Сердце проделало тяжелые удары. Живот скрутился спазмой от отвращения к себе. Это было несправедливо к Маттису.
– Я…, – ладонь потянулась к его подбородку, и я опустила взгляд, качая головой, – Я правда этого хочу, но…
– Послушай, – Маттис глубоко вдохнул и сел рядом, давая мне пространство, – Все эти пять лет я был твоим другом, и несмотря на наши отношения, всегда им остаюсь, Андреа. В первую очередь, я твой друг, немного психолог, да и там, где-то напоследок, твой парень, – улыбка коснулась его губ, и Маттис откинулся на кровать, призывая к себе, и я уложила голову на его предплечье, – Просто будь со мной честна.
Когда мы только познакомились, Маттис и вправду был моим другом. Сперва он помогал мне с домом, ведь я уехала в неизвестность. Потом помог мне с ремонтном, когда с огромнейшим животом я не могла ничего делать. А потом Маттис помогал мне с Тиной. Порой оставался ночами, чтобы помочь с ребёнком. Мы не начинали официально дружить. Это просто случилось. Я знала, что могу на него положиться, и он может сделать это в ответ.
Потом все переросло во что-то большее. Так сказал Маттис, когда, позвав на ужин, внезапно накрыл мою ладонь. И тут-то все поменялось. Для меня это был шанс на что-то новое, но я не подумала, чем же могло это обернуться.
Несколько минут мы оба вслепую пялились на потолок, прислушиваясь к тишине и нашим тихим дыханиям.
– Хочешь посмотрим фильм? – предложил Маттис, и я была не прочь от этого предложения. Мне нужно расслабиться.
– Идея отличная.
Маттис приступил к готовке попкорна, а я решила снова зайти к Тине. Малышка спала, крепко обняв плюшевого Али и улыбаясь во сне. Я подошла к дочери, и сердце наполнилось теплом, когда малышка интуитивно повернувшись, взяла меня за руку.
– Ма? – тихо прошептала фисташка, сквозь прикрытые веки.
– Спи, – наклонившись, поцеловала её в лоб, пытаясь больше вдохнуть ангельский запах.
– А дядя Даниэль ушёл? – растянула она губы в улыбке.
– Ушёл, – глухо прозвучал мой голос.
Я боялась того, что последует за этими словами.
– Мне он понравился, – от избытка чувств, фисташка ещё крепче сжала Али, – Я бы хотела, чтобы он был моим папой, – твердила Тина, все ещё находясь в дрему. Вряд ли она вспомнит свои слова завтра. – Знаешь, он расчесал мне волосы и прочёл сказку.
– Знаю, малыш. Давай спать, – погладила её по шелковистым прядям.
Тина зевнула, переворачиваясь на другой бок, и я снова её поцеловала.
Когда вышла из комнаты, Маттис уже включил телевизор и разложил попкорн в стеклянную тарелку, полив её карамелью. Подошла к нему и улыбнулась, несмотря на боль и съедающее чувство вины внутри.
Маттис сказал, чтобы я была с ним честна. Честна ли я? Однозначно нет.
Безусловно, я любила его. Но это были не те чувства, которые могли бы смело называться любовью. Я любила его, как близкого человека. Любила как друга. И тут, смотря на Маттиса, видя его искреннюю улыбку, чувствуя его любовь, поняла, что должна поставить точку.
Мы не вправе играть с чувствами других. Не вправе забирать их драгоценное время. Все это просто нечестно. И порой, приходится стать злодеем в чьей-то истории, чтобы не нанести ещё большего вреда. Чтобы оставаться героем в своей.
***
Напряжения не спадало с плеч, когда, собираясь на открытие театра, дома у Леноры, думала о последнем принятом решении. Я не сказала об этом подруге. Просто потому, что была ещё не готова. Мне бы настроиться на разговор с Маттисом. Уже было бы хорошо.
– О, боже, нет-нет, стойте! – завопила Ленора, подбегая к девочкам, когда я вышла из комнаты, переодевшись.
Зал дома наполнился топотом убегающих детей и моим смехом. Мы поймали их за косметикой. Господи, они и вправду разукрасили свои лица. И выглядело это очень комично. Особенно, когда Ленора топала от возмущения над своей косметикой.
– Только я избавилась от поедания своей косметики братьями, как тут, у меня появилась дочь хуже их вместе взятых, – истерически рассмеялась подруга, собирая всю косметику в берёзовом вечернем платье, сидевшее на её фигуре просто умопомрачительно. Открытые плечи, длинная юбка-русалка и клатч под оттенок платья.
Ленора обернулась и поймала меня взглядом. Её рот раскрылся от удивления. Подруга завопила, подпрыгивая на месте. Так громко и неожиданно, что Найл высунул голову с ванной, где брился, а я смущенно заерзала, улыбаясь искренности реакции.
– Черт возьми, детка, – выдохнул Найл с пеной для бритья на лице, – Ты же меня напугала.
– Нет! Найл, ты посмотри! – Нора, подбежав ко мне, взяла за руку и покружила в гостиной, – Маттис точно встанет на колено, – подмигнула Ленора, а у меня внутри все сжалось.
Я знала этот взгляд, которым одарила меня подруга. Это значило, мне нужно ждать чего угодно. И Нора точно знала чего.
– Не преувеличивай, – поджала губы, – Ты тоже шикарна.
– Знаю, но это платье…оно…просто слов нет!
– Да, шикарно выглядишь, Андреа, – подтвердил Найл и скрылся обратно в ванной.
Мы с Ленорой уже готовы, когда Найл только собирался. И почему мужчинам так легко это даётся?