- Ночью... Полпервого ночи... Врач сказал - обширный инфаркт... Да ведь он никогда ничем не болел! - тут соседка неожиданно и без предупреждения перешла на крик, звонкий и отчаянный, и крик этот немедленно был подхвачен трубой мусоропровода, в которую наверху как раз в этот момент швырнули что-то явно очень нехорошее, потому что труба завизжала и загрохотала так, будто по ней сопротивляющуюся душу грешника погнали в ад, - вряд ли, конечно, душу сына соседки, так как, насколько Коля помнил, тот не был особенно ни в чем замечен... - Его в Олимпийскую сборную включать хотели! Погулял с Кешей, вернулся и умер!!!
Кешей звали собаку - симпатичного персикового кокер-спаниеля.
- Примите мои соболезнования, - повторил Коля. - Чем, собственно, могу?
- Да вот я как раз за этим... Вы уж меня извините, ради Бога, - женщина опять зашептала, - такое горе...
Николай терпеливо ждал. Женщина подняла на него заплаканные глаза и, наконец, перешла к делу:
- Не могли бы вы одолжить немного денег на похороны? Сейчас так все дорого... В доме денег - ни копейки... Алексей ведь недавно машину купил, так мы все потратили...
Алексеем звали безвременно скончавшегося пловца.
- Зачем она теперь... - продолжала плакать женщина, - да ведь быстро-то не продашь... Мужу телеграмму послала - он в командировке... Каково ему будет... Хотя бы тысячу рублей...
Николай несколько секунд подумал. Помогать попавшим в беду - это было правильно. Он достал бумажник, извлек оттуда две пятисотрублевые купюры и несколько десятирублевых. Десятирублевые он отделил и убрал обратно, а две крупные купюры протянул соседке.
- Вот, - сказал он, - примите мои искренние соболезнования, - повторил он в третий раз.
Упоминание женщины о телеграмме, которую она дала мужу, повернуло мысли Коли в другом направлении.
- Скажите, - спросил он, - вы ночью никакого шума на лестнице не слышали?
Соседка обратила на Колю удивленные красные от слез глаза.
- Какого шума? - недоуменно спросила она.
- Ну, такого, - терпеливо пояснил Коля, - как будто кувалдой бьют в железную дверь. Довольно громкого. Кто-то ко мне ломился вчера.
- Нет... - с испугом произнесла соседка, - ничего не слышала.
- Понятно, - сказал Коля, - показалось, видно.
Он посмотрел на часы. Было пять минут против того срока, когда он обычно выходил из дома на работу. Валтасаров поморщился.
- Прошу меня извинить, - сказал он, - я спешу.
Он взял кейс, запер дверь, попрощался с соседкой и стал спускаться по лестнице.