Ну, насчет этого он, конечно, загнул. Безусловно, по доброте своей душевной, приглашения на планируемую закрытую тусовку на самой примитивной механике выслались во все возможные стороны и направления, с утра в нашем городе уже даже заселилась парочка делегаций, но едва ли этим вечером в Акассею войдёт и половина тех, кто соизволил прислать ответ. Я моргнул и очнулся от мыслей, почувствовав, что в спину мне упирается пристальный взгляд. Я обернулся. На сцене, всего в паре метрах сзади, стояла Кэсси Клер. Встретившись со мной глазами, она сделала вид, что внимательно следит за выступлением мэра, и отвела взгляд. У меня появилось странное чувство, что скоро что-то случится. Что-то совсем не запланированное. Или же, скорее всего, запланированное, но совсем без меня. Я пропустил слегка раздражённый вздох: развившаяся за последнее время паранойя не давала мне спокойно даже насладиться моментом всей моей жизни. Краем глаза я заметил в толпе странное течение. А потом ещё одно. И ещё. А затем я понял, что просто превращаюсь в чертового параноика. Вокруг сцены бегали репортеры с фотоаппаратами, и я выпрямил спину, чтобы принять более фотогеничный вид, и постарался принять выражение лица адекватного и приличного человека. Между тем мэр продолжал говорить.
–Спустя столько лет мы наконец-то пришли к столь желанному результату! И в будущем все вы будете с гордостью рассказывать своим внукам, что стояли здесь на этой площади в этот торжественный день!
Он снова развел руки в стороны, словно в ожидании чьих-то объятий. Народ продолжал тихо шуметь. Юсиф тоже был здесь. Он стоял с другой стороны, нежели начальница Клэр. Меня он даже не замечал. Что-то изменилось: приторный сахарный сироп, излучаемый им раньше в мою сторону, резко сменился острым перцем и нагретым на раскаленной сковороде маслом. Простое раздражение и неприязнь, ранее испытываемые мной при его появлении, покрылись ощущением беспричинной тревоги, подстегивающей меня держаться от него ещё дальше.
Тем временем у микрофона проходила своя тусовка. Поздравить всех уже успели: и министр культуры и просвещения, и даже несколько депутатов Городской Думы. Я снова поймал себя на том, что с каким-то ожиданием вглядываюсь в толпу. Ну не мог я иначе!
Ты ведь наверняка сейчас тоже здесь, как папа и мама. Мы все снова вместе, на самом важном событии в моей жизни. Нет, я уверен, ты просто не могла этого пропустить. Я бы тебе такого не простил.
Хотя лучше бы тебя там не было.
Тетенька-организатор подала знак, и мы с Генри растянули перед входом ленточку. Мэр торжественно попросил в микрофон вынести ему символические ножницы. Подушку предоставили нести маленькому мальчику, одетому в вельветовый почему-то зеленый костюмчик. В этих жилетке и штанишках он походил на маленького лепрекона, которому не хватало клевера и чепчика. Если таковые вообще ходили в чепчиках. Мокрый, словно мышонок, он выбежал к мэру и стал, уцепившись в вынесенную им в руках подушку. Напуганными глазами малыш смотрел на мужчину перед собой. Мэр взял в руки ножницы, поднял их над своей головой, показывая народу. У меня в голове почему-то зародилась не свойственная моменту ассоциация, в которой он опускает их прямо остриями на бедного напуганного ребёнка. Малыша, видимо, посетила та же мысль, поскольку он весь съёжился, сделавшись ещё меньше. Покрутившись на месте, мэр города подошёл и медленно перерезал растянутую красную ленточку. Все взорвались радостными аплодисментами. Отчасти счастье толпы подстёгивалось тем, что тот жест означал конец торжественной части. Большая часть народа уже давно приготовилась стартануть к ближайшим шашлычным палаткам, запах от которых разносился по всей площади и даже выходил за её пределы.
Расправившись с лентой и вернув ножницы тут же удравшему мальчугану, мэр подозвал меня жестом руки.
–А сейчас,– провозгласил он в микрофон,– я хотел бы выделить человека, на чьих плечах был построен данный памятник архитектуры, ставший для нас сегодня главным объектом действия! Сынок, подойди ко мне.
Я подошёл. Теперь все несколько тысяч глаз смотрели на мою незащищенную фигуру.
–Этот симпатичный юноша – Алекс Бэй – не только принял на себя полномочия как проектировщика и планировщика, так и занял должность ведущего архитектора-реставратора. Более того, я спешу поздравить его, так как это его первый самостоятельный проект!
Он рассмеялся и похлопал меня по плечу.
–Я хочу пожать руку этому перспективному юноше. Возможно, в будущем – в каком-нибудь далеком, конечно – именно он будет стоять на моем месте.
