудес, свидетельствовавший о непосредственном общении с Духом Божиим, сделали то, что святитель Николай был украшением Никейского Собора и заслужил, чтобы Церковь нарекла его правилом веры».
За это Церковь называет его «великим благочестия столпом, твердым православия укреплением, мечом, плевелы прелести посекающим».
Как уже было сказано выше, Арий и его сторонники, в числе семнадцати епископов, во время соборных прений держались гордо и непреклонно.
Ни каяться, ни отрекаться от своей ереси они не только не собирались, но и с завидным рвением защищали ее.
Словесное состязание было весьма эмоциональным и горячим, и неудивительно, что участвовавший в Соборе Николай в пылу жаркой полемики ударил еретика Ария в лицо.
Иного, навреное, не могло и быть.
Кроткий и добрый, святой Николай мог быть и грозным, если еретик, упорствуя в заблуждениях, оскорблял Господа нашего Иисуса Христа, как это случилось на Соборе в Никее.
«На заседании Собора, — повествует о дерзновенном поступке верного служителя Христова один из иноков Студийского монастыря, — Николай, воодушевленный ревностью о Господе, не стерпев арианского богохульства, ударил еретика по щеке.
Отцы сочли дерзким этот поступок. Николай был лишен архиерейского сана и заключен в темницу».
