– Ты меня поцеловал? – удивленно вожу пальчиками по губам. – З-зачем? У тебя же девушка есть. И ты… Ты всегда говоришь, что мы как брат и сестра, – совсем теряюсь.– Мне было вкусно, – его губы с коварной, пьяной улыбкой снова приближаются.– Прекрати! Стоп! Не надо так со мной. Пожалуйста. А если узнают?***Всего лишь крестница его отца, дочь погибшего друга семьи.Младшая сестренка. Мышонок. Так он меня называет, не воспринимая всерьез.Заботится, защищает, не подпускает парней.Только ему из нас двоих можно все.Экстрим, девушки, клубы.И даже целовать меня можно, когда вздумается.Ведь мы никому не скажем.
Стася
– Стась, ты уверена, что нам за это ничего не будет? – перекрикивая музыку, спрашивает Саша.
– Конечно. Здесь мой брат. Вон, – показываю в сторону вип-зоны, – видишь? В большой компании.
– Ну ладно тогда, – выдыхает моя новая подруга из новой школы нового города. – Идём танцевать?
Ещё раз стреляю взглядом в затылок Захара, поправляю слишком обтягивающее платье, взятое у той же Саши, и решительно иду на танцпол.
Музыка глушит немного с непривычки. Я не хожу по таким местам. Родители и брат запрещают. Сегодня просто день особенный, и Захар сказал «можно», пока он будет здесь.
Тряхнув тёмной копной густых длинных волос, улыбаюсь и с визгом кружу Сашу в танце. Мы прыгаем, смеёмся, извиваемся двумя красивыми змейками.
Пить очень хочется. Беру подругу за руку, тяну к бару. Хочется нарушить правила, но тогда я огребу от Захара и точно больше вообще никогда никуда не пойду. Даже мама не спасёт.
Заказываю нам с ней по стакану безалкогольного освежающего коктейля. Вип отсюда не видно и я, спрыгнув с высокого барного стула, аккуратно двигаюсь в стороне от танцующей толпы туда, где нужная мне часть зала просматривается хорошо.
Захар теперь сидит ко мне боком. Расслабленный, улыбается, что-то обсуждая с парнями. Рука свободно лежит на подлокотнике. Он проводит пятернёй по светло-русым волосам. Саша рядом со мной вздыхает.
– А что за тёмненький парень напротив него?
– Не знаю. Брат меня со своими друзьями не знакомит.
– А с подругами? – хихикает Сашка.
– А с ними я сама не знакомлюсь! – поднимаю выше голову. – Идём! Мы сюда отрываться пришли, а не на парней смотреть.
Оставив стаканы на баре, снова врываемся в толпу. Я кручу бёдрами, подняв вверх руки. Грудь без белья непривычно сильно раскачивается. Делаю поворот и с улыбкой врезаюсь в незнакомого парня.
– Оу, как мне повезло. Привет, – провокационно улыбается в ответ. – Потанцуем?
Неопределённо киваю, и мы двигаемся теперь втроём. Парень крутится то вокруг меня, то вокруг подруги. Касается своими руками. Водит ладонями по моим рёбрам до бёдер и обратно, неприлично близко прижимается сзади. Мне даже кажется, что я чувствую всю его выпуклую анатомию. Щёки вспыхивают от смущения, пытаюсь втянуть попу и чуть отодвинуться от него.
– Эй! – он внезапно вскрикивает, и меня больше никто не трогает.
Старший брат тащит парня за шкирку в сторону выхода. Мы с Сашей торопимся за ним.
– Захар, прекрати! – кричу, вылетев на улицу.
Тут уже собрались парни из его компании. Что, толпой одного бить собрались? Да тут каждый из них в разы крупнее и явно старше моего внезапного партнёра по танцам.
– Отпусти его сейчас же! – прыгаю вокруг брата.
Я, блин, маленькая! Это и так мой самый главный, вечный комплекс, а рядом с ним ощущаю себя совсем крохой. Но в данном конкретном случае – чихуахуа, пытающейся остановить бульдозер.
А "бульдозер" уже схватил парня за горло и поднял его над землей. Тот задыхается, машет ногами в воздухе, а Захар с невозмутимым лицом смотрит ему в глаза. На руках только мышцы под кожей перекатываются напряжёнными канатами и волосы встали дыбом от холода.
– Захар, Захар, не кипятись. Убьёшь ненароком, – вмешивается один из его друзей.
– Да прекрати! – стучу кулачком в спину брата. – Отпусти! – требую я. – Мы просто танцевали!
– Видел! – рявкает на меня. – Натанцевалась!
– Захар, он же сейчас задохнётся! – возмущённо пищу, снова подпрыгивая.
Он разжимает ладонь, и несчастный мешком падает на холодный, грязный тротуар. Кашляет, хватаясь за горло обеими руками.
– Ты чего накинулся на него? – спрашивает тот тёмненький, на которого заглядывалась Саша.
– Руки распускает! А ты, – разворачивается к нам с Сашей. Ежусь под его взглядом. – Сейчас же едешь домой!
Умеет он смотреть так, что хочется забиться под кровать и не высовываться оттуда недельку, но я это всё уже выучила.
– Не кричи на меня! – топаю ногой. – Достал!
– Домой, Стася. Пока я отцу не сказал, где ты шляешься, – рявкает и нервно клацает по экрану мобильного, вызывая такси.
– Ты сам разрешил, – насупившись напоминаю брату.
– Это был первый и последний раз. Домой!
– Захар, ну, пожалуйста. Ничего же не случилось.
Он молча сажает меня в быстро подъехавшую машину, дежурившую в час пик у клуба. Саша забирается в салон с другой стороны.
– Смой с себя этот боевой раскрас и спать. Завтра в школу!
– Тебе тоже на учёбу, – напоминаю ему.
Обидно так. Наорал. Ещё и при своих друзьях.
– Я взрослый, Стася. А ты… Домой! – сжав зубы, даёт таксисту наличку, называет два адреса. Сначала Сашин, потом наш. Я даже боюсь спросить, откуда у него адрес моей подруги.
Едем быстро. Пробок в это время уже нет. Высаживаем подругу у её подъезда, и в машине становится совсем пусто. Сползаю немного ниже по сиденью, упираю взгляд в запотевшее стекло, рисую на нём цветочки, потом красиво вывожу его имя: «Захар». Злясь на себя и на него, тут же стираю.
Такой вечер испортил! Или спас…
Хочется захныкать. Я не знаю! Мне было весело, но наглый парень и правда стал переходить границы.
