– Не хотел напугать вас, – голос младшего Каллахана был настолько холоден и безжизненен, что пошли мурашки по коже. А взгляд серых глаз кидал стрелы, заставляющие превратиться в льдинку, такую же, как и он сам. Поняв, что не собираюсь ничего говорить, Алекс протянул свою ладонь. Почему он в перчатках?
– Подарите мне танец? – ни одна мускула на белоснежном лице не дрогнула.
Он вообще улыбался?
И чего добивался, позвав меня на танец?
Взгляд метнулся к знакомому столику, и я насыщенно почувствовала запах ревности. Даниэль намертво вцепился в стакан с виски, наблюдая за протянутой рукой Каллахана. Уверена, если можно было, сейчас в эту руку полетели бы стрелы огня.
И смотря прямо в его глаза, упиваясь блеском ревности в них, вложила руку в протянутую ладонь Алекса и коротко улыбнувшись Даниэлю, повернулась к Каллахану.
– Ведите, – коротко кивнула ему.
Алекс едва уловимо сжал мою ладонь, заставляя почувствовать скрипящую кожаную ткань перчаток. Он всегда их носил? Мы встали прямо в середине, приковывая всеобщее внимание. Алекс коснулся моей талии и спустился на сантиметр ниже. Но это не было жестом чего-то извращенного. Алекс Каллахан словно испытывал особое удовольствие, когда, смотря прямо в глаза Даниэля, держал меня в своих объятиях.
Я понимала, что это игра. Между ними что-то происходило. Наверное, это касалось дел клана.
– Зачем вы выводите его из себя? – прищурилась, поднимая взор на мужчину, – Вы же не просто так пригласили меня на танец?
Алекс посмотрел на меня, наконец оторвавшись от Даниэля. Я чувствовала колючий взгляд на спине, покачиваясь в танце с будущим доном другого клана. Это было тонкое искусство; довести его лишь одним прикосновением другого мужчины.
– А почему я не могу позвать просто так? – вытянул бровь Алекс.
Что-то более-менее похожее на усмешку появилось на его губах. Улыбкой это точно не назвать.
– Брось, – перешла на «ты», – Ты точно не из таких. Мы оба знаем правила этого мира. Ты не вправе был даже смотреть на меня, не то, чтобы танцевать и так смело распускать руки.
– Брось, – парировал Алекс, прокружив меня вокруг пальца, – Ты его бывшая. И ты больше не в клане.
– Сути дела не меняет, – вновь оказалась в его хватке, – Так какую цель ты преследуешь?
Алекс ухмыльнулся. Ему явно нравилась моя доходчивость.
– Хочу посмотреть, насколько терпелив король великой итальянской империи, когда его королева в других руках, – он развернул нас так, что сам становился спиной к Даниэлю, а я оказалась вне зоне его взора. Алекс был хитер как лис, когда, наклонившись немного к моему лицу, начал считать:
– Один…два…и…три.
Сердце пробило два отчётливых удара, когда рядом появился Даниэль. Он не ходил вокруг до около. Взял меня за руку и оцепил от Каллахана младшего. Алекс с победным выражением лица, вальяжно отстранился. Даниэль свирепо оглядел его с ног до головы, озаряя губы ядовитым оскалом.
– А ты прекрасно справляешься с ролью чертового ублюдка.
– Для тебя стараюсь, родной, – Алекс игриво снял воображаемую шляпу, наклоняясь и выдвигая плечи в стороны, словно говоря: спектакль окончен, дорогие!
Пока оба мужчин вели безмолвную войну взглядов между собой, музыка закончилась. Высвободившись из рук Даниэля, развернулась и ушла.
Найду девочек. Скоро выступать, а я не собиралась терять время на ребячество двух тридцатилетних мужчин. Но как только большие двери в коридор раскрылись, выпуская, Даниэль настиг меня сразу. Крепко и раздраженно взяв за руку, он потащил меня за собой, несмотря на мои возражения, и толкнул в направлении узкого помещение в виде подсобки. Дверь захлопнулась, и мы погрузились в тёмному. Только наши дыхания, прикосновения и теплота тел.
– Отпусти, – дернула рукой, да, впрочем, всем телом, но все напрасно. Хватка Даниэля сильная и ревнивая. Но она не делала больно. Лишь давала понять, что мои физические силы ничто рядом с его.
– Не хочу, – слова вырвались с шумной отдышкой от злости.
– Чего ты тогда хочешь? – наконец остановила все попытки вырваться.
Даниэль прижал к себе ещё теснее. Оба врезаемся в маленький столик с кухонными приборами, что звякнули от резкого удара. Он притянул меня за подбородок и взял мои кисти в плен, подняв их над моей головой. Кончиком носа, Дэн медленно провел линию с моей шеи до подбородка.
– Каждую фут твоего тела, – задышал он в мою кожу, заставляя бежать мурашкам там, где его дыхание касалось меня, – Каждую частичку твоей души. Каждый уголок твоих губы. Каждый стон. Каждую улыбку. Каждый смех. Каждую искру в твоих глазах. Я хочу тебя, Андреа. Всю тебя, – Даниэль неожиданно зарылся лицом в мою ключицу и медленно вдохнул.
Кожей почувствовала, как он закрыл глаза и его длинные ресницы затрепетали.
– Хочу вернуть вас, – продолжал он уже в моих объятиях, – Я хочу быть стоящим отцом для своей дочери. Хочу наверстать упущенное. Вы нужны мне, птичка, либо эта жизнь не имеет смысла, понимаешь? – очередные слова, что слышала не впервые, доставляли лютую боль.