Нельсон только что загрузил в кабину лифта пожилую женщину с собачкой размером с дамскую сумочку.
– Вы были правы, Нельсон. Лэнгстоны, судя по всему, очень хорошая семья.
Консьерж вежливо улыбнулся:
– Приятного вам дня, мэм.
– У Рамоны, кажется, нормальные отношения с миссис Лэнгстон? – Если только у Джулии Уитмайр не было собственной причины угрожать Эдриен, наиболее очевидное объяснение заключалось в том, что она делала это по просьбе Рамоны и кто-то другой продолжил делать это после ее смерти. – По-моему, в этом возрасте девушки, как правило, воюют со своими родителями.
– Мое дело следить за дверями.
Когда они вышли на Парк-авеню, Роган покачал головой:
– Неужели ты всерьез рассчитывала, что он вдруг, ни с того ни с сего, все тебе расскажет? Как будто существует волшебная программа допроса консьержей, и все, что тебе нужно, трижды задать один и тот же вопрос!
Она была слишком занята, чтобы парировать его выпад, читая текст эсэмэски на дисплее телефона.
– Это от Макса. Он готовит постановление суда для «Социального Круга».
– Отлично. Может быть, IP-адреса что-нибудь нам скажут.
– Эта женщина пытается убедить себя в том, что это всего лишь слова. Но я вижу, что она напугана. Она так старается не быть напуганной, что даже не пытается разобраться, могла ли Джулия иметь мотив для размещения подобного комментария в ее блоге.
– Ты ведь не думаешь, что это она совершила преступление?
– Нет, конечно. К тому же она говорит, что присутствовала на ужине. Это легко проверить. Кстати, внеси это в список неотложных дел.
– Возможно, она действительно не знает, – сказал Роган. – Если у них с Джулией были какие-то недоразумения, она, наверное, сказала бы нам об этом, тем более что у нее железное алиби.
– Если только в эти недоразумения не была вовлечена Рамона. Если бы Джулия ополчилась на Эдриен от имени своей подруги, Эдриен вряд ли захотела бы признать, что в их идеальных отношениях мачехи и падчерицы существует трещина.
– Придется нам еще раз побеседовать с маленькой мисс Прогульщицей.
