Атмосфера стала насыщенной, накопила критическую массу. Да, теперь Стефани чувствовала, понимала, как это работает. Ужасная нестабильная энергия взросла здесь, как только нужные компоненты оказались на своих местах, чтобы запустить реакцию. И она была всего лишь дополнительным топливом, еще одной жертвой чему-то, что пробыло здесь намного дольше нее. Стефани не имела значения, как и Райан, или плачущие девушки, которые уже умерли, но которых все еще избивало и насиловало ночь за ночью что-то, пахнущее болезнью. Фергал, Драч, Беннет: они победили.
Как только ты окажешься в пределах их досягаемости, в мирах, созданных ими, ничто не сможет их сдержать. Лишь ненадолго. Они изменят все, прежде чем ты заметишь, пока ты еще улыбаешься, и доверяешь, и надеешься. Они избавились от всего, что она считала естественным, – от сотрудничества, и вежливости, и приличий, и личного пространства, и законов. От глупых мелочей, которые угасали легко, точно старые лампочки.
Она немного поплескалась в маленьком уголке мира, пока не наткнулась на них, и теперь ее затушат, как искорку, пойманную меж двух немытых пальцев. Когда она поняла, что именно так ее конец будет выглядеть для большинства людей, то, казалось, соскользнула в пропасть, существовавшую где-то в глубине ее сознания. И она не была уверена, кого или что оставила позади.
Фергал стоял в изножье кровати и ухмылялся, как будто долговязое животное сделало что-то остроумное.
Драч выглядывал у него из-за плеча, как мальчишка помладше, восторгающийся добычей, украденной из школьного портфеля.
– Наверно, дала ему адрес, когда они созванивались. Большая ошибка.
– Да, Драч, это факт. – Фергал выпятил подбородок в сторону Стефани. – И поспорить готов, он пожалел, что пришел.
Он сопроводил насмешку хохотком.
Драч одобрительно усмехнулся шутке.
Фергал придвинул к ней лицо:
– Кому еще ты дала адрес?
В ответ Стефани посмотрела на него, но промолчала.
Ухмылка Фергала сделалась шире, и он показал все свои желтые зубы.
– Драч. У тя же есть кое-что мое? Такая штука, которая держит шлюх в узде?
На это Драч улыбкой не ответил.
– Наверху, кажись.
– Херня!
Драч отпрыгнул назад, потом сглотнул.
– Я вижу его у тя в кармане, баба ты здоровая. Это точно пузырек, потому что хрен у тя раза в два меньше. Давай сюда. – Фергал щелкнул в воздухе абсурдно длинными пальцами, кончики которых были черны от грязи и крови Райана.
Драч вытащил пузырек с кислотой из переднего кармана джинсов.
– Ай-ай-ай. Не держал бы рядом с хозяйством, Драч. Ничего не соображаешь, что ли? Крышка отвалиться может. Хотя если ты себе инструмент сожжешь, девочки жалеть не будут.
На это Драч скривился и положил маленький медицинский пузырек на вытянутые пальцы Фергала. Его собственные руки тряслись.
– Не пришлось повторять ей дважды, да? – Фергал принялся откручивать крышечку пузырька. – Так кому еще ты говорила об этом месте.
Стефани поджала ноги еще сильнее. Сглотнула, чтобы вернуть себе голос.
– Никому. Только ему.
– Правда?
Они собирались убить ее. Любопытно, что она подумала об этом отстраненно. Но хотя неизбежная смерть становилась фактом, она предпочтет удары их кулаков и пинки ног кислоте, вылитой на лицо.
– Он просто нес мне залог. Для новой комнаты.
Фергал похлопал по карману куртки.
– Это правда, нес. И все пойдет в дело.
Мысль о деньгах Райана в кармане Фергала – тяжело заработанных деньгах, которые он привез в Бирмингем, чтобы помочь ей сбежать из этого дома – ранила ее больше, чем если бы у них оказалась ее любимая детская игрушка. Невзирая на все, что она читала в новостях или изучала в модуле криминологии на курсе психологии в старшей школе, или даже видела по телевизору, Стефани осознала, что никогда до конца не понимала, насколько в действительности примитивны и жестоки люди вроде Макгвайров. Никакой опыт не подготовил ее к столкновению с ними и даже с ее мачехой.
– Так кому еще твой парень сказал о своем маленьком визите?
– Я не знаю.
Фергал повернул крышечку пузырька на один оборот.
– Подумай сильнее.
– Он… он не мой парень. Больше не мой. Он теперь живет с другой.
– У меня прям сердце разрывается.
– Он ничего бы ей не сказал.
– Почему?
– Потому что его девушка не захотела бы, чтобы он встречался с бывшей. – Она хотела бы солгать, но поняла, что это правда.
– С какой-то шлюхой, которую раньше трахал. Это я могу понять. А твоя мамаша тя видеть не может. С моей то ж самое было. Батя твой коньки отбросил. Это у нас тоже общее. Кто еще знает, что ты здесь?
– Банк. Агентство по трудоустройству, – сказала она, не обдумав это как следует, и немедленно увидела, что они оба поверили в ее ложь с нежеланием, причинявшим обоим огромное неудовольствие.
– Ага, – сказал Драч. – Она раздавала образцы еды и всякое там, но работы у нее давненько не было.
Фергал повернул к нему голову. Он показывал все свои зубы, и Стефани была счастлива, что это лицо обращено не к ней.
