Достигнувши беспрепятственно города Мир, Танаитяне исполнили свое благочестивое желание и поклонились мощам спасшего их от верной гибели святого Угодника.
Затем они благополучно возвратились домой и рассказали о спасшем их чуде.
В один из грабительских набегов на Калабрию, когда все разрушалось и предавалось огню, одинъ грабитель в доме неизвестнаго христанина нашел образ святого Николая.
Даже не зная, чье это изображение, Вандал взял понравившийся ему образ.
Во время дороги пленные христиане объяснили Вандалу, что это образ Николая-Чудовторца.
Вернувшись в Африку, разбойник поставил икону в своем доме.
Вскоре он снова отправился в путь и поручил иконе Николая все свое имущество.
— Я вручаю тебе все свое имение, — сказал он, — которое ты должен блюсти в целости, пока я не возвращусь в свой дом. Если же в мое отсутствие даже самая малость пропадает, я жестоко отомщу тебе!
В его отсутствие грабителя к нему забрались воры и забарли все имущество, кроме иконы чудотворца Николая.
Возвратившись домой и увидев, что его имение расграблено, Вандал рассвирепел.
— Я же предупреждал тебя! — с яростью накинулся он на икону. — Ты не выполнил моего приказа, и теперь я буду бить тебя вместо воров!
Съ этими словами он схватил плетку и принялся стегать икону.
Устав, он бросил плетку и, со злобой взглянув на Николая, сказал:
— Если не найдется имущество, я сожгу тебя!
Когда воры, укравшие имущество Вандала, начали делить его между собою, им явился святитель Христовъ Николай.
— Зачем вы украли имущество, которое мне было поручено охранять? — грозно спросил он. — Вы согрешили, а я остался виноват. Посмотрите, как жестоко бил меня Вандал, какие раны сделал на моем теле и как искровянил его. Немедленно верните похищеное Вандалу. Если же вы этого не сделаете, то я жестоко накажу вас…
Изумленные представившимся им видением, воры поинтересовались, кто он такой и какое он имеет право разговаривать с ними в таком тоне.
— Я, — ответил Чудотворец, — Николай, раб Господа моего Иисуса Христа!
Услышавши имя великаго Угодника Божия, воры испугались и возвратили Вандалу все похищеное у него.
Более того, общение со святым Угодником так подействовало на них, что они горько раскаились в своих прежних грехах и перестали воровать.
Что же касается Вандала, то он, пораженный чудесною помощью Божия Угодника, уверовал во Христа, со всем своим домом крестился и построил церковь в честь св. Николая.
Благодаря ему, имя великаго Чудотворца стало известно в северной Африке и обратило многих варваров к новой вере.
В 787 году состоялся вторй Никейский вселенский собор.
Он был собран для утверждения истинного богопочитания, поколебленного ересью иконоборцев, и каждому отцу было предоставлено право говорить обо всем, что он думал по этому поводу.
Из письма преподобного Нила Синайского святые отцы узнали о явлении двум Синайским отшельникам святого мученика Платона, узнанного ими по имевшимися у них иконам Святого.
Выслушав чтение, Феодор, епископ Мирский сказал:
— Нечто подобное этой истории пришлось испытать и мне. Однажды мой архидиакон, человек благоговейный, сказал мне, что видел во сне патриарха. Он сказал ему, что в случае если я приду к ним, то мои дела будут складываться в пользу моей епархии. Я попросил архидиакона описать мне патриарха. После того, как он это сделал, я понял, что к нему являлся не патриарх, а святитель Николай, и показал ему его икону. Он сразу же согласился. Из сего сходства с иконою я понял, что ему явился св. Николай. Затем я отправился в богохранимый царствующий град, и все дела мои были управлены согласно пользам моей епархии…
Остается только добавить, что поначалу державшийся ереси иконоборцев епископ Мирский раскался уже на первом заседании собора и отрекся от ереси.
Один христианин взял в заем у еврея большое количество золота.
Не имея поручителя, он сделал таковым святителя Христова Николая.
Они пошли в церковь св. Николая, и христианин пред алтарем Святителя поклялся вернуть долг.
Когда пришел день расплаты, еврей пришел к нему и попросил вернуть взятое им золото.
Христианин, решивши утаить долг, с клятвою стал уверять Еврея, что он уже возвратил ему золото. Тогда Еврей обратился к судьям с просьбою рассудить их дело.
Последние, не имея никаких доказательств, решили предать это дело суду совести христианина. Они велели ему клятвенно подтвердить, что он отдал свой долг и ничего не должен Еврею.
И на присягу дерзнул корыстолюбец, рассчитывая при помощи одной хитрости избежать наказания за клятвопреступление.
Он вложил золото в толстую палку, которую во время присяги дал подержать Еврею.
— Я, — сказал он, — отдал тебе более, чем должен был!
С этими словами он снова забрал у еврея папку.
