Что общего у остроумного кандидата наук и скромной маленькой девушки, нашедшей ошибку в меню? Устоит ли эта связь под натиском необузданной судьбы? Возможно, героев соединяет нечто большее, чем то, что вмещается в человеческую жизнь… Роман о нелепостях жизни, изгибах любви, желаниях и изъянах души и тела.
Моему любимому мужу Алексу
Часть первая. Зарождение
Глава 1. Брошенное семечко, или Планы у Госплана
– Мимо. А-5.
– Ранен.
– А-6.
– Мимо. Б-7.
– Мимо. А-4.
– Убит. Черт возьми.
– Ж-8…
– Подожди, вот это важно.
Молодой человек на задней парте перелистывает страницу на середину тетради и записывает последнюю из уловленных фраз лекции. Глаза в очках смотрят на доску.
– Ничего не вижу отсюда… Еще б помельче написал.
– Да эту ерунду он из учебника берет. Не пиши.
– С каких пор ты учебники открываешь?
– Да у него на столе лежит, я видел.
– Серега!.. Сергей Тапочкин!..
– Сам ты Тапочкин, – парень в очках гнется к соседней парте, откуда его позвали. – Чего тебе?
– После пары не убегай, все идем к Егору, – отвечает ему парень из когорты галерочников.
– Что я у него забыл?..
– Капустник будем репетировать…
– Последние парты! Мне что, выгонять, как на первом курсе?! – вмешался громкий голос преподавателя.
– Простите, я переспросил, что написано на доске, – вернулся к себе в тетрадь Сергей.
– Садитесь ближе, и будет все видно.
– Так и сделаю в следующий раз.
Но Сергей знает, что ни в следующий ни в после следующего следующий раз так не поступит. Потому что, несмотря на плохое зрение, терпеть не может первые парты. Он утыкается в конспект, размышляя над проблемами предмета.
– Хватит прилежничать, давай доиграем, а то лекция скоро закончится, – дергает его сосед по парте.
Сергей может прекрасно играть в морской бой и слушать одновременно.
– Ну, ты куда?
– Куда-куда… Домой, – Сергей вместе с соперником по морскому бою Витей уже толкается в коридоре. – Не к Егору же с его дурацкими капустниками, – добавляет.
– А что? По-моему, очень развивает чувство юмора.
– Не дури, мне не хочется опять смотреть на академический час бездарности, после чего мы снова займем пятидесятое место среди двадцати участников.
Сергей настроен весьма скептически. Он продирается сквозь толпу студентов на лестничную клетку. После лекции он снял очки и отмахивался от лезущих в глаза светлых прядей.
– Сережа, Витя, привет!
Парни обернулись на знакомый зов. К ним поспешила девушка. Маленькая кудрявая Катюша в очках. Настоящая булочка.
– Привет, сколько лет не виделись, – молвил Сергей.
– Я на паре сидела на второй парте. А вы опять на последней?
– Лучшие места, – наморщил лоб Сергей.
– Ребята, слушайте, вы на всех лекциях были у Самойлова? – задала ставший привычным вопрос Катюша.
– Серега – на всех, как главный мозговой центр, – взглянул на приятеля Витя.
– Можешь дать мне тетрадку до вторника? – попросила Катюша.
Сергею было не впервой откликаться на такие просьбы. Он полез в портфель.
– Я-то дам, а что мне за это будет? – взглянул он исподлобья. Рука заманчиво затеребила листики в клеточку.
– Не знаю, – пожала плечами Катя. – Я тебя поцелую, наверное.
– Серега! Ты идешь или нет? – Егор уже собственной персоной агитировал за вечер шуток.
– Нет, спасибо, у меня дела, – соврал Сергей.
– Какие еще у тебя дела? Пойдем! В этот раз здорово все получится! Ты будешь нашим лицом.
– Мордой скорее. Ладно, бери так, – Сергей протянул тетрадь девушке. – Не буду заставлять тебя претерпевать идеологические муки, целуя мою пропотевшую кулацкую щеку.
– Спасибо. Я тебя не забуду, – улыбнулась Катя. – Я тебя, не прикасаясь, – она все же послала ему воздушный поцелуй на прощание.
– И никакой инфекции, – заметил Сергей.
– «Обед на плите. Мама». Тьфу ты, – Серега скомкал записку и выбросил ее в помойку. Кроме обеда, его мама, похоже, в жизни ничего не знала.
– Чтоб только сын сожрал ее котлету, – Сергей запихнул в себя холодную котлетку без гарнира ближе к ужину и пошел к себе дочитывать начатую главу.
– Сережа, ты опять валяешься в этом бардаке?
Вторжение было запланированным. Сергей только повел глазом и уткнулся в книгу. В комнату зашла мама и как обычно начала интересоваться всем, что плохо лежит, поправляя так, как будто от этого становилось больше порядка.
– Вставать не пора?
– Не пора.
– Сколько можно читать? Уже второй час дня.
– У меня выходной.
– Ты бы хоть убрался. Пыль я вчера стирала и пол протерла… А эти бумажки можно сложить…
– Не надо.
– Ты гляди: сегодня опять снег пошел. А ты что, летние ботинки не убрал из коридора? Тут воспаление недалеко схватить. Давай, вставай уже. Небось, даже не умылся, волосы вон во все стороны торчат, как у Гавроша…
Мама застыла у подоконника, от нечего делать переставляя цветы в горшках.
– Уже обедать пора, а ты даже не завтракал, иначе бы посуда немытая была. Чем ты себе голову забиваешь?..
– Это научная фантастика, мама, – на выдохе разъяснил Сергей.
– Мифы все какие-то читаешь – одна потеря времени, лучше бы отцу помог с полкой.
– Да, я уж слышу, как с самого утра по ушам стучат…
– Сейчас котлетку тебе разогрею и…
– Я не хочу есть, спасибо.
– …тебе макароны или картошку?..
– Ма-а-ама!!!
