Рамона, как и обещала, ждала на парковой скамейке возле игровой площадки, неподалеку от музея искусств Метрополитен. Она вертела в руках свой айпод, но как только увидела их, тут же вскочила и выдернула из ушей наушники.
Они еще не успели произнести ни слова, как она заговорила дрожащим голосом:
– Вы беседовали с ней? Она знает, кто угрожает ей? Вы сможете выяснить, кто это делает?
Элли указала на скамейку, и Рамона послушно вернулась на свое место.
– Не спеши. Помнишь, вчера вечером мы говорили о том, насколько важно, чтобы ты была предельно честной с нами по поводу того, что касается Джулии?
– Конечно.
– Нам необходимо знать: имела ли Джулия зуб на твою мачеху?
Губы девушки беззвучно зашевелились. Она была похожа на красивую куклу.
– На мою маму?
– Да.
– Почему вы вообще задаете такие вопросы?
Элли задумалась. Полицейские первого года службы знакомятся с принципом бритвы Оккама: простейшее объяснение является наиболее вероятным. Если вы находитесь в Кентукки и слышите стук копыт, то думаете, что это лошади, а не зебры. Итак, мертвая старшеклассница в ванне и домохозяйка из Верхнего Ист-Сайда, получающая угрозы в Интернете. Поскольку первую угрозу написала Джулия, они автоматически решили, что эти события связаны между собой. В этом была логика. Но, возможно, угрозы являлись всего лишь еще одним свидетельством того, что Джулия Уитмайр была, как сказала Рамона, сумасшедшей, а после ее смерти какая-нибудь злобная подруга продолжила преследование Эдриен.
– Когда ты звонила нам, чтобы сообщить о блоге твоей матери, – сказал Роган, – мы изучали содержимое компьютера Джулии, в надежде понять, какие обстоятельства могли послужить причиной ее гибели. Помнишь возмутительные комментарии в блоге? Так вот, выяснилось, что ноутбук Джулии использовался для размещения одного из них вечером того дня, когда она погибла.
– Это невозможно. Она даже не знала о блоге матери. Я обнаружила его только сегодня.
– Ты могла не знать, а Джулия, по всей видимости, знала. Мы исследовали содержимое ее компьютера.
– Как вы можете утверждать, что этот комментарий разместила именно она? Это мог сделать кто-то другой, воспользовавшись ее ноутбуком. И тогда этот человек должен был знать Джулию.
– Совершенно верно, – сказала Элли. – Мы и пытаемся понять, кто это мог быть.
– Я не имею ни малейшего представления. Мне вообще все это кажется невероятным.
– Тебе, по всей видимости, трудно об этом говорить, но если есть какое-то простое объяснение, мы должны его знать. Рамона, может быть, в твоих отношениях с мачехой в последнее время возникла напряженность? Если Джулия знала об этом и наткнулась в Интернете на сайт…
– Нет. Это невозможно. Вы все время говорите «твоя мачеха», но я называю ее мамой. И всегда буду называть. Я люблю своего отца и считаю, что ему очень повезло с ней. Как и мне. Поэтому я и была так возмущена, когда увидела эти комментарии. Мы с ней действительно
