— Полянская, я знаю, что ты меня ненавидишь, но даже для тебя оглушить певца — это слишком жестокая месть, — донеслось до неё знакомым голосом.
— Кирилл? — обрадованно выдохнула девушка, и, развернувшись, обняла его за шею. Но после облегчения, которое она испытала, обнаружив, что она не одна в этом месте, на смену ему пришли настороженность и обычное для неё чувство раздражения при виде Громова. Может не так уж далеко она и зашла, но вот идиоткой в глазах этого парня себя выставила точно.
— И что ты делаешь ночью, одна, рядом с домом смотрителя? — сердито выговорил Кирилл, и, отцепив Ксюшу от своей шеи, схватил её за руку и потянул за собой.
— Где?! — Ксюша ошарашенно расширила глаза. Оказывается она едва не вышла за пределы территории отеля и чуть не заблудилась в лесу. — А сам-то ты, что здесь делаешь? — проворчала девушка.
— Тебя спасаю. — Насмешливо сказал Кир. — Но зная тебя, я, конечно, не услышу слова благодарности или хотя бы «спасибо тебе, Кирилл, это было так благородно с твоей стороны, заметить как девушка, которая тебе нравится, выскочила из отеля и среди ночи отправилась в неизвестном направлении. И ты конечно, как порядочный человек не мог оставить её одну, а бросился за ней и не дал погибнуть в этом богом забытом месте».
Девушка осмотрелась по сторонам и, поежившись от брошенного непогодой снега ей прямо в лицо, едва слышно произнесла, обрывая его высказывания на тему её неосмотрительности:
— Спасибо тебе, Кирилл.
Кир бы удивился и даже смерил Ксюшу пораженным её кротостью взглядом, если бы не бьющий в лицо снег и холодный воздух. Хотелось поскорее завести её в тепло и самому согреться, поэтому Кирилл не придумал ничего лучше, как завести девушку в дом смотрителя. Если, конечно, так можно было назвать крохотную избушку на окраине, которая и была жилой только днём, а сейчас блестела в темноте холодными стеклами глазницами и отсутствием света давала понять, что внутри никого нет.
Нашарив за балкой ключ, спрятанный работником, который должен днем следить за порядком, Громов открыл нехитрый замок, и, распахнув дверь, сначала впустил внутрь Ксюшу, а потом и сам заскочил в спасительное помещение. Поскольку Кир был в этом отеле не в первый раз, как и в этом домике, ведь он ещё в первый раз, удрав от друзей, отца, и его деловых партнеров умудрился познакомиться с местным работником и побывать здесь, то он довольно неплохо ориентировался в местных условиях. Например, он знал, что на полке возле окна можно найти спички и свечи, в камине и постройке за крыльцом уже были заготовлены дрова, а в сундуке под лавкой можно было найти даже теплое одеяло.
— Просто какой-то домик бабы-яги, — простучала зубами Ксюша, пока Кир, опустившись на медвежью шкуру, расстеленную на полу вместо ковра, пытался разжечь огонь в каменном углублении в стене.
— Скорее йети. Ты ещё Иваныча не видела. — Усмехнулся Кирилл. — Тогда бы точно поверила, что снежный человек существует.
— А где он сам? — дрожа от холода, спросила девушка и примостилась рядом с парнем на полу.
— Дома, наверное. Жена рожает. Вот его и отпустили.
— И что вместо него никто не пришёл?
Кирилл повернул к девушке насмешливое лицо и комнату озарил вспыхнувший в камине огонь.
— А кто, по-твоему, согласиться здесь сутками сидеть без света и нормальных человеческих условий?
Ксюша поежилась и дыхнула на закоченевшие пальцы.
— Только снежный человек.
Кир усмехнулся и, вскочив с пола, вытащил одеяло и зажег свечу. Ксюша, наблюдая за его нехитрыми действиями, уже хотела было восхититься, как он ловко управляется в чужом доме, как парень стянул с себя парку и, расшнуровав ботинки начал стаскивать с себя ещё и свитер со штанами.
— Громов, ты что обалдел? — выкрикнула девушка и швырнула в него его же ботинком. — Какого хрена ты раздеваешься?
— Чтобы согреться, — равнодушно пожав плечами, заявил парень, и, стянув с себя футболку, скинул её на сундук, после чего оставшись в одних трусах, закутался в одеяло. — А ты чего дергаешься? Мы же заключили с тобой перемирие. Ты что думаешь, я собрался тебя изнасиловать?
— Я заключила с тобой перемирие только на время этой поездки! — огрызнулась Ксюша, и Кирилл раскрыл ей одеяло рядом с собой.
— А теперь на время отбрось всю свою неприязнь, раздевайся и залазь ко мне под одеяло греться, пока не умерла от переохлаждения!
— Какая идиотская причина! — Ксюша возмущенно фыркнула и, оставшись в мокрой одежде, попыталась согреться возле растопленного камина. Но осознав, что уже через несколько минут её зубы опять начали отстукивать дробь сердито потребовала: — Закрой глаза и не открывай их ни за что, иначе я тебя убью!
— Даже если тебе понадобиться моя помощь? — озорно спросил её Кирилл и, растянув губы в улыбке зажмурился. — Ведёшь себя, как перепуганная девственница.
Ксюша в это время одеревеневшими от холода пальцами пыталась стянуть с себя одежду и, покраснев, сделала вид, что пропустила его слова мимо ушей. Наконец стянув с себя свитер, девушка в одном нижнем белье юркнула к нему под одеяло и прошипела:
— Только попробуй сказать хоть слово или ухмыльнуться!
